Клянусь, я не хотела дразнить зверя, но осознав, что он намеренно пришёл в клуб, чтобы выводить меня, не выдержала. Я спросила разрешения у Арчи, на что он громко рассмеялся.

– Я бы на это посмотрел, но боюсь дружбе с Морвелем придёт конец. Ты уверена? – блеснув золотыми клыками, Брискофф улыбнулся.

– Уверена. Он издевается надо мной…

– Хорошо-хорошо, оставь подробности. Полагаю, что это последняя ночь, когда ты работаешь здесь.

– Почему? Ты меня увольняешь?

Арчи посмотрел на меня, как на полоумную.

– Ты отличная сотрудница, Роза, но мы оба понимаем, что не подходишь для того, чтобы разносить напитки. Твоё место не здесь.

Я не стала спрашивать, а где оно, моё место. Прекрасно знала где, точнее рядом с кем. После того, как я позвонила Демиану из ветеринарки, всё изменилось.

Нет. Всё изменилось, когда он показался на глаза в парке. В тот день я прибежала домой и проревела в ванной, пока меня не нашла Цахира. Она не стала спрашивать, что произошло, просто села рядом, с трудом вытянув мощные ноги в небольшом помещении.

– Бегство не лечит. Оно даёт передышку, но не свободу. Ты всё равно носишь свои страхи с собой, куда бы ни пошла.

– Я не убегаю… – пробормотала я, но прозвучало жалко.

– Конечно убегаешь, – мягко, но безапелляционно ответила Цахи. – И это нормально. Первый инстинкт – спасаться. Но ты слишком сильная, чтобы жить только этим инстинктом. Ты ведь не хочешь бежать вечно?

Внутри всё выворачивало наизнанку. Я боялась даже думать, сколько боли ещё впереди, если сделаю шаг обратно к Демиану.

– Я… не готова.

– Никто не бывает готов, – Цахира пожала плечами так спокойно, будто мы обсуждали не моё разбитое сердце. – Готовность – это иллюзия. Есть только момент, когда ты перестаёшь отступать. Не потому, что перестало быть страшно, а потому что есть что-то важнее страха.

– А если я не смогу? – я выдохнула, мотнув головой. – Если снова потеряю? Если он… Если он умрёт ещё раз?

Она обернулась на меня так внимательно, что я впервые увидела в её глазах не силу, а опыт. Жёсткий, хрупкий, прожитый – как у тех, кто пережил слишком много.

– Демиан Морвель, на моей памяти, постоянно ввязывался в какую-то жопу. Но этот хрен живучее всех остальных и был таким даже когда у него не было желания… жить.

А сейчас этот мужчина неистово освобождал меня от одежды, не забывая покрывать поцелуями каждый сантиметр тела, по которому он скучал. Боги, как же мне не хватало этого… Я не смогла бы забыть о нём даже если бы потеряла память. Это просто невозможно.

– Скажи, что ты хочешь меня так же сильно, как я тебя, – спуская юбку, потребовал Демиан.

– Нет. Я хочу тебя сильнее, – искренне ответила я.

От его крови на губах актир сходил с ума. Стоило мне почувствовать всё, что таил его вкус – прошлое растворилось. Он живой. Он здесь. И он не изменил своего отношения ко мне, лишь стал более голодным и неосторожным в движениях.

Дёрнув молнию на джинсах, он опустил их вместе с боксерами до колен. Демиан хотел меня сильнее, чем когда бы то ни было.

– Ты сводишь меня с ума, – выдохнул он, разводя мои ноги шире. – Каждый раз, когда я закрываю глаза, вижу тебя, и когда открываю – тоже.

Этот мужчина мог быть всем – угрозой, бурей, домом… но сейчас он был чистой, неразбавленной потребностью.

– Посмотри на меня, – потребовал Дем шёпотом, но тоном, который не позволял ослушаться.

Я подняла взгляд. Его зрачки были расширены, но голубой цвет радужки сиял неоновым огнём.

– Так, – он провёл пальцем по моей нижней губе. – Вот так. Не смотри вниз. Только на меня.

Он вошёл так резко и жадно, что я судорожно втянула воздух, вцепившись пальцами ему в плечи. Демиан поймал мой стон губами и дёрнулся бёдрами глубже, словно хотел стать частью моего тела, запечататься в каждой клетке, чтобы я больше никогда не смогла его забыть. Будто это вообще было возможно…

– Вот теперь скажи, – прошептал он, прижимая меня за талию. – Что никогда больше не убежишь.

– Ты… – я выгнулась, запрокинув голову. – Я не убегу. Никогда.

Эти слова сорвали с него что-то опасное. Он наклонился ближе, прижимаясь лбом к моему, и начал двигаться быстрее, захватывая меня полностью.

– Ещё, – потребовал он, сжимая мою шею ладонью ровно настолько, чтобы я чувствовала его власть. – Скажи ещё.

– Я никогда… тебя не оставлю, Демиан! – Слова давались с трудом.

Говорить, когда он набирал ритм казалось невозможным, но я постаралась.

Дем тихо выдохнул, будто эти слова сняли с него груз, который давил всё время, что мы были порознь. Неужели, он действительно думал, что я смогу уйти навсегда? Это просто невозможно… Как бы я не была зла, как бы не боялась… Каждая мысль была посвящена лишь ему. За эти месяцы моя голова превратилась в персональных храм Демиана Морвеля. И я не хотела наказывать его, я хотела вернуть себя пока не рассыпалась окончательно.

Но эффективнее оказалось просто почувствовать его кровь, его толчки, его губы…

Мы не занимались любовью, нет. Демиан трахал меня с неистовой силой, заставляя ощутить то, как сильно он скучал. В какой-то момент, он перевернул меня, схватив за волосы и потянув голову назад. Его губы жадно вцепились в мои, но толчки не прекращались.

Я кончила с глухим всхлипом. Накопленное напряжение пробежало и растеклось по телу волнами удовольствия. Демиан не спешил догонять, предпочитая без остановки вколачиваться в меня.

Не будь я актиром, вряд ли смогла выстоять. Даже сейчас моё тело слегка ныло от боли и удовольствия, гулящих под кожей.

– Демиан… – прошептала я, чувствуя, как во мне поднимается всё то, что я так долго сдерживала. – Я здесь, и я никуда больше не уйду.

Моих слов хватило, чтобы он отпустил контроль и закончил. Хрипло дыша, он опустил голову между моих лопаток. В такой позе мы пробыли ещё немного, прежде чем пришли в себя.

– Ты понимаешь, что я заберу тебя и Грома домой? – развернув меня, Демиан схватил с вешалки неподалёку чью-то рубашку и протянул мне.

– Понимаю, – уверенно кивнула я, натягивая вещь и надеясь, что девочки не сильно разозлятся, что мы устроили тут целое представление.

– Мы не виделись почти четыре месяца, и я намерен запереть тебя в спальне, чтобы наверстать упущенное. Это ты тоже понимаешь? – сверкнув зубами, Дем улыбнулся.

В животе приятно потянуло от тона его голоса и предвкушения, но я смогла только сглотнуть. К счастью, Демиан и не ждал ответа, удовлетворившись моей реакцией.

В ту же ночь он перевёз меня с Громом к себе. Оказалось, что дом почти заставлен мебелью. Демиан виновато посмотрел на меня, оправдавшись, что хотел заняться хоть чем-нибудь, чтобы не свихнуться. Пришлось заткнуть его рот поцелуем. По большей части, потому что я едва не разревелась.

Гром, довольный новой обстановкой, принялся носиться по гостиной, едва не сбивая косяки своей огромной тушей. Про раненую лапу он вспоминал исключительно, когда выпрашивал у кого-нибудь еду.

– Хочешь посмотреть спальню? – поинтересовался Демиан, но это был риторический вопрос. Он уже нёс меня в подвал.

Я ожидала увидеть знакомую, пусть и полутёмную комнату, в которой мы… планировали будущее. Но когда Демиан открыл дверь, я замерла. Казалось, что это не спальня, а тихий уголок прямо в лесу.

По всем стенам, от пола до потолка, шевелились тени деревьев. Листья колыхались от воображаемого ветра, пробегали солнечные блики, затем гасли, уступая место мягкому свету.

– Это…

Дем опустил меня, позволяя самой изучить наше обиталище.

– Проекторы встроены в стены. Можно вывести любую картинку, но я подумал, что тебе понравится утренний лес.

Посреди «леса» стояла большая кровать, изголовье которой пересекали металлические прутья.

– Это ведь для декора? – наивно спросила я, касаясь пальцами холодной поверхности.

Он усмехнулся и подошёл ко мне сзади, лениво проведя пальцами по руке.

– Я ведь сказал, что не выпущу тебя какое-то время.

– Я думала… ты преувеличиваешь…

– У меня было много времени подумать о том, что я хочу сделать, когда ты вернёшься.

– И ты решил… приковать меня?

– Это называется «кровать с фиксаторами», – поправил он, мягко коснувшись моей спины. – Но ты можешь звать её как угодно.

Я хотела звать на помощь. В драматическом смысле само собой, потому что внутри уже разворачивалось очень будоражащее предвкушение. Но пока Демиан не собирался пользоваться нашей новой кроватью, лишь провёл экскурсию дальше.

За дверью оказалось помещение, разделённое на гардеробную и ванную. В первом уже были развешаны вещи, женские, моего размера, в том числе.

– Ты был уверен, что я вернусь, да?

– Нет. В какой-то момент мне казалось, что я больше не увижу тебя. Но когда встретил в парке понял, что рано или поздно заберу тебя.

Мысль о кровати с фиксаторами больше не казалась забавой. Вряд ли наручники смогли бы меня удержать, но уверена, что на этот счёт у Демиана уже было что-то заготовлено.

Его темнота должна была пугать, но не пугала, а затягивала. Я была её частью и отрицать это было бесполезно.

– Ты… больше не будешь мне врать? – набравшись смелости, прямо спросила я.

Демиан скривился от вопроса, словно я сделала ему больно.

– Не буду.

– Недоговаривать тоже запрещено и отвечать двусмысленно!

– Что-то ещё? – шагнув мне навстречу, Демиан ухмыльнулся.

– Если что-то случится, и тебя захотят втянуть в очередное расследование… ты говоришь мне сразу!

Зачем-то я инстинктивно отступила, словно актир ощутил пугающую атмосферу, исходящую от более опасного хищника.

– Ещё?

– И ещё, – продолжила я, хотя в горле уже пересохло от желания немедленно вцепиться в его горло. – Ты не имеешь права решать за меня, что я могу вынести, а что нет. Не имеешь права снова умирать, чтобы меня оградить.

– Не имею, но если придётся умереть ради тебя…

– Демиан!

– Я не ищу смерти, – он взял моё лицо в ладони так осторожно, будто боялся оставить следы. – Нашёл уже всё, что имеет смысл.

Как странно: раньше именно такие слова могли бы напугать, заставили бы меня сбежать. А теперь… теперь они звучали как истина, которая и так давно жила под кожей.

– Ты больше никогда не будешь одна, – сказал он. – Но если захочешь уйти – я отпущу.

– Ты обещал не врать!

– Но ты ведь не захочешь уйти, Роза… – Его взгляд скользнул в сторону кровати и снова вернулся ко мне.

– Никогда…

Мы подались друг к другу одновременно, но внезапно сверху что-то грохнуло и Гром залаял, как сумасшедший, заставляя немедленно мчаться к нему. Пёс сидел у двери в подвал и возмущался от того, что его не пускали внутрь.

– Эй, дружок, ты недоволен, что тебя не взяли? – Дем почесал его за ухом и улыбнулся. – У меня для тебя кое-что есть.

Запрыгав от радости, Гром понёсся на кухню с удивительной точностью занимая место прямо рядом с холодильником. Демиан вытащил из шкафа огромную косточку, и пёс мгновенно вгрызся в неё зубами.

– Ты что, подкупил моего пса? – покачав головой, я рассмеялась.

– Нам же нужно немного времени наедине друг с другом, – Дем взял меня за руку и потащил обратно в подвал.

Не уверена, что нам хватит немного времени, а ещё не уверена, что бока Грома не станут толще в два раза после таких отвлекающих манёвров…

Но одно я знала наверняка – я возвращаюсь туда, где больше не страшно жить. Не потому, что всё стало правильно или просто, а потому что рядом с ним наконец перестало болеть так, как раньше.

Я не обещала себе счастливый конец, не верила в идеальные отношения и не собиралась закрывать глаза на то, что было. Но сейчас, шагая обратно в подвал за мужчиной, который нравился мне до безумия, я впервые за долгое время чувствовала, что внутри не пусто.

Он может злить, пугать, ранить… Но он всегда тянет меня туда, где я снова становлюсь собой.

И, пожалуй, это была та причина, по которой я позволила ему сжать мою руку чуть крепче и повести обратно в тьму, в которой нам обоим было лучше, чем при свете.