Чуть позже американский психолог, психиатр и основатель транзактного анализа Эрик Берн развил идеи Фрейда и на основе его трехкомпонентной структуры предложил теорию Эго‐состояний. Именно он ввел названия субличностей, которые мы используем в этой книге: Взрослый, Родитель и Ребенок. В каждый момент жизни наши чувства и реакции определяются одним из трех возможных Эго‐состояний. Берн понимал под ними определенный паттерн мыслей и действий.

С точки зрения нейробиологии мы можем назвать Эго‐состояния нейронными сетями. Нейроны – это отдельные клетки мозга. В процессе жизни они начинают собираться в некий рисунок, в нейронные цепочки (сети) в зависимости от того, как для человека проходят те или иные события. Нейронные сети формируются при получении опыта и затем, при повторной активации, закрепляются, становятся «ведущими трассами», определяющими автоматическое поведение человека.

То есть ребенок, получая обратную связь на какие‐то свои действия, запоминает ее. В этот момент у него в мозге возникает цепочка нейронов, которые, будучи связанными, теперь определяют его опыт. Например, на каждое «топанье ножкой» ребенок получал от родителей желаемое, и теперь детское поведение для него ассоциируется с тем, что у него будет все, что ему нужно. Так что здесь нет никакой магии, чистая наука. Например, Эго‐состояние Ребенок – это кластер нейронных сетей, в которых запечатлелся и запечатался детский опыт.

Теория Берна воспринимается гораздо проще, чем психоанализ Фрейда, поэтому она получила широкое распространение не только в рамках психологии. Ее используют в разных сферах: социологии, образовании, бизнесе, маркетинге, коммуникации. Для изучения психологии Жертвы транзактный анализ займет, возможно, центральное место, потому что позволяет сделать непонятные на первый взгляд вещи абсолютно прозрачными.

Нам будет очень важна идея, что Жертвенное Я – не личность целиком. Это та детская часть нас, которая когда‐то помогла нам выжить и закрепилась как самый безопасный вариант действий и мыслей. Внутренний ребенок находится в неосознаваемой зоне и при этом может руководить 90 % нашей жизни. Тогда жизнь получается жертвенная. Нам может казаться, что решение не просить повышения или не претендовать на лучшие условия принимаем мы, взрослые, но на самом деле их принимает наша детская часть.

Она боится отказа или отвержения, боится вновь пережить ощущение нелюбви. Представляете, скольких возможностей мы лишаем себя, пока нашей жизнью руководит раненая детская часть? Когда мы сможем рассмотреть этого Ребенка, признать, утешить и исцелить, ему больше не нужно будет «толкать» нас на жертвенные поступки.

Берн писал о том, что желательно уметь без усилий переходить от состояния Ребенка ко Взрослому, от Взрослого к Родителю и так по кругу: быть ребенком на пенной вечеринке с друзьями, взрослым на совещании, родителем со своими детьми.

Хорошо, если бы это было так легко, но, увы, те из нас, чье детство было не слишком благоприятным, «зависают» в одной роли: чаще это либо Ребенок, либо Родитель. В таком случае мы будем вести себя несоразмерно ситуации, например одергивать друзей на вечеринке (это будет роль Родителя) или обижаться на руководителя за то, что тот не похвалил (Ребенок).

Наблюдая за тем, какая из этих ролей в нас доминирует – внутренний Ребенок, Родитель или Взрослый, – мы приблизимся к возможности слышать себя и управлять своими реакциями, поведением, научимся предупреждать и конструктивно решать конфликты. Самоконтроль и гибкость помогают вовремя вернуться во «взрослое» состояние, что, собственно, и отличает зрелую личность от Жертвы. Мы больше, чем эти амплуа, и у нас есть сила ими управлять, но этому нужно учиться, иначе «у руля» встанут они. А сейчас самое время разобрать все роли. Начнем с самого маленького – с Ребенка.