Вечеринка шла полным ходом: кто-то смеялся у стойки бара, кто-то курил на террасе, в дальнем зале танцевали.

Как только мы вошли, Лидия скрылась среди толпы гостей, и я потеряла её из виду. Теперь понятно, почему с нами поехал Калеб… Хотя это сильно усложняло мои планы.

Первокровный надзиратель не отходил от меня ни на шаг, и я начинала нервничать всё сильнее.

– Как долго продлится этот вечер? – спросила я, когда Калеб протянул мне шампанское.

– Может, и до утра. А ты что, уже хочешь уехать? – с нескрываемой надеждой поинтересовался он.

Я повернулась, чтобы заглянуть ему в лицо, и покачала головой.

– И где здесь именинник? – постаралась вложить в вопрос как можно больше равнодушия, чтобы не выдать себя.

Чуть приблизившись и склонившись к самому уху, клыкастый тихо заговорил, отчего у меня по коже побежали предательские мурашки.

– Вон тот тип в белом смокинге, – он кивнул на худощавого высокого мужчину неподалёку, который смеялся над чьей-то шуткой.

– На вид не скажешь, что ему стольник, – заметила я, продолжая разглядывать бледное лицо.

Хотелось бы знать, что творится в его голове и может ли он действительно стать тем, кто примет подарок…

– Чем он занимается?

Именинник выглядел чересчур элегантным: идеально подогнанный костюм, волосы, зачесанные назад, тонкая цепочка на запястье и ослепительно белоснежная улыбка, которую он щедро раздавал каждому, кто к нему приближался. Ни капли старости, ни тени дряхлости.

Калеб медленно сделал глоток шампанского, а потом, не сводя глаз с объекта моего интереса, отозвался:

– У него собственная медиагруппа. Владеет телеканалом, парой печатных изданий, в том числе одним из крупнейших глянцевых журналов и новостным порталом.

– А жена у него есть?

Я не подумала, когда спрашивала. В моей голове этот вопрос тесно вязался с мыслью, что никакая нормальная женщина в здравом уме не позволит причинить детям вред.

Только клыкастый воспринял мой интерес иначе. Он резко повернулся и пристально посмотрел на меня.

– И зачем тебе эта информация?

– Хочу переспать с ним сегодня вечером! – с сарказмом ответила я и улыбнулась. – Боги, Калеб, мы же просто разговариваем. Сплетничаем, понимаешь?

Плечи первокровного слегка расслабились, но взгляд не потерял цепкости.

– Он не женат. Предпочитает менять девушек с завидной регулярностью.

– Хм, понятно, – я сделала глоток шампанского и снова посмотрела на Улиса.

В этот раз он заметил меня, что-то сказал своим гостям и уверенной походкой направился прямо к нам.

– Глазам не верю! Калеб Морвель собственной персоной, – улыбка именинника больше напоминала оскал. Глаза перемещались с клыкастого на меня, не скрывая своего удивления. – А это что же… первый выход в свет вместе с донором? Везде со своим, а?

Улис хлопнул Морвеля по плечу, не осознавая, что ходит по очень тонкому льду. Понимая, что терпение моего первокровного не безгранично, я улыбнулась и подняла шампанское.

– Поздравляю! Такая серьёзная дата, – чокнувшись бокалами с мужчиной, я снова улыбнулась, отмечая, что пристальный взгляд виновника торжества загорается интересом.

– Мисс Каяна, верно?

– Вы слышали обо мне? – наивно захлопав ресницами, удивилась я.

– Само собой. Вы – настоящая сенсация, – дружелюбно ответил Улис. – Но я не ожидал, что вы так прекрасны… Увы, на свадьбу меня не пригласили, хотя я наслышан, что вы впечатлили гостей ничуть не меньше, чем невеста. Ваша игра на пианино… Не хотите ли порадовать именинника?

Мужчина махнул на рояль, стоявший у стены.

– Я больше не играю, – вздохнула я, стараясь игнорировать ледяную глыбу в виде клыкастого.

– Отчего же, моя прекрасная нимфа?

– Просто…

– Улис, у меня есть для тебя подарок, – тяжёлая рука Морвеля легла на плечо склизкого типа.

Калеб улыбался, но эта улыбка не имела ничего общего с весельем… По позвоночнику скатилась капелька пота.

– Правда? – Улис повернул голову, в его улыбке мелькнуло что-то неуверенное.

– Естественно. Но тебе не понравится, потому что, если ты прямо сейчас не отойдёшь от моего донора, я переломаю тебе все пальцы, – тем же буднично-равнодушным тоном сказал первокровный. Я едва не потеряла дар речи.

Вот так просто? Смотреть с улыбкой, но убивать одними зелёными глазами… Это что-то новенькое. К моему удивлению, именинник не обиделся, не возмутился, не устроил сцену, прося нас немедленно покинуть его дом. Он покачал головой и послушно кивнул.

– У меня и в мыслях ничего не было, Морвель.

– Вот и славно, – убрав руку, наконец ответил клыкастый.

– Хорошего вечера, друзья! Весь дом в вашем распоряжении, – Улис улыбнулся одними губами, быстро потеряв спесь и поспешил к гостям.

– И что это было? – прошипела я, возвращая пустой бокал на поднос проходящего официанта.

– Светская беседа, – пожал плечами зеленоглазый и мило улыбнулся…

Боги, он действительно улыбнулся так, что на щеках появились небольшие ямочки. Нет! Это вообще против всех правил! Я тряхнула головой, возвращая взгляд в толпу, и сердце едва не провалилось в желудок.

У одной из колонн стояли Тео и Сиам, которые очень эмоционально о чём-то переговаривались. Кажется, эти двое не замечали никого вокруг, доказывая друг другу что-то.

– А это кто? Один из них кажется мне знакомым…

– Если бы я знал, что ты будешь спрашивать обо всех гостях, собравшихся здесь, то составил бы список на каждого.

– Не обо всех, а только о симпатичных, – я игриво подмигнула ему, чем заслужила ещё один потемневший взгляд в копилку. – Расслабься, Калеб, мы здесь, чтобы хорошо провести время, а ты стоишь, как будто сейчас лопнешь от злости.

– Я знаю сотню мест, где можно хорошо провести время, и этот дом в их число не входит.

– Покажешь как-нибудь. А пока расскажи мне о них? – я кивнула на пару, которая успела утихомириться.

– Темноволосого ты видела в клубе Арчи, когда мы впервые туда поехали. Сиам Вудс – ещё один тупоголовый первокровный, который предпочитает растрачивать деньги своей семьи, не принося пользы обществу. Рядом с ним Тео. Они друзья детства. В принципе, это всё, что я могу о них рассказать. Близко я с ними не знаком.

Никакой важной информации от Калеба я и не ожидала. В ход пошёл уже третий бокал алкоголя. Стоило вообще отказаться от выпивки, но я сильно нервничала, не понимая, что делать дальше.

Пока я рядом с надзирателем, мне не удастся пообщаться хоть с кем-нибудь или улизнуть по-тихому осматривать дом.

Вечер становился всё страннее и красивее одновременно. По залу между гостей начали сновать фигуры в масках: мужчины и женщины в театральных нарядах, переливающихся в полумраке. Некоторые из них держали в руках живые алые розы, которые молча вручали присутствующим, оставляя за собой едва уловимый аромат.

Музыка сменилась. Сначала это было почти незаметно: лёгкое затухание фортепиано, а затем вступление струнных. Свет приглушили, и в дальнем конце зала, прямо на возвышении, появилась женщина в тёмно-синем платье.

Её лицо скрывала полупрозрачная вуаль, но голос… голос не оставлял сомнений. Это была настоящая оперная певица. Ария, которую она исполнила, была наполнена болью, тоской и каким-то необъяснимым величием. Зал замер. Даже я забыла на секунду, зачем пришла.

Нельзя было отвлекаться. К счастью, именинник вместе с парочкой подозрительных типов встал ближе к сцене, переговариваясь о чём-то и наблюдая за начавшимся представлением.

– Я в туалет, – шепнула я на ухо клыкастому, и он уже порывался пойти со мной, но я строго остановила его. – Имей уважение!

Он приподнял бровь, но, похоже, понял намёк. Я ещё раз посмотрела на сцену, никто на нас не смотрел. Пока гости отвлеклись, у меня есть немного времени, чтобы незаметно разведать обстановку.

Пройдя мимо колонн, я замедлила шаг, чтобы не привлекать внимания. Просторный коридор тянулся от зала и был отделён от основного пространства узкой аркой. Я спросила у официанта, мельком показавшись из-за угла:

– Извините, где уборная?

Тот, даже не взглянув на меня, махнул рукой влево. Этого было достаточно, если Калеб вдруг решит проверить, куда я пошла, он увидит: всё чисто.

Но до двери уборной я так и не дошла. Стоило свернуть за угол и оказаться вне поля зрения, как я резко ускорила шаг, скользя вдоль стены, прячась за каменными выступами и колоннами.

Дом Улиса был меньше, чем особняк Морвелей, и в этом была своя прелесть. Меньше лестниц, меньше комнат. Все гости собрались в основном зале: танцы, выступление, шампанское, кому нужны комнаты?

Я слышала только собственное дыхание и мягкий шорох ткани, когда прижималась к стене, заглядывая в следующую развилку. Осторожно, шаг за шагом, я пыталась найти лестницу в подвал. Почему-то мне казалось, что детей могли спрятать именно там.

Ладони вспотели, сердце стучало где-то в горле. Каждый шаг заставлял сильнее прислушиваться и опасливо оглядываться. Если меня поймают, совру, что заблудилась в поисках туалета… Сделаю вид, что перебрала с алкоголем и потеряла связь с реальностью.

Осторожно, почти бесшумно я обхватывала ладонью очередную дверную ручку. Поворачивала медленно, боясь, что внутри может ждать кто-то посторонний. Гостевая спальня. Всё чисто: стол, зеркало, идеально заправленная кровать. Ни следа жизни.

За спиной послышались голоса и смех, и мне пришлось ускориться и проскользнуть внутрь нового помещения. Я прижалась спиной к двери, молясь, чтобы сюда никто не сунулся.

Слух напрягся, уловив, что гости – мужчины, судя по голосам, двинулись дальше. Облегчённый вздох сорвался с губ, но выходить всё равно рано. Кто знает, как далеко они ушли и когда вернутся?

Осторожно пройдя вглубь, я поняла, что это не обычная комната, а рабочий кабинет. Не имея точной цели, я обогнула письменный стол, заваленный бумагами, и разглядела внутренние ящики. Мне нужно было заняться поиском детей, но я всё равно понятия не имела, куда идти.

Присев на корточки, я потянулась к шкафчику. Замка не было. Он открылся с лёгким щелчком. Пальцы дрожали, пока я перебирала какие-то бумаги, судя по всему, материалы для работы.

Я неаккуратно вытащила случайную папку, и её содержимое рассыпалось по полу.

– Чёрт, – прошипела я и быстро посмотрела на дверь. Пора было сваливать отсюда, пока не попалась.

Объяснить, что я забыла в рабочем кабинете, точно не получится. Я дотянулась до последней прямоугольной карточки и осторожно подняла её.

Подписанная фотография. На обратной стороне – аккуратный почерк и размашистое «С днём рождения, Ули! Помни, кто твой настоящий друг…», а также адрес.

Я перевернула фото скорее по инерции. Со снимка на меня смотрели трое детей… Те самые, которых разыскивали. Их лица мелькали в новостях и газетах.

Испуганно вскрикнув, я поднялась и дёрнулась назад, едва не задев светильник, стоявший на краю стола. Он качнулся, опасно накренился, и я в последний момент схватила его.

На мгновение комната сжалась. Стены, воздух, свет – всё навалилось. Мозг лихорадочно пытался определить, что делать. Я не заходила в мыслях так далеко. Не думала, что действительно найду хоть что-то.

– Думай, – приказала я себе и вернула фото на место, ещё раз читая содержимое и запоминая адрес.

Выйти незамеченной, добраться до мобильника и написать Берроузу. Дальше дело за ним.

– Выбраться, – повторила я и шагнула к выходу, но стоило мне потянуться к ручке, как дверь распахнулась.

Инстинктивно шагнув назад, я прижала руки к груди, пытаясь сообразить, что скажу, но, как назло, ни одного адекватного объяснения не было.

– Что ты, чёрт подери, здесь делаешь? – буквально прорычал Калеб, угрожающе сканируя меня.

От облегчения я кинулась ему на шею, крепко обнимая его и мысленно благодаря удачу, богов и судьбу за то, что это именно он, а не кто-то другой.

Прежде чем он принялся задавать вопросы, я ощутила, как его тёплые руки обвили меня в ответ. Вот так просто, будто так и должно быть.

– Я жду объяснений, – приподнимая мой подбородок, мягко сказал он.

– Калеб… исчезнувшие дети… я нашла фото с адресом… Они…

Договорить я не успела – первокровный резко припечатал меня к стене, приподнимая за бёдра и заставляя обхватить его ногами.

– Какого…

– Я укушу тебя прямо сейчас, поняла? – прорычал он.

– Что… – я не закончила мысль, не успела.