О романизации восточных провинций в полном смысле слова говорить нельзя, так как там, как уже говорилось, практически полностью сохранялась старая цивилизация. Но отдельные аспекты этого процесса отмечаются и там.

После опустошительных гражданских войн конца республики наступила эра мира и относительной безопасности. Гражданская война 68–69 гг. ни по продолжительности, ни по разрушениям не шла в сравнение с ними. Обстановка «римского мира» способствовала экономическому подъему восточных провинций. Вездесущие восточные торговцы появлялись не только в Италии и Риме, но практически во всех провинциях. Отдельные товары, такие как папирус и хлеб Египта, стекло и пурпурные ткани Сирии, вино и мрамор Греции и другие, приобретают общеимперское значение. Присоединение к империи новых территорий открывало их и для восточной торговли. В Сирии к средиземноморскому побережью выходил Великий шелковый путь, по которому велась торговля вплоть до Китая. Через провинции Аравию и Египет шел торговый путь в Южную Аравию и Индию. На этих и других дорогах вырастали «караванные города», такие как Петра или Пальмира, становившиеся важными узлами связи.

Города в это время переживали значительный рост. Антиохия, Милет и особенно Александрия становились крупнейшими центрами всего Средиземноморья. Римляне поощряли распространение городской системы, так как города являлись основными ячейками античного мира, и на них в большой степени опирались они в управлении провинциями. Римская политика способствовала преобразованию деревень в города и созданию новых городов, прибавлявшихся к уже существовавшим полисам. И организовывались они по полисному типу. Даже в Египте, где при Птолемеях было всего 3 полиса, теперь появились новые.

Происходили важные социально-экономические изменения и в деревне. Были ликвидированы огромные царские хозяйства. Часть их передавалась городам, и на них возникали владения граждан, а это была собственность античного типа. Владельцами другой части оказывались императоры. Сокращались владения храмов, и уменьшалась роль гражданско-храмовых общин. Все это вело к сокращению сферы восточных элементов общественной структуры и увеличению античной сферы.

Значительный вклад в усиление античного элемента внесли сами римляне. Богатые и культурные греческие и восточные города притягивали многих римлян и италиков. Престижно было не только получить образование в Греции или Малой Азии, но и просто путешествовать по Востоку. Многие и оставались там. Часто они не включались в число местных граждан, а образовывали в полисе собственную организацию, которая могла вмешиваться в его дела. Другим важным элементом становились колонии, особенно созданные Августом и его первыми преемниками, заселенные преимущественно отставными солдатами. Позже титул колонии, как и на Западе, стали давать некоторым местным городам без выведения туда поселенцев. Такие люди римский элемент, разумеется, не увеличивали.

Большую роль в этих провинциях, как и на Западе, играла армия. Довольно много легионов было в Сирии, так как ей постоянно угрожала опасность со стороны Парфии и она была плацдармом для вторжения в Армению или Парфию. При Антонинах на парфянской границе было сосредоточено 8 легионов из 28 имевшихся в римской армии, т. е. почти 30 %. В отличие от западных провинций в Сирии легионы располагались не в отдельных лагерях, а в городах или вблизи них. Это усиливало взаимотяготение военных и гражданского населения. А со времени Адриана местные жители стали включаться в число легионеров (и соответственно ветеранов).

Полисная система в Греции и на Востоке, таким образом, не только не была разрушена, но, наоборот, развилась, увеличив сферу своего действия. Но сами полисы претерпели значительные изменения. Ослаблялся и в какой-то степени размывался замкнутый характер гражданского коллектива. Полисы, сохраняя самоуправление, основанное на республиканских началах, в еще большей степени, чем в эпоху эллинизма, подчинялись провинциальным и центральным властям. Порой местные власти раболепно спрашивали разрешение у наместника для проведения самых мелких мероприятий, хотя имели на это полное право. Так, власти вифинского города Прусы просили разрешить им построить баню. В свою очередь, римские власти подчеркивали свое уважение к полису и его институтам, но на деле все чаще вмешивались в их деятельность, а представителей полисных властей рассматривали как вид бесплатных для казны чиновников.

Официально города занимали разное положение. Афины, например, считались независимыми и союзными. Много было так называемых свободных городов. Колонии и муниципии обладали римским правом, но в реальности положение городов нивелировалось. Все они подчинялись провинциальным властям, почти все платили налоги, ни один город не мог вести самостоятельную внешнюю политику.

Нивелировалось и положение в деревне. Исчезли многочисленные категории сельского населения. Все они становились «сельчанами», являвшимися общинниками, а наряду с ними существовали арендаторы, переселенцы и рабы. Последние, как и вольноотпущенники, в большей мере обслуживали своего нынешнего или бывшего хозяина, чем непосредственно занимались сельским трудом. Некоторые рабы и вольноотпущенники получали земельные участки и работали на них наряду с крестьянами, но в целом в деревне преобладал не рабский, а свободный или полузависимый труд.

Гражданская политика осуществлялась и в восточных провинциях. Постепенно все большее число их уроженцев получало римское гражданство, что вело к включению греко-эллинистической элиты в правящий класс Империи. Со времени Траяна резко увеличилось количество сенаторов — выходцев из восточных провинций. При этом императоре они составляли более трети всех известных сенаторов-провинциалов. С течением времени их доля росла, достигнув более половины при Марке Аврелии. Увеличивалось и число всадников, вовлеченных в императорский аппарат. Образованные, имеющие многовековой опыт работы, грекоязычные (но знавшие при этом и латинский язык) всадники все чаще занимали чиновничьи должности и на самом «верху», и в местной администрации.

Двойственность, свойственная эллинистическому обществу, сохранялась и в римское время, но роль античного элемента в ней усилилась. О трех зонах, подобных существовавшим в западных провинциях, можно говорить и здесь. Полностью античными зонами были, разумеется, Греция, а также прилегающие к ней районы, большая часть провинции Азии и отдельные территории других провинций. Во многих случаях ячейки античного и восточного обществ существовали чересполосно. Часто город был очагом античности, а его сельская округа сохраняла восточный характер. Существовали, наконец, территории, где только политические и военные средства сохраняли римскую власть. В эту зону включались и те районы, где господствовали древневосточные порядки (как большая часть Египта), и те, где еще сохранялся родовой строй (как у арабских племен Сирии и Аравии).