Спустившись вниз, Слоан едва не столкнулась с Полом, явно поджидавшим ее.

– Я хотел подвезти вас и отправиться по делам, – сообщил он, – но Парис шепнула, что все процедуры по превращению Золушек в принцесс займут целый день, поэтому я поеду один. Перед домом уже стоит «ягуар» Парис.

– Я провожу вас, – предложила Слоан, многозначительно кивнув на дверь.

Взятый напрокат седан Пола стоял чуть дальше «ягуара», и Слоан, подождав, пока они окажутся вне досягаемости, возбужденно затараторила:

– В кабинете Картера есть компьютер, подключенный к банку. Парис сказала, что я могу им воспользоваться, и дала свой пароль.

– Рано радуетесь. Он слишком осторожен, чтобы позволить дочери иметь доступ к файлам или связаться с банковскими компьютерами, – покачал головой Пол. – Кроме того, у него свой пароль.

– Знаю. Просто докладываю, что удалось разведать.

– Я хотел бы иметь копию гостевого списка, который Парис дала Мейтленду.

– Обязательно попрошу. Всегда можно сказать, что это будет прекрасным сувениром на память и заодно поможет запомнить имена приглашенных.

– Прекрасно.

Он оглянулся на звук открываемой двери.

– Парис только что вышла из дома. Кстати, если вы еще не в курсе, это Мейтленд заставил устроить прием. Я подумал, что вам захочется знать.

– Я поняла, что Картер не слишком рвался представить меня своим друзьям, но как мог Ной вынудить его, если он так уж уперся?

– Жаль, что вас там не было, когда разгорелась битва. Вы многое бы дали, чтобы все услышать собственными ушами. Нужно сказать, Мейтленд – опасный противник. Я был просто потрясен.

– Да, но какое дело Ною, если Картер не хотел меня показывать своим приятелям?

– Думаю, – понимающе ухмыльнулся Пол, – вы уже знаете ответ. Бедняга Мейтленд сражен наповал.

Слоан зарделась при мысли о том, что небезразлична Мейтленду и даже, вероятно, более чем, иначе тот не сумел бы переспорить Картера.

– Нас не будет целый день! – радостно провозгласила Парис, подходя к машине Пола. – Мы оттянемся по полной программе: косметичка, маникюр, педикюр, массаж и прическа. Только нужно поторопиться, нам и так сделали огромное одолжение, согласившись принять без предварительной записи.

– В таком случае едем! – воскликнул Пол, усаживаясь в машину.

Отъехав на несколько кварталов, он открыл «бардачок», вынул сотовый телефон и набрал номер. Ответил его коллега, сидевший в эту минуту на причале с удочкой в руках.

– Ты можешь говорить? – спросил Пол.

– Я? – негодующе отозвался фэбээровец. – При чем тут я! Это ты должен объясниться, и немедленно. Пол! Ты не сказал мне, что затеял всю операцию по собственной инициативе! И никому не объяснил, что собираешься внедриться в дом Рейнолдсов. Вчера мне звонил босс из главной конторы. Он случайно узнал обо всем и полез на стенку. Считает, что ты позволил своим личным обидам взять верх над здравым смыслом и долгом и что ты просто одержим этим делом. Я говорю серьезно, приятель, береги задницу! Это может стоить тебе карьеры, и даже если представишь улики, адвокаты Рейнолдса камня на камне от них не оставят, учитывая способ, каким ты все это добыл…

– Но я не ищу никаких доказательств, и когда они все-таки будут, окажется, что собрал их совершенно посторонний человек, – перебил Пол усталым, терпеливым тоном человека, вынужденного объяснять очевидное. – Я здесь просто как друг Слоан и не заставлял Картера приглашать дочь. А если Слоан случайно наткнется на какие-то свидетельства его вины, она, естественно, как всякий законопослушный гражданин, немедленно передаст все властям, независимо от того, буду я рядом или нет. В конце концов, она служит в полиции!

– Мне можешь не заговаривать зубы, попробуй-ка убедить шефа!

– Никого я не собираюсь убеждать. В конце концов, у меня отпуск, а когда шеф предстанет героем в глазах начальства, немедленно поутихнет. Ну а пока я здесь всего лишь гость и, следовательно, развлекаюсь по мере сил. Играю в теннис, часами лежу у бассейна, ужинаю в ресторанах, танцую и так далее. Поверь, я не открыл ни одного ящичка и даже не заглядывал в фотоальбомы без разрешения. Строго-настрого запретил Слоан рыться в бумагах и книгах. Она даже не знает, что искать. Я не сказал ей ни что Рейнолдсы используют свой банк для отмывания денег, ни тем более чьи деньги они отмывают. И можешь себе представить, судьба вознаградила нас за все и Слоан сумела выиграть главный приз.

– О чем это ты?

– Всего лишь о том, что моя неотразимая спутница обзавелась весьма настойчивым поклонником, и ни один федеральный судья не сумет поставить мне это в вину, а уж тем более не принять во внимание добытые Слоан сведения.

– Кто он?

– Ной Мейтленд.

Агент громко присвистнул.

– То что доктор прописал! – восхищенно прошептал он.