В Восточной Германии после Второй мировой войны коммунистическое правительство создало Министерство государственной безопасности (МГБ), или Штази, чтобы контролировать население и искоренять инакомыслие. Штази сформировала обширную сеть информаторов. Мясник с вашей улицы, собутыльник или троюродный брат мог оказаться низкооплачиваемым шпионом, готовым сдать вас при любом намеке на мятеж. Доверие разлетелось в пух и прах. Как писал один политолог: «Сам факт, что есть организация, следящая за обществом, способствовал его разделению. Свободно общаться люди могли только в самых маленьких группах» [147]. В 1989 году рухнула Берлинская стена, а вместе с ней и Штази, но их наследие еще долго влияло на общество [148]. Даже сейчас уровень доверия в немецких городах, которые были под контролем Штази ниже, чем в районах, где эта организация обладала меньшей властью, – там не любят ходить на выборы и реже помогают незнакомцам. Тайная полиция исчезла, но ее призраки не дают покоя даже новым поколениям.

К счастью, Штази – это крайний пример злоупотребления со стороны правительства. Однако сейчас люди теряют политический голос по всему миру. Неправительственная организация Freedom House сообщает, что человечество переживает 15-летний упадок демократии. По их данным, три четверти населения мира подчиняется правительствам, которые стали менее демократичными в период с 2019 по 2020 год [149]. Штаты в США также лишают людей избирательных прав. Один политолог посчитал «демократический рейтинг» каждого штата с учетом факторов, которые укрепляют права избирателей (например, возможность зарегистрироваться на выборы онлайн) или уменьшают их (например, предвыборные махинации). Он обнаружил, что уровень демократии снижался на протяжении всего XX века, особенно в штатах, где доминирует партия республиканцев [150].

Когда элита – влиятельные люди в правительстве и промышленности – злоупотребляет доверием граждан, оно исчезает. В 2021 году по Британии разлетелась новость, что премьер-министр устраивает пьяные вечеринки, пока граждане сидят на карантине из-за COVID-19. Было запрещено даже присутствовать на похоронах родственников. До этого скандала уверенность, что политики в стране «думают только о себе», была у 57 % граждан. После скандала число выросло на девять пунктов – до 66 % [151]. Предыдущий подобный рост цинизма в Великобритании занял семь лет, а еще ранее недоверие росло на девять пунктов в течение 42 лет.

Вспомните себя десять лет назад – как изменилось ваше доверие к корпорациям и правительству за это время? Если снизилось, вы относитесь к несчастному подавляющему большинству. И за это невозможно винить. В эпоху WeWork, Theranos и FTX[17] вера в то, что есть только два типа людей: мошенники и обманутые, – совсем не удивляет [152].

Это не значит, что циничное мышление кого-то спасает. Злоупотребления элиты способствуют усилению хронического разочарования – ожидания, что нам причинят зло, – до огромных масштабов. Что тоже может навредить жертвам. Часто это происходит из-за расовых, классовых и этнических различий и еще больше усиливает неравенство. В 2004 году сотрудники полиции Милуоки, не находившиеся при исполнении служебных обязанностей, жестоко избили Фрэнка Джуда-младшего, безоружного чернокожего мужчину. В следующем году резко сократилось число звонков на номер 911, особенно в кварталах, где в основном проживали темнокожие. Исследователи выяснили, что из-за нападения на Джуда, люди 22 тысячи раз не стали вызывать службу спасения в экстренных ситуациях [153, 154]. У темнокожих жителей Милуоки были веские основания не доверять полиции, а значит, они были лишены защиты от преступности.

Хроническое недоверие может также навредить здоровью [155, 156]. Когда были выпущены первые вакцины от COVID-19, миллионы людей отказались от прививок. Часто это происходило из-за теорий заговора. Но не всегда: в эмигрантском сообществе района Фрутвейл в Окленде были другие причины. Долгое время медицинская помощь для темнокожих и смуглых пациентов была хуже по качеству, чем для белых, поэтому представители меньшинств имеют все основания думать, что американская медицина не для них. Правительству жители Фрутвейла тоже не доверяют. Когда началась пандемия, президент США пообещал усилить рейды по поиску нелегальных мигрантов и призвал мэра Окленда предоставить убежище для людей без документов. Многие боялись, что под видом вакцинации будут проводить засады на мигрантов [157].

К августу 2021 года вакцинацию прошли не больше 65 % жителей Фрутвейла, тогда как в более богатом районе Пьемонт, расположенном всего в десяти километрах, показатель превысил 80 % [158, 159]. Исследование, в котором приняло участие больше тысячи жителей Фрутвейла, показало, что у латиноамериканцев вероятность положительного результата ПЦР-теста была выше в восемь раз, чем у белых [160]. В целом по всей стране в течение тех трех лет продолжительность жизни латиноамериканцев заметно падала, у белых американцев таких высоких показателей не было. Можно понять недоверие жителей Фрутвейла к властям, но заплатить им пришлось очень дорого.