Запись из дневника анонима:

«Кажется, эта история с демонами скоро подойдёт к концу. Не знаю, откуда такое ощущение, может, это просто предчувствие, а может, всё уже идёт к неотвратимой развязке. Странное, непонятное чувство закрадывается в душу, как будто тишина перед бурей. Любая деталь словно приобретает особую остроту, будто играет свою роль в заключительном акте. Нет уверенности, лишь это тягучее, щемящее знание, что скоро всё станет ясным…»

Я договорилась с Кайнером, что он отвезёт меня в город на машине, а не с помощью магии. Во-первых, хотелось проживать жизнь, наслаждаясь простыми мелочами вроде тёплых солнечных лучей весеннего солнца и пробуждающегося после зимы леса. А во-вторых, несмотря на то, что мы всю ночь провели в одной кровати, хотелось ещё больше времени провести друг с другом.

Хорошо, что мне не придётся представлять свою жизнь без него, иначе я бы сошла с ума от пустоты. Каково это – просыпаться в кровати, где нет любимого человека?

Любимого… Это слово казалось таким странным, но именно оно идеально подходило. Я не решалась вслух сказать о своих чувствах, как и Кайнер. Мы будто приняли как данность то, что вместе. Не знаю, обозначают ли демоны отношения каким-то образом, но у людей принято признаваться в любви, съезжаться, вступать в брак в конце концов.

Конечно, теперь мне было неважно всё это, но я непременно найду время, чтобы признаться, что именно он сделал мою жизнь наполненной.

– Куда вы собрались? – Голос Элли застал нас уже в дверях.

Принцесса Преисподней спустилась по лестнице и с недовольным видом взглянула на меня.

– Я должен докладывать тебе? – резко ответил Кай, выступая вперёд.

Демоница явно не ожидала такого грубого ответа. Она замерла, округлив глаза, и какое-то время молчала, нахмурившись, но вскоре вернула лицу то же выражение высокомерной отчуждённости.

– Нет, но нам нужно собирать демонов. Ты уже сообщил своим людям, чтобы начинали план? – Элисанта сложила руки на груди.

– При всём уважении к тебе, не забывай, что я капитан и прекрасно помню свои обязанности…

– А мне как раз кажется, что ты забываешь об этом, Кай. Девчонка сейчас как никогда важна, но ты тащишь её куда-то, вместо того чтобы держать под защитой здесь.

Я переводила взгляд с демона, терявшего терпение, на демонессу, которая всячески старалась вывести его.

– Я – единственный, с кем Ева под защитой здесь, – зло бросил он. – А если ты так заботишься о плане, то садись на самолёт и сама сообщи всем, кому нужно!

Кайнер взял меня за руку и вышел из дома, не обращая внимания на крики блондинки. В голове вспыхнула мысль, что дерзить дочке императора, вероятно, не лучшая идея, ведь вскоре они вернутся в Преисподнюю, и эта выходка может иметь последствия.

– В чём-то она права, – задумчиво произнесла я, наблюдая за проплывающими деревьями в окне.

– И в чём же?

– Время пролетит быстро. Если среди демонов окажутся несогласные, убедить их будет сложнее…

– Убедить в том, что если мы останемся здесь, то погибнем? – усмехнулся он. – Ева, только идиот выберет смерть, когда есть шанс жить. Если Врата не соврали, а я не вижу причин сомневаться в правдивости её слов, то нам пора домой. Всем.

– Да… ты прав, – жаль, что у меня нет возможности выбрать.

В салоне играла лёгкая мелодия, солнце светило ярко и тепло, его лучи скользили по мне, пробиваясь сквозь стекло, будто специально желая согреть. Я приоткрыла окно, и в лицо тут же ворвался поток прохладного, бодрящего воздуха, наполненного ароматом леса и предчувствием приближающегося лета. Пальцы слегка касались стекла, ощущая прохладу, а ладонь чувствовала вибрации от дороги, словно пульс самой машины.

Кайнер сидел рядом, его тихое присутствие наполняло пространство, усиливая ощущение покоя. Я повернулась, краем глаза наблюдая, как он ведёт машину: сосредоточенно и спокойно.

Поймав мой взгляд, он посмотрел серьёзно, внимательно, без тени улыбки. Казалось, что за моими скрытыми улыбками он видел всю ту боль, которую я старательно прятала.

Как бы мне ни хотелось, чтобы дорога до города тянулась бесконечно, добрались мы довольно быстро. Машина остановилась на парковке у кофейни.

– Со мной идти не обязательно, – улыбнувшись, сказала я, открывая дверцу.

– Я и не собирался, буду ждать здесь, – буркнул он, явно не испытывая радости от того, что я иду на встречу с приятелем.

Колокольчик на двери издал знакомый звук, на который я невольно обернулась. Когда работала здесь, мне хотелось сорвать его с двери, чтобы не слышать это пронизывающее «дзинь».

За стойкой стояла Вики, которая улыбнулась при виде посетителя. Я махнула ей рукой и прошла к столику у окна, откуда могла наблюдать за Кайнером, пока ждала Томаса. В голове не возникало мыслей о странности этого. Я осознавала риски, если кто-то вдруг решит напасть.

– Ева! – Томас вышел из подсобного помещения и широко улыбнулся.

Он выглядел как обычно: весёлый здоровяк со светлыми волосами и добрыми глазами, хотя именно сейчас мне показалось, что он довольно симпатичен. В школе он встречался с самыми популярными девушками, собирался поступить в спортивный колледж, ему даже одобрили стипендию. Но наш город затянул его так же, как и меня когда-то…

– Отлично выглядишь, – искренне сказала я, кивнув ему на свободное место.

– Я обещал тебе кофе, подожди, – подмигнул он и умчался за стойку. Через мгновение до меня донёсся знакомый шум кофемашины.

Передо мной появился ароматный напиток и кусочек аппетитного вишнёвого пирога со взбитыми сливками. Томас сел напротив, придвинув свою кружку поближе.

– Как ты вообще? Так давно не виделись…

– У меня всё хорошо, – соврала я, касаясь губами обжигающего американо. – А как ты?

– Значит, ничего рассказывать не будешь? – Том покачал головой и рассмеялся, понимая, что я ускользаю от ответа. – Я в порядке. Решил поступать в колледж. То нападение показало, что жизнь слишком коротка, чтобы тратить её впустую.

– Отличная мысль, поздравляю, Том! Уверена, у тебя всё получится, – искренне сказала я, легко сжимая его руку, но тут же одёрнула её, чтобы не показаться двусмысленной.

– Получу контракт с командой – знай, что у тебя всегда будут билеты на футбол.

Улыбка сползла с моего лица. Будущее…

Для кого-то счастливое, полное планов, идей, успехов и даже падений, но не для меня.

– У тебя точно всё хорошо? – нужно было держать маску до последнего, потому что скрыть эмоции не получилось.

– Конечно.

Вряд ли Томас поверил словам, но допытывать не стал, за что я была благодарна.

– Ты… ты с демоном, да? – уставившись в чашку, спросил парень.

– Да, – здесь я не стала врать.

– Ева, это может быть опасно…

– Послушай, Том, – набрала в лёгкие побольше воздуха и уверенно посмотрела на бывшего напарника, – я понимаю, что у тебя плохие воспоминания о том инциденте, но поверь, мне никто не причиняет вреда. Кай спас меня, когда Боб и его дружки хотели… неважно… Я просто хочу, чтобы ты знал, что не все демоны ужасные создания.

Парень задумчиво почесал подбородок, затем кивнул и слегка улыбнулся.

– Кстати, хочешь новость? – заговорщески спросил он и оглянулся, чтобы не привлечь внимание.

Никогда не любила городские сплетни, но почему-то кивнула и придвинулась ближе.

– Итан уехал из города, продал автомастерскую. Знаешь почему?

Вот это новости! Бывший парень был настоящим фанатом этого городка. Что же заставило его так изменить отношение к жизни?

– Эби беременна, и её отец чуть не пристрелил его, когда узнал об этом…

– Охре-неть, – не сдержалась, а потом прыснула от смеха вместе с Томасом.

– Так что скоро наш брутальный Итан станет папочкой.

– Неожиданно, но надеюсь, у них всё сложится. Рада за них.

В который раз в голове промелькнула мысль, что я отдаю свою жизнь ради других людей, ради их будущего. Томас ещё рассказывал что-то, но половину я пропускала мимо ушей, лишь улыбалась и кивала, когда надо.

Я думала, что мне станет легче от общения, но тупая боль в груди не утихала. Забыть о том, что ждёт впереди, никак не получится, что бы я ни предпринимала. Мы ещё немного посидели, а потом попрощались. Напоследок я обняла парня и пожелала ему удачи во всём.

– Говоришь так, будто прощаешься навсегда, – засмеялся Том, но он даже не представлял, насколько близко это к истине…

Мой демон ждал в машине с видом обиженного ребёнка, что весьма позабавило. Без лишних слов я притянула его и поцеловала.

– Я скучала без тебя, Кай, – прошептала я, касаясь его губ.

– Спорим, я скучал сильнее? – ответил он, сокращая расстояние для очередного нежного поцелуя.

Кайнер довёз меня до кладбища, но оставаться со мной не стал, сославшись на срочные дела.

– Я скоро вернусь. Дождись меня и не делай глупостей, хорошо?

– Слушаюсь, – кивнула и захлопнула дверцу.

Меня смущало, что он не сказал, что за срочность и почему мы не можем поехать вместе, но спорить не стала. Подходя к могиле, я вдруг поняла, что легче будет одной попрощаться с близкими. Если Кайнер увидит, как я тут рыдаю, то точно заподозрит неладное.

Кладбище было пустынным и тихим. Я остановилась перед двумя плитами, скромными, но такими знакомыми. Вокруг росла мягкая, сочная трава, и я не колеблясь опустилась на неё, чувствуя прохладу земли. Сорвав травинку, покрутила её в пальцах, но слова не собирались в предложения. В груди болезненно кольнуло от воспоминаний о дорогих людях.

Я хотела бы рассказать обо всём: о страхах, о неотвратимости того, что ждёт впереди, о боли, о надежде. Эти люди были единственными, кто всегда желал мне счастья, кто искренне верил, что любой путь выведет к свету. Знали бы они, что скоро придётся встретиться с ними вновь… если, конечно, существует жизнь после смерти.

Вздохнула, закрыв глаза, ощущая их присутствие рядом, слыша в мыслях родные голоса. Дедушка положил бы руку на плечо, а бабушка тихо, с тёплой улыбкой, сказала бы что-то ободряющее. Мысли растворились в этом покое, в шепоте листвы и шорохе травы под ветром. Представила, как прошли бы последние мгновения рядом с ними, в простом, но таком светлом разговоре.

Слёзы скатились по щеке, но я не торопилась смахивать их, давая волю чувствам.

– Я так по вам скучаю… – прошептала и открыла глаза.

– Ева?

Резко обернувшись, я увидела перед собой человека, которого никак не ожидала здесь обнаружить. Моя мать стояла рядом, держа в руках веточку белых лилий.

Она выглядела, как всегда, замечательно: длинный бежевый плащ, подпоясанный кожаным ремнём, острые туфли на шпильке, перчатки и платок, из-под которого выделялись выбеленные пряди волос. Когда я была ребёнком, мне казалось, что она – идеал. Позже поняла, что за внешней оболочкой не скрывается ничего притягательного.

– Привет, Меган, – стряхивая прилипшую траву с джинсов, сказала я.

Обращаться к матери по имени оказалось куда проще, чем называть её таким важным словом.

Женщина вздохнула, и её тонкие ноздри слегка раздулись от услышанного. Наверное, ей хотелось бы, чтобы дочурка хотя бы отдавала дань уважения, но каждый раз я разочаровывала её.

– Не ожидала тебя здесь увидеть, – честно сказала я, кивая на цветы. Насколько мне было известно, мать не посещала кладбище с дня похорон. Интересно, что же сейчас заставило её передумать?

Плавными шагами Меган прошла к могильным плитам и положила цветы, проигнорировав моё замечание.

– Рада видеть тебя, Ева, – сказала мать, не отрывая взгляда от места захоронения своих родителей. – Очевидно, мой номер до сих пор у тебя в чёрном списке, а на звонки с других номеров ты не отвечаешь. Я приехала в город, чтобы поговорить с тобой, но оказалось, что ты здесь больше не живёшь. Пришлось остаться подольше, чтобы выяснить подробности и дождаться, пока ты встретишься с тем мальчиком.

– Ты подговорила Томаса? – догадалась я и скривилась от того, что эта женщина готова на всё ради своих целей.

– За кого ты меня принимаешь, Ева? – фыркнула Меган. – Он сказал, что ты приедешь встретиться с ним, поэтому я дождалась, пока ты закончишь общение со всем мужским полом, и отправилась за тобой.

– Кайнера ты тоже подговорила, чтобы увидеться со мной? – я всё ждала подвоха, но мать снова отрицательно покачала головой.

– Я стараюсь держаться от демонов подальше, и того же тебе советую.

– Ой, только не надо материнских наставлений, Меган, – поднявшись, я уставилась в лицо женщины, бросившей меня. – Чего ты хочешь?

Удивительно, но внутри не щёлкнуло ничего. Я ждала, что скорая смерть поубавит мой пыл, но этого не произошло. Меган, как и прежде, оставалась чужой женщиной. Наверное, так было легче воспринимать её, ведь сложись у нас тёплые отношения, я бы не смогла пережить расставание с матерью так легко.

Пальцы матери дрогнули, а взгляд опустился на носки своих туфель. Впервые я видела, как она нервничает, и не могла найти объяснения такому поведению.

– Прости меня, Ева, – коротко, но оглушительно сказала мать, и я замерла.

Мне нечего было ответить, поэтому я просто удивлённо смотрела в карие глаза, в которых выступили слёзы. Видеть эту непроницаемую женщину такой… человечной оказалось непривычно. Я никогда не получала от неё любви, тепла, заботы, поэтому всю жизнь жила с убеждением, что не нужна ей.

– За что… ты просишь прощения? – хрипло спросила я, не ожидая, что внутри дрогнет что-то.

– Я бросила тебя и всю жизнь буду корить себя за это! – крикнула Меган, наплевав на то, что слёзы смешиваются с тушью, портя идеальный макияж. – Мне следовало поступить по-другому, но я была глупа и… Мне казалось, что ребёнок помешает строить карьеру. Я… я хотела тебя забрать, но, каждый раз видя, как моя мама любит тебя и заботится о тебе, мне казалось, что я не справлюсь… Мне казалось, что я недостойна тебя и, в итоге, действительно стала недостойной…

Она упала на колени и закрыла лицо ладонями. Слёзы катились по её щекам, нижняя губа задрожала, и я, не сдержавшись, села рядом, обняв её.

– Ты… ты была так нужна мне, мама, – тихо сказала, ощущая, как она притягивает меня ближе в объятия.

– Прости, моя девочка, прости меня… Я не смогу вернуть то время, но позволь быть частью твоей жизни сейчас, прошу тебя…

В её объятиях я ощутила тот самый тёплый, давно потерянный уголок, где когда-то начиналась моя жизнь. Грудь сдавливало от боли и нежности, от целой бездны эмоций, которые не умещались ни в одном слове. Она держала меня, цепляясь за этот миг, как за спасение. Казалось, мир наконец-то решил вернуть мне всё то, чего я лишилась. Как могла быть жизнь так жестока и одновременно щедра, позволяя мне встретить настоящую любовь и даруя шанс вернуть родную мать?

Слёзы жгли глаза, сердце разрывалось, не зная, как вместить столько чувств. Мама вернулась, она рядом, и от этого осознания внутри всё переворачивалось. Сказать «нет» её просьбе было выше моих сил. Её голос, её тепло, этот отчаянный жест близости разъедали последние стены в душе. Она была нужна мне как никогда, и в этот момент, в её объятиях, я испытала одновременно счастье и такую боль.