Риэль Кронвейн в который раз вертел в руках бумагу, на которой было приглашение на работу для Паркера Флоу. На эту улику указал Демиан, при одном из их разговоров.

Экспертиза не нашла посторонних отпечатков на странице. Всё в который раз привело в очередной тупик. Но Риэль знал только одно: если не можешь выйти – сломай.

Каждый виновный в похищении и продаже людей должен быть наказан. И теперь пришло время ему вмешаться. Морвели оказались никчёмнее, чем он рассчитывал. Два идиота, которых ослепила любовь.

Размяв затекшую шею, Верховный поднялся и пошёл к выходу. Проходя мимо коридоров своего храма, он встречался глазами со жрецами, но они предпочитали тут же отворачиваться.

Разумно.

Дверь, ведущая в подвальное помещение скрипнула, когда он отворил её. Сырость и плесень ударили в нос, но Риэль не заботился о ремонте этого места. Здесь всему полагалось быть именно таким, как задумано.

В одной из камер послышалось жалобное скуление, а служитель довольно улыбнулся, предвкушая встречу.

– Нет… нет… уходи… я же всё с-сказал… – Юрий Берроуз отполз к стене и принялся раскачиваться из стороны в сторону.

– Хотел ещё кое-что уточнить, – Риэль вытащил железный ключ и вошёл в камеру.

Внутри у него царил приятный трепет и предвкушение. Отточенным движением, он медленно освободил руки от перчаток.

– Умоляю, – прохрипел некогда управляющий ИКВИ.

Мужчина знал, что за этим последует очередная порция боли и страданий, которые он не заслужил.

От сладких криков, наполнивших стены камеры, Риэль прикрыл глаза. Да, он хотел получить ответы, но ещё больше хотел слышать эти крики от другой…

Образ женщины с голубыми глазами всплыл в памяти. Лидия Морвель дразнила его в мыслях, а Юрий Берроуз уже не кричал, он истошно ныл от боли в костях, лопающихся под кожей.

– Скоро, моя serpens… Ты от меня не уползёшь, – прошептал Верховный и опустил ладони, прекращая мучать несчастного. – А теперь вопрос, Берроуз: кто отправил письмо Паркеру?