Запись из дневника анонима:

«Недавно я узнал интересную вещь: оказывается, демоны не так уж и далеки от нас в плане любопытства. Один из них, о котором ходит много слухов, стал буквально одержим человеческой культурой: от музыки до обычаев. Особенно его поразили наши пословицы и поговорки. Говорят, он не мог понять, зачем люди так часто используют загадочные выражения вроде «вода камень точит» или «яблоко от яблони недалеко падает». Для него это было что-то необъяснимое, ведь в мире демонов говорят прямо, без всяких метафор. Ему казалось странным, что мы предпочитаем скрывать смысл за словами, но чем больше он узнавал, тем больше это его захватывало. Теперь он даже пробует использовать их в разговоре с другими демонами, правда, те в недоумении…»

Потребовалось пара дней, чтобы прийти в себя и принять тот факт, что вместе с новой должностью я получила ещё и способность воспламеняться. Шиону удалось успокоить меня, показать, как нужно контролировать пламя, но засыпая, я не могла держать себя в руках.

Мне снились кошмары, где я начинаю гореть посреди улицы, и люди в панике бегут от меня. И если в реальности языки только танцевали на коже, то во сне я походила на комету, полыхающую испепеляющим огнём и уничтожающую любого, кто посмеет приблизиться.

Удивительно, но избегавший меня в жизни демон приходил в сновидения. Он молча обнимал, преодолевая жар, не приносящий ему вреда, и шептал успокаивающие слова. Благодаря тихому бормотанию Кайнера огонь отступал, а я могла разреветься. Мне было так страшно, что я не справлюсь с этой способностью, что наврежу невинным и, что хуже, могу убить кого-то просто потому, что разозлюсь…

Я отставила завтрак в сторону и поморщилась. Передо мной на тарелке лежала яичница, пережившая трудные времена, впрочем, как и я. Белки сжались до тёмно-коричневой корки, местами покрытой почти чёрными пятнами. Желток, некогда ярко-жёлтый и аппетитный, теперь расплылся по краям, потеряв свою форму и запёкшись. Он выглядел сухим, словно все соки жизни были вытянуты жаром. Лёгкий запах горечи витал в воздухе, напоминая о том, что яичница перешла ту грань, когда её можно было спасти.

Удивительно, что на запах, витающий по всей кухне и плавно распространяющийся по всему первому этажу, пришла только Берри.

– М-м-м, вкусно пахнет! – аккуратный синий носик демонессы принялся ловить ароматы подгорелого завтрака.

– Шутишь? – я скривилась и пододвинула Берриес яичницу, которая теперь годилась только для кормления мусорного ведра.

Синекожая села за стол рядом и, подхватив вилку, принялась уплетать сгоревшее блюдо. Сначала я усмехнулась, ожидая, что Берри закашляется и выплюнет еду, но, к моему удивлению, она не оторвалась от тарелки, пока та не опустела.

– Вау, это потрясающе, и перец не нужен, такой насыщенный вкус, – девушка вытащила из кармана кожаной куртки небольшой блокнот и ручку. Ничуть не смущаясь моего присутствия, она начеркала несколько предложений на незнакомом языке и, улыбнувшись, вернула записи обратно.

Я следила за ней, и медленными глотками пила кофе.

– Подгоревшая еда, значит, вам тоже нравится…

– Кажется, да, но для точности мне потребуется провести независимый эксперимент. Нужно будет приготовить ещё что-то подобное и угостить наших, чтобы убедиться, что это действительно так.

– А у вас… ну в Преисподней… Чем вы вообще питаетесь?

Я гнала все мысли о мире, который мне придётся открыть для демонов. Конечно, в голове рисовались образы Преисподней именно такой, какой её представляет каждый человек в нашем мире. Мне казалось, если я не буду сближаться с этими существами и не стану спрашивать об их мире, то так я огражу себя от ненужных мыслей. В последнее время на плечи навалилось столько всего, что спасение собственной жизни встало на первый план. Но рядом с Берри мне почему-то захотелось узнать больше.

Демоница повернулась и на лице скользнула грустная улыбка.

– Наши миры похожи, вообще-то, – вздохнув, начала Берри. – У нас тоже разнообразная флора и фауна, есть разные народы, родившиеся в том или ином месте. Но есть одна большая разница. Наш мир всегда в движении. Там нет места стабильности, как здесь. Ландшафты меняются неуловимо, будто живут своей жизнью. Горы могут подняться за ночь, и на утро там, где была долина, окажется неприступный пик. Реки текут вспять, а леса, что вчера были зелёными и густыми, превращаются в пустоши. Магия пропитывает всё: воздух, почву, воду. Она питается нами, а мы ею.

Взгляд девушки потемнел от воспоминаний, а я не могла оторваться, взахлёб глотая услышанное.

– Демоны рождаются в разных условиях: кто-то в ледяных пустошах, где нет света и всё покрыто льдом. Там жизнь сурова, каждый день борьба за существование. А кто-то на тёплых островах, где волны ласково омывают песчаные берега, и там жизнь полна удовольствий. Но даже эти места неспокойны. Магические бури могут подняться из ниоткуда, и те, кто слишком полагается на спокойствие природы, быстро становятся её жертвами…

Рассказ Берри заставил кожу покрыться мурашками. Даже не знаю, что лучше: высокая температура и пытки или то, что природа сама диктует правила и в один момент может уничтожить дома и всех его обитателей заодно… Это ли не тот самый ад, что так часто рисуется в образах?

– Не смотри так, Ева, – засмеялась девушка, – Мы научились определять магические всплески, как вы определяете землетрясения и шторма. Поэтому жертв всё меньше, но они всё же есть.

– Тогда почему вы хотите вернуться? Разве здесь не лучше? – я задала самый логичный вопрос из всех имеющихся.

Эти существа просили открыть Врата и отправить их обратно, в место, где магия способна уничтожать. Кажется, я начала больше понимать тех, кто не хотел возвращаться, предпочитая остаться здесь.

– Мы должны вернуться, и дело не только в том, что там дом и родные, но и в том, что источник нашей магии в Преисподней, на Земле магии нет.

– Ну нет и нет, какая разница! Зато здесь дома не исчезают сами по себе за один день…

– Магия – суть нашего естества, Ева. Не будет её – не будет и нас, – серьёзно ответила Берри, припечатав меня взглядом. – Чем больше мы остаёмся здесь, тем сильнее теряем магию, а значит, теряем саму суть того, кем являемся. Мы не созданы для Земли так же как люди не созданы для Преисподней.

– Вы умрёте здесь? – тихо спросила я, боясь услышать ответ.

Демонесса рассмеялась и покачала головой, заставляя облегчённо выдохнуть.

– Ты так спросила, словно переживаешь за нас, – заметила Берри, продолжая улыбаться. – Не думаю, что умрём, но магию можем потерять, учитывая, что нас расселили из колоний-поселений, где мы могли питаться хотя бы энергией друг друга, но это стало опасно для человечества.

Слова упорно не подбирались. Да и что скажешь? Жалеть созданий из Преисподней я не хотела, но сочувствие просыпалось само собой. Если то, что выложила демонесса, правда, то я понимаю их причины и то, почему они так ухватились за меня – единственную надежду оказаться дома.

– Слушай, раз уж мы тут с тобой разболтались, – Берри тряхнула волосами, показывая всем видом, что собирается сменить тему, – я хотела спросить кое-что.

– Конечно, – мне переход от одной темы к другой давался не так легко, всё же мысли о магии и природе демонов не могли так просто переключиться.

– Я всё пытаюсь разобраться в пословицах людей и никак не могу понять, в чём смысл? Зачем людям эти поговорки, какую роль они играют в жизнях людей?

Повернувшись, демоница ожидала ответа, а я замерла. Задумываться о таких вопросах ранее мне не приходилось, поэтому мысли не собирались воедино.

– Я даже не знаю, мы впитываем всё с молоком матери…

– Ну вот! – Всплеснула руками Берри. – Что это значит? Какое ещё молоко матери…

– Пословицы и поговорки – это как народная мудрость, – губы растянулись в улыбке от осознания, что созданию Преисподней искренне интересны такие вещи. – Люди создавали их веками, чтобы объяснить какие-то жизненные ситуации или дать совет короткой и понятной фразой. Например, пословица «не рой другому яму, сам в неё попадёшь» значит, что если замышляешь плохое против кого-то, то это может обернуться против тебя.

Берри нахмурилась, явно размышляя над этим.

– То есть, люди предпочитают говорить что-то обобщённое, вместо того чтобы сказать напрямую? Это звучит как… уход от ответственности. Почему бы просто не говорить, что ты имеешь в виду?

– Иногда прямота не так хорошо воспринимается, – усмехнулась я. – Поговорки – это способ показать, что ты понимаешь ситуацию, или объяснить что-то проще и мягче. Они как закодированные уроки.

Демоница задумчиво кивнула.

– Интересно… Значит, пословицы – это как древние заклинания, передающие мудрость через поколения.

Вот тут я засмеялась в голос. Объяснять существу из Преисподней особенности устройства нашего мира и слышать в ответ про заклинания оказалось неожиданно, но я кивнула.

– Ладно, делу время, а потехе час, – я поднялась из-за стола, уловив недоумевающий взгляд демоницы, и пояснила: – Это значит, что пора заниматься делами, а не развлечениями. Мне нужно к Кайнеру, поговорить насчёт наших тренировок по перемещению.

Девушка понимающе кивнула и улыбнулась.

– Спасибо тебе, что не сдаёшься.

– Я бы хотела, но как я могу? – честно призналась и ощутила накативший комок в горле. – Ваш дом в Преисподней, сделаю всё, чтобы вернуть вас туда, откуда вы пришли.

У комнаты Кайнера я потеряла ту уверенность, с которой шагала до этого. Кулак уже замахнулся, чтобы постучать, но я замерла, не решаясь соприкоснуться с дверью. После разговора с Берри я поняла, что откладывать наши занятия дальше нельзя. Нужно собраться и исполнить свой долг. Раз я теперь великая хранительница Врат, нужно соответствовать. Вон, уже даже суперспособности появились, непонятно пока, какой от них толк, кроме сожжения всех немилостивых…

– Ева? – Демон опередил меня, раскрыв створку прямо перед носом. – Что-то случилось?

В данный момент случилось то, что я стояла с открытым ртом, разглядывая идеальное тело, не удосужившееся нацепить на себя футболку. Судя по взъерошенным волосам и помятому лицу, демон только недавно проснулся и собирался на кухню, когда я его подловила.

– Нет, – еле вспомнила, как говорить. – Я хотела сказать, что готова снова тренироваться.

– Отлично, тогда я переоденусь и приступим.

– Ты не будешь завтракать? – спросила я вслед скрывающемуся в комнате демону.

– Буду, – отозвался он, натягивая на тело тёмную кофту с капюшоном.

Я собиралась пойти в комнату, дожидаясь, пока он закончит утренние дела, но Кайнер догнал в коридоре. Рука легла на талию, притягивая ближе к себе.

– Что ты…

Конечно, стоило подготовиться к тому, что демон воспримет моё желание приступить к занятиям как незамедлительное.

– Благодаря пробудившейся крови тебе будет легче переносить перемещения.

Руки демона удерживали, прижимая к себе, но, осознав, что я не нуждаюсь в поддержке, он отстранился.

В лесу, куда мы переместились, пахло влажной землёй и кедром. На этот раз расстояние до дома оказалось ещё больше, потому что кроме стволов деревьев вокруг не было ничего.

– Готова попробовать ещё разок?

Раз у меня всё лучше получается, то почему бы не взять расстояние побольше? Поэтому я утвердительно кивнула. В этот раз я сама шагнула к демону и обхватила его за талию, ожидая, когда пространство начнёт меняться. Последнее, что я услышала перед тем, как мы оказались в новом месте, тихий смех.

Сначала я не поняла, где мы находимся, зажмурилась от ярких огней вывесок и от сигнала машины, проезжающей мимо. Улица города, казавшаяся родной когда-то, теперь выглядела абсолютно иначе. Вроде всё те же магазинчики и заведения, но такие далёкие и чуждые. Меня не было в этом месте около месяца, но за это время всё так изменилось во мне.

– Ты серьёзно? – зашипела я негодуя.

Как только такое могло прийти в голову? Притащиться в город, где меня ненавидят и едва ли не вилами прогнали отсюда.

– Расслабься, нужно показать, что я ничего с тобой не сделал, – пояснил Кайнер, лениво пожимая плечом. – В последний раз тебя видели уезжающей со мной, а после ты пропала. Рано или поздно кто-то начнёт задавать вопросы. А я уже говорил, что не хочу привлекать внимание, особенно со стороны комитета.

Я недовольно фыркнула не сообразив, что ответить, а подтверждать, что он прав, не хотелось. Пришлось молча проглотить слова и злость.

Кофейня, в которой я когда-то работала, встретила нас ароматами свежей выпечки и кофе. Треклятый колокольчик на двери так и висел, каждый раз оповещая о приходе или уходе посетителей.

– Добро пожа… – Знакомая девушка за стойкой, имя которой стёрлось из памяти, поднялась и улыбнулась, пока не увидела нас.

Её взгляд принялся метаться под стойкой, вероятно, ища телефон, чтобы позвонить мистеру Винтеру, но я не позволила ей этого сделать.

– Привет, слушай, не устраивай сцен, – мягко положив руку поверх её ладони, начала я. – Мы возьмём кофе с собой и уйдём так, что никто даже не узнает о том, что мы здесь были. По рукам?

Сотрудница, пришедшая на моё место, неуверенно кивнула. Я ощутила Кайнера за спиной и повернулась, чтобы убедиться, что он был недоволен решением взять заказ навынос.

– Стесняешься меня, огонёк? – шепнул демон, склонившись над ухом.