А мне вот не нравилось! И очень хотелось вернуться в те чудесные времена, когда главной проблемой был испорченный состав, а не вот это вот все.

— Дикость какая. И гадость, — пробурчала я.

— Что именно?

— Охота на мужчину. Это они должны добиваться женского расположения! Совершать подвиги. Звать на свидания. Не наоборот же!

— Элька, понимаешь, в чем проблема. Мужчина все это будет делать, но только для своей женщины. Той единственной, что привлечет его внимание и зацепит. И вот как раз чтобы стать такой единственной для конкретного мужика, приходится изгаляться.

— Дриада дело говорит, — авторитетно поддакнула эсса. — Мы этот этап с тобой уже прошли. Теперь можно сложить лапки и наслаждаться результатом.

— Кто-то наслаждается, а кто-то рискует поседеть!

— Для закалки полезно, — фыркнула моя сожительница, а затем слегка загрустила. — Элька, нам бы пожрать.

— Сегодня вечером схожу к местному проклятийнику. Может, у него есть какие-нибудь старые проклятые предметы.

— Это не еда, а фастфуд.

— Что, прости?

— Гадость, говорю, эти твои проклятые предметы. Я хочу нормальной еды. Вкусненькой, питательной и соблазнительной.

— Мы не будем есть твоего пирожочка!

— А ты, оказывается, жестокая.

— Это еще почему?

— Ну, сама посмотри. У магистра проклятие. Гадость, которая пожирает его магию и не дает нормально жить. Мы можем на время облегчить его участь и сделать хорошо обоим. Так чего ломаться?

— Эсса, он нас ищет! Понимаешь — ищет!

— Да, потому что мы ему нужны. И, заметь, он знает, что демора — одна из студенток. Но никому об этом не рассказал. Только тебе, как единственной свидетельнице.

— И к чему ты клонишь?

— Он нас не сдаст, Элина. Наоборот, сделает все, чтобы защитить и оставить рядом с собой.

— Ага, пока ему это выгодно. А как только необходимость в нас отпадет…

— Она отпадет в тебе, как в деморе. Но не как в женщине.

— Ты опять про свой разврат⁈

— Не свой, а наш. И да, про него. В твоих же интересах пробуждение демонической крови. Как только станешь женщиной — мы с тобой зажжем!

— В каком смысле? — уточнила настороженно.

— Вот когда дойдет до дела, тогда и узнаешь. А пока… Иди, плавай. Сегодня ночью пойдем на дело.

— Какое?