Циники часто ошибаются в отношении людей, но это совсем не значит, что нужно всем и всегда верить. В одном из исследований ученые измерили уровень доверия у нескольких сотен детей, а через год посмотрели, как кто живет. Когда вопрос касался дружбы и эмоционального состояния, циничные дети были в худшем положении, но и чрезвычайно доверчивые тоже [91]. Самые лучшие результаты были у тех, кто соблюдает баланс.

Почему так? Просто и циники, и доверчивые люди, когда оценивают других людей, ведут себя будто адвокат и прокурор в суде. Доверчивые – сторона защиты. Они игнорируют подозрительные знаки, забывают предательства, крепко держатся за любые доказательства человеческой доброты. Циники – сторона обвинения [92]. Они отрицают доброту и держат в голове целую картотеку человеческих пороков. Обе стороны, обладая своей половиной доказательств, игнорируют вторую половину.

Судебная практика – отличный способ поспорить, но очень плохой способ чему-то научиться. Развивающаяся наука поясняет, что настоящая мудрость приходит тогда, когда человек узнает, что чего-то не знает [93, 94]. Более того, социальная мудрость не в том, чтобы доверять всем или не доверять никому. Она в том, что нужно верить доказательствам – думать не как юрист, а как ученый. Хотя ученые используют множество различных инструментов, один инструмент, интеллектуальный, их объединяет: скептицизм, стремление подвергать сомнению старую мудрость и жажда дополнительной информации. Скептики постоянно корректируют убеждения на основе новых данных, это помогает им приспосабливаться к сложному изменяющемуся миру [94, 95].

В недавних исследованиях, посвященных цинизму и скептицизму, ученые опросили сотни людей (по утверждениям вроде: «Прежде чем принять чьи-то выводы, я ищу доказательства»). Полученный вывод: уровень цинизма человека не всегда ясно указывает на уровень его скептицизма, и наоборот. И если циники чаще ведутся на теории заговора, скептики не склонны попадаться в эти ментальные ловушки [96, 97].

Вместо того чтобы рассматривать социальную мудрость только в одном измерении – циничен человек или доверчив, – давайте рассмотрим ее с точки зрения двух измерений: как человек верит людям и как верит информации.

Найдите в графике участников того самого суда над человечеством. Внизу слева находятся циники, которые уверены: люди ужасны. Внизу справа – сверхдоверчивые люди, они уверены, что у всех только добрые намерения.

Продвигаясь выше, мы переходим к людям, которые мыслят скорее как ученые. Они скептически решают, во что верить. Слева у нас подозрительные скептики: первоначально они настроены негативно, но при этом мыслят непредвзято. Я сам сейчас где-то на этом уровне. Все еще боюсь худших человеческих качеств, но, как ученый, не до конца уверен в своих предположениях. Справа сверху надеющиеся скептики, такие как Эмиль. Любопытство всегда было с ним, как и позитивный настрой.

А где на этом графике вы? Человек может начать откуда угодно. Надеющийся скептик может быть еще более позитивным (и расположиться на графике еще правее). Кто-то из циников может быть совсем наивным (и расположиться совсем внизу). Люди вообще очень подвижны. А скептики особенно легко приспосабливаются к окружающему пространству. Посадите надеющегося скептика за игру в покер, и он начнет искать блеф. Поместите подозрительного человека в дружественную обстановку, и он начнет доверять своим соседям. Людям, лишенным скептицизма, адаптироваться сложнее, но это не значит, что они не могут.

Мировоззрение, основанное на иллюзии циничного гения, может быть пагубным: циники становятся все мрачнее, печальнее, беднее и делают все больше ошибок. Получается, цинизм никак не связан с умом. Но почему люди погружаются в него? Просто за этой хвастливой маской циники стараются спрятаться от страданий.