Когда Эби спускается вниз, в доме подозрительно тихо. Дверь настежь распахнута, и проливной дождь барабанит по крыше. Девушка зябнет и, обнимая себя руками, выглядывает на улицу. Ничего не разглядев снаружи, она быстро закрывает дверь и поворачивается. Дом пуст, сгущающаяся вокруг темнота наполняет сердце девушки тревогой.

– Мэттью? – на этот раз ее голос звучит чуть тише, осторожнее.

Но в ответ снова мертвенная, леденящая душу тишина, и Эби напрягается. Она медленно шагает мимо лестницы, с которой только что спустилась.

– Мэттью? Ты здесь?

Ее голос эхом отражается от стен, будто она находится в абсолютно пустой комнате. Эби начинает мелко дрожать, не понимая, куда мог подеваться мужчина. Она входит в гостиную и осматривается.

Открывшаяся ее взору картина повергает в ужас. Эби прикрывает рот ладонью, боясь закричать. Гостиная полностью перевернута, окна разбиты. Разорванные диванные накидки валяются по полу, перемешанные с кучей осколков от пластинок. Разломанный проигрыватель валяется в углу. Эби ступает по комнате с бешено колотящимся сердцем.

– Мэттью?

На этот раз она почти шепчет, боясь, что те, кто это сделал, все еще могут быть в доме. Сделав еще несколько шагов вперед, Эби вдруг застывает, замечая на полу чьи-то ноги. Но осознание накатывает волной, и, узнав знакомые джинсы, она бросается к телу.

– Мэттью! Нет! – Она припадает на колени возле израненного мужчины, ее глаза щиплет от подступающих слез. – Нет, пожалуйста, взгляни на меня!

Его лицо изуродовано. Очевидно, его сильно избивали. Пальцы Эби пачкаются в крови, когда она обхватывает голову мужчины своими дрожащими ладонями и укладывает себе на колени. Горячие слезы капают с ее щек, но Мэттью продолжает лежать, не шевелясь. Эби приходит в еще больший ужас, видя окровавленную футболку, и тогда замечает ранение от пули в его груди. Прямо у сердца.

– Нет… – продолжает повторять она как мантру, будто от этого он сможет открыть глаза. – Пожалуйста, взгляни на меня.

– Эби?

Голос где-то за ее спиной выводит Эби из ступора. Она испуганно вскидывает голову и приходит в замешательство. На ее лице непонимание, боль и ужас, она открывает рот, но, будто рыбка, не в силах ничего произнести. Все еще сжимая в руках голову Мэттью, она выдавливает родное слово.

– Папа? – спрашивает Эби дрожащим голосом, и мужчина возле нее кивает.

– Все хорошо, малышка, – улыбается ее отец, выглядя так, словно происходящее вокруг абсолютно нормально. – Теперь ты в безопасности. Мы можем вернуться домой.

– Нет! – выдыхает она, не веря собственным словам. Ее губы дрожат. Она моргает, смахивая слезы с ресниц.

– Что ты такое говоришь, глупенькая. Эби?

Она видит, как отец тянет к ней руки, и зажмуривает глаза. Она кричит изо всех сил, а затем вдруг становится совсем темно. Девушка отчаянно сжимает в руках Мэттью, и тьма поглощает ее, утаскивая в свои холодные объятия.

– Эби!

…Она просыпается, резко распахивая глаза. Сон растворяется, оставшись лишь неприятным осадком в ее сознании. Эби медленно садится в кровати, сонно моргая. Она чувствует, будто ее руки все еще в крови, и невольно вытирает их об одеяло, несмотря на то что на самом деле они абсолютно чистые. Сердце гулко стучит в груди, напоминая о пережитом во сне ужасе.

Спустя несколько мгновений разум свыкается с реальностью, напоминая девушке, что все хорошо. Она лежит в постели в комнате Мэттью, впервые видя ее изнутри. В кровати только она одна, как Эби и ожидала. Это немного расстраивает, но девушка слышит приятную классическую музыку, доносящуюся с первого этажа, и улыбается. Она трет глаза и зевает, наконец полностью успокаиваясь и выкидывая из головы ужасный труп мужчины из ночного кошмара.

Комната Мэттью куда больше той, в которой она живет все эти дни. Широкая кровать стоит посреди комнаты у стены. Панорамное окно слева от нее впускает внутрь много света, и Эби замечает, что впервые за долгое время на улице светит солнце. Это заставляет ее улыбнуться. У двери стоит большой платяной шкаф, а рядом с ним красивый резной деревянный стол. На нем лежит ноутбук.

Сердце Эби пропускает удар, и девушка выдыхает, бегая глазами от ноутбука к двери и обратно. Она может запросто залезть в него и выйти в интернет. Но затем воспоминания о том, что произошло вчера, заставляют ее постыдиться собственных мыслей. Эби прижимает ладонь к оголенному животу, будто все еще чувствуя на себе тепло тела Мэттью. Это пробуждает внутри чертовых бабочек, и Эби снова смотрит на ноутбук.

Мэттью доверяет ей. Оставил ее здесь одну, зная, что она может попробовать выйти в Сеть. В конце концов Эби откидывает одеяло и слезает с кровати. Она собирает по полу одежду и прижимает ее к себе. Девушка смотрит на ноутбук еще какое-то время, а затем просто выходит из комнаты, осторожно закрыв за собой дверь.

Эби спускается вниз, чувствуя себя прекрасно после душа и в чистой одежде. Ее волосы струятся по плечам, и она кусает губу, не в силах контролировать постоянное желание улыбаться. Сон напоминает о себе, когда Эби спускается по лестнице, но она отгоняет от себя воспоминания о нем. Знакомая музыка Гектора Берлиоза наполняет гостиную, и Эби улыбается шире, обнимая себя за плечи. Она чувствует манящий аромат еды и уже предвкушает очередной шедевр, который Мэттью готовит для нее. Тихонько заглянув в кухню, Эби задерживает дыхание. Мэттью стоит к ней спиной, на нем одни лишь спортивные серые штаны, что позволяет девушке насладиться видом его обнаженной спины. Это пускает легкий ток по ее нервам, и Эби прикусывает губу.

– Хороший шпион никогда не выдает свое местоположение, – вдруг говорит Мэттью, продолжая готовить.

Игривые нотки в его голосе заставляют девушку улыбнуться шире и вылезти из укрытия.

– Как ты это делаешь? – она подходит к нему со спины и подтягивается на носочках, чтобы легонько чмокнуть его в голову. – У тебя что, глаз на затылке?

Заглянув ему в лицо, Эби видит, что Мэттью улыбается. Он почти не смотрит на нее, но Эби ожидала подобного поведения. По крайней мере, он не выглядит сожалеющим, и это уже успокаивает.

– Пахнет вкусно. – Она ворует дольку томата с разделочной доски, и Мэттью притворно закатывает глаза.

– Перестань, уже почти готово! – Он приподнимает крышку на сковороде, и кухню наполняет невероятный запах омлета.

У Эби урчит живот. Он готовит для нее классический французский омлет. Тоненький, мягкий, свернутый в рулетик, выглядящий как произведение искусства.

Она помогает накрыть на стол и наливает для них свежий апельсиновый сок. Мэттью выглядит задумчивым, но не напряженным, и Эби толком не понимает, как ей себя вести после всего, что между ними произошло.

– Ты ходил на пробежку сегодня? – спрашивает она, кусая ломтик поджаренного хлеба.

– Я встал очень рано. – Он пожимает плечами, не отводя взгляд от еды. – Мне не спалось, поэтому пробежался вдоль берега.

Это вызывает у Эби странное ноющее чувство. Она снова и снова прокручивает в голове неприятные мысли о том, что он может сожалеть о том, что позволил себе близость с ней. Но, как бы ни было грустно, Эби осознает реальность. Она знает, что пока они заперты в своем маленьком уютном мире, у нее есть право на то, чтобы мечтать. Но когда они покинут это место, ее желания останутся умирать в сырой лесной земле.

– Хочешь прогуляться?

Мэттью будто замечает, что она думает о плохом, и когда Эби смотрит на него, он нежно улыбается. Она не может скрыть ответной улыбки и кивает.

Девушка позволяет себе взять его за руку, пока они прогуливаются вдоль озера. Мэттью пытается скрыть удивление, но выходит плохо. Тем не менее он мягко сжимает ее ладонь в своей, и у Эби порхают бабочки в животе от его прикосновений.

* * *

Целоваться с Мэттью становится любимым занятием Эби. Она просто не может сдержать свои отчаянные порывы прикоснуться к нему. Утром они по очереди готовят завтрак, а после продолжают тренировки. Однако тренироваться становится сложнее, потому что чаще всего их соприкосновения заканчиваются поцелуями. Вечерами они просто читают на диване в гостиной, и Эби наслаждается треском дров в камине, лежа на коленях Мэттью. Он не проявляет каких-то невероятных чувств к ней, но, когда касается ее, она видит нежность в его глазах, которую невозможно скрыть.

Эби считает, что она определенно обезумела, потому что еще никогда так сильно не хотела чьих-то постоянных близости и внимания. Но то, как Мэттью кусает ее шею или сжимает бедра, не может не сводить с ума. То, насколько горяча его кожа, когда он прижимается всем телом к ее, пока руки Эби отчаянно хватают и сминают простыни на его постели, когда они занимаются любовью. Она не в силах это остановить. Ей и не хочется.

* * *

Проснувшись в постели поздним утром, Эби сонно улыбается, потягиваясь. Она зевает и садится, прикрываясь одеялом. Сегодня вновь облачно. Эби снова зевает, закрывая рот ладошкой, и свешивает ноги с кровати. Мэттью как обычно внизу, судя по играющей на первом этаже музыке. Эби встает и весело пританцовывает по комнате босиком, качая головой в такт. Она останавливается у шкафа и задумывается, прикусив губу. Открыв его, Эби пробегает глазами по аккуратно разложенным и развешанным вещам мужчины. Все они в основном в темных оттенках, поэтому белая рубашка на вешалке сразу привлекает внимание. Хитро улыбаясь, Эби стягивает рубашку и быстренько просовывает руки в рукава. Оставив две нижние пуговицы расстегнутыми, она поправляет вещицу на плечах и покидает комнату.

Выглянув в окно в коридоре, Эби замечает Мэттью на улице. Широко улыбнувшись, она сбегает по лестнице и танцующей походкой отправляется на кухню. Девушка с любопытством заглядывает под стеклянный клош, где ее ждет завтрак, и желудок призывно урчит, почуяв аромат еды. Эби крадет кусочек бекона и жует его, напевая с набитым ртом. Она слышит, как открывается входная дверь, и сердце стучит чуть чаще, когда она придумываетновый план. Последние несколько дней Эби не оставляет попыток застать Мэттью врасплох, поэтому она хватает нож с браш-подставки и, прижав его к груди, прячется за углом.

Сердце колотится от волнения, когда она, затаив дыхание, слышит, как Мэттью идет через гостиную. Шаги звучат все ближе.Три, два, один.

Эби выскакивает из-за угла, замахиваясь рукой, в которой крепко сжимает нож, но реакцию Мэттью невозможно опередить. Он перехватывает ее запястье быстрее, чем она успевает сделать вдох. Мужчина сжимает ее руку своей, нож замирает достаточно близко к его лицу. Второй рукой он хватает Эби за плечо, и уже в следующую секунду она оказывается прижата обратно спиной к стене. Ее глаза искрятся от восхищения. Пусть ей и досадно, что она все еще недостаточно сильна, чтобы противостоять кому-то вроде Мэттью, но его рефлексы и инстинкты сводят ее с ума. Он смотрит ей в глаза, ухмыляясь.

– Серьезно? Нож? – Он выгибает бровь, хмыкая. – Ты что, флиртуешь со мной?

Недолго думая, Эби разжимает пальцы, нож со звоном падает на пол, и она подается вперед, запуская пальцы в волосы мужчины. Она целует его, жадно и ревностно, будто кто-то сейчас отберет его. Отпустив ее руку, он перемещает ладони ей на талию, и Эби просто запрыгивает на него, скрещивая лодыжки на талии. Она не особенно сопротивляется, когда Мэттью выносит ее в гостиную. Эби испускает тяжелый вздох, смешанный со стоном, когда он роняет ее на диван и наваливается сверху.

– Ты выводишь меня из себя, – жарко выдыхает Мэттью, но Эби только ухмыляется.

– И тебе это нравится.

Целоваться с Мэттью, когда у него чуть отросла щетина, ощущается совсем иначе. Ее кожу покалывает, но Эби это приходится по душе. Она вытягивает руки, собираясь стащить с себя рубашку, но Мэттью не дает ей этого сделать.

– Нет уж, останешься в ней. – Его голодный взгляд заставляет выглядеть так, словно он только что вышел на охоту.

Это порождает в Эби неистовое желание, волнение и азарт, которые так сводят ее с ума. Она ждет, что он снова поцелует ее, но вместо этого Мэттью продолжает с жадностью смотреть на нее собственническим взглядом. Эби задерживает дыхание в тот момент, когда он медленно сползает вниз, оказываясь между ее бедер, не сводя с девушки глаз. Выгнув спину, Эби закрывает глаза, не в силах вынести переизбытка чувств. Ощущая, как Мэттью проводит щетиной по внутренней стороне ее бедра, заставляет ее вцепиться в обивку дивана ногтями, отчаянно пытаясь схватиться за что-нибудь. Эби закатывает глаза и громко стонет, не сдерживая себя, когда чувствует его теплый язык между ног. Она тонет.

* * *

Мэттью не говорит ей, куда ведет ее, но Эби доверчиво следует на задний двор, пообещав не задавать вопросы. Она лениво читала у камина, когда мужчина заглянул в гостиную несколько минут назад, с хитрой улыбкой попросив ее пойти за ним.

– Не может быть! – выдыхает она, когда он наконец останавливается, и Эби замечает недалеко от них деревянную установку, на которой стоят несколько стальных баночек.

С горящими от счастья глазами Эби поворачивается к мужчине. Ее сердце учащает ритм, когда она видит, как тот проверяет магазин, а затем, вставив его обратно в пистолет, протягивает ей оружие. Этот жест значит намного больше, чем любые слова. Эби даже не сразу берет пистолет в руки. Она изучает его глазами несколько долгих секунд, осмысливая то, насколько Мэттью доверяет ей в этот момент.

– Просто еще один небольшой урок. – Он прячет руки за спину, говоря своим привычным серьезном тоном, которым обычно учит ее боевым приемам.

Все-таки забрав пистолет, Эби берет его в правую руку, чувствуя тяжесть и холод оружия. Она уже стреляла прежде, дядя пытался научить ее обращаться с пневматическим ружьем, но у Эби выходило плохо, так что она расстроилась и отказалась. Расставив ноги на уровне плеч, девушка вытягивает шею и выпрямляет спину, глядя точно вперед. Она плотно обхватывает пальцами рукоятку, вытянув руку, но вдруг Мэттью становится позади нее, заставляя поднять и вторую тоже.

– Если есть возможность, всегда используй вторую руку, – строго поучает он.

Девушка расслабляет пальцы, позволяя ему показать, как нужно правильно взять пистолет, и старается запомнить каждую мелочь. Мэттью укладывает вторую ее руку так, что всеми пальцами она оборачивает первую, но большой палец лежит вдоль оси ствола.

– Существует три типа мишени. – Она чувствует дыхание Мэттью на своей шее, и это пускает по ее коже невидимые мурашки. – Ближняя, средняя, дальняя. Для первых двух лучше держи обеими руками. Выстрел будет точнее.

Эби кладет большой палец правой руки на большой палец левой, чувствуя, словно оружие становится с ней единым целым.

– Это не просто вещь или оружие, – говорит Мэттью, поднимая ее руки чуть выше. – Сейчас это продолжение тебя. Ты должна почувствовать его.

Тело Эби подрагивает, когда она опускает указательный палец на курок. Мэттью все еще держит свою руку на ее плече. Его голова близко наклонена к голове Эби, так что он едва ли не касается ее уха губами.

– Выровняй дыхание, – велит он, но Эби тяжело это сделать, когда он говорит с ней в таком тоне. – Очисти голову, сосредоточься на цели. Держи палец ровно, прикасайся только кончиком фаланги. – Он следит за каждым ее движением. – Не пихай туда весь палец, – вздыхает он, и Эби сразу исправляется, делая, как велено. – Опусти плечи, расслабься. Выбери мишень.

Эби делает вдох, опуская плечи и заставляя себя расслабиться. Она выбирает центральную баночку, не сводя с нее глаз.

– Создай для себя прицельную картинку. Наметь цель и думай только о ней.

Эби делает еще несколько глубоких вздохов, прежде чем окончательно выравнивает дыхание. Все звуки вокруг становятся тише. Даже голос Мэттью теперь звучит далеким эхом в ее голове. Эби слушает только свое сердцебиение.

– Нажатие должно быть легким, – голос звучит где-то внутри ее разума, и Эби расслабляет палец, мягко водя по спусковому крючку. Ее взгляд фокусируется на выбранной банке. Она выдыхает. Звуки вокруг словно перестают существовать. – Стреляй.

Это происходит быстрее, чем Эби может успеть обдумать. Она нажимает на курок, раздается выстрел, и выбранная ею банка отлетает в сторону. Эби даже не вздрагивает. Она медлит секунду, осознавая, что только что сделала, а затем с восхищением поворачивается к Мэттью. Звуки постепенно возвращаются, но все, о чем думает Эби, – гордая улыбка на лице Мэттью.

* * *

Они сидят на пирсе, касаясь друг друга плечами. Эби болтает ногами в воздухе, жалея, что не достает до воды. Руки Мэттью сложены в замок, он смотрит прямо перед собой, и в его глазах Эби видит отражение воды. Она отводит взгляд, тихонько вздыхая. Тишина становится напряженной, когда она чувствует, что он хочет что-то сообщить ей, но молчит. В итоге Эби решает уничтожить напряжение первой, но они говорят одновременно.

– Когда я была…

– Эби, я…

Они поворачивают головы, встречаясь взглядами, и Эби мягко улыбается, позволяя ему наконец сказать. Мэттью отворачивается, снова устремляя взгляд к воде.

– Я получил сообщение.

Небеса обрушиваются на землю. Сердце Эби, кажется, останавливается. Она резко поворачивает голову, сжимая ладонями деревяшки. Ее ноги замирают в воздухе, и она боится сделать вдох, хочет закричать, чтобы он замолчал, потому что не желает ничего слышать об этом. Но Эби словно онемела, забыв, что такое слова.

– Я должен вернуть тебя в Лондон. – Его голос совершенно безжизненный, в нем нет никаких эмоций. Эби чувствует, как знакомое ощущение тошноты подкатывает к горлу. – Мне дали координаты. Мы должны быть на месте в пятницу.

Эби отворачивается, не в силах больше смотреть на него. Она не хочет ничего слушать. Реальность бумерангом возвращается в ее сознание, и у девушки кружится голова. Она втягивает носом воздух, которого вокруг стало катастрофически мало. Пытается сфокусироваться на озере, но взгляд становится замыленным, и все вокруг плывет. Она знала, что этот день наступит. Знала, что они не в романтической истории, и Мэттью вовсе не бойфренд, с которым можно построить красивую сказку. Он похитил ее ради тех, кто предал отца. Он работает на ее врагов, и это разрывает ей сердце. Она не хочет, чтобы все это было правдой.

Сморгнув пелену, застилавшую глаза, Эби поджимает губы, но затем делает глубокий вздох, сильнее сжимая деревяшки, на которых сидит.

– Хорошо, – просто отвечает она, и это заставляет Мэттью повернуться.

Эби продолжает смотреть на воду, хоть краем глаза и видит, что Мэттью не сводит с нее глаз. Она бы хотела видеть его лицо в этот момент, но просто не может заставить себя повернуться.

– Я знала, что так будет. – Она пожимает плечами, задушив в себе любые признаки слабости. Затем натягивает равнодушную маску и наконец поворачивается. Мэттью выглядит сожалеющим, и Эби ненавидит это. Это разбивает ей сердце. – Но я вовсе не жалею. – Она гордо поднимает голову и пытается улыбнуться. – Мы ведь оба знали, что рано или поздно это должно было закончиться, так что… – Она сглатывает ком в горле. – Я не собираюсь винить тебя, если ты вдруг так думаешь.

– Мне нравилось видеть тебя счастливой. – В его голосе столько искренности, что это сдавливает сердце Эби в колючие тиски, вызывая жуткую боль в груди. – Но ты ведь отлично знаешь, кто я.

– Мне наплевать, кто ты, – резко отвечает Эби, на этот раз позволяя голосу дрогнуть.

– В этом мы похожи, – усмехается Мэттью, качая головой, и отводит взгляд.

– Неужели? – Эби изо всех сил пытается сохранить безразличие в своем голосе. Ее ладони потеют.

– Мне тоже плевать, кто я. Я делаю то, в чем хорош, но это не делает меня отличным парнем, – отвечает Мэттью, заглянув ей в глаза, и Эби кусает щеку, чтобы не позволить губе задрожать. – Я и так заставил тебя пережить довольно многое, и не хотелось добавлять к списку твое разбитое сердце. Но ты та еще засранка. – С его губ срывается едва слышный смешок, и он искренне улыбается.

Это разрушает маску на лице Эби, и она не может не улыбнуться ему в ответ. Бабочки одна за другой разбиваются о грудную клетку, погибая внутри, но Эби винит в этом только себя. Она знала, на что шла.

– Ты хороший учитель. – Она хмыкает, легко толкая его плечом. – Теперь я умею многое.

– Мы говорим о тренировках на лужайке, я же правильно понимаю? – Мэттью выгибает бровь, прищуриваясь, и они оба тихонько смеются.

Это заставляет Эби немного расслабиться. Тусклый огонь тепла в душе все еще греет ее. В конце концов, это не конец пути. Еще придет время прощаться, и Эби старается успокоиться. Они молчат довольно долго, наслаждаясь трелью цикад. Эби вздыхает: то, что она собирается сказать, не имеет смысла. Знает ответ, который услышит, но все же решает попытаться:

– Ты бы мог остаться, знаешь? – Когда она поворачивается, Мэттью не смотрит на нее. – Мой отец заплатит тебе столько, сколько ты попросишь. Ты мог бы стать моим телохранителем… – Девушка даже улыбается, думая о том, как это было бы прекрасно.

Но затем Мэттью поворачивается, и на его лице все еще печаль. У Эби поникают плечи.

– Дело не в деньгах, ты же знаешь, – отвечает он, и Эби поджимает губы. В ней нарастает злость, порожденная обидой, и девушка стискивает зубы.

– Репутация… – Она кивает своим же словам, и Мэттью отворачивается, подтверждая ее теорию. – Ну еще бы! – Эби раздраженно вздыхает. – Что же подумают другие, узнав, что несравненный Мэттью Де Монтклер предал заказчика из-за глупой девчонки.

– Это не так. – Мэттью поворачивается к ней с хмурым лицом, но Эби поднимает руку, заставляя его замолчать.

– Не надо, – резко говорит она. – Это была просто шутка. Я не хочу говорить об этом.

– Мы находимся в одном мире, но совершенно на разных полюсах, jeune femme, – вздыхает он. Родное прозвище вызывает укол боли в девичьем сердце. – Такие люди, как я, не меняют профессию.

Эби ничего не отвечает. Она любуется гладью озера еще некоторое время, а затем поднимается на ноги.

– Когда мы уезжаем? – холодно спрашивает она, возвышаясь над Мэттью.

Тот даже не поднимает головы, но его голос тихий, когда он отвечает:

– Завтра вечером.

Всего один день. А она уже так полюбила это место. Несмотря на то что была пленницей, здесь она чувствовала себя свободной. Эби разворачивается и шагает по пирсу, направляясь в дом. Она не позволяет боли одержать верх и, не проронив ни одной слезинки, заходит внутрь, тяжело дыша. Девушка заходит в гостиную, собираясь взять книгу и пойти к себе в комнату. Она подхватывает с дивана рубашку и, взглянув в окно, замечает, что Мэттью уже нет на пирсе. Эби резко разворачивается, собираясь успеть подняться наверх до того, как он войдет в дом, чтобы больше не пересекаться с ним.

Воздух резко исчезает из легких, что-то сбивает Эби с ног, и она роняет вещи на пол. Ужас поселяется в ее глазах, когда она видит чужака, схватившего ее. Он закрывает ей рот ладонью, но Эби изо всех сил пытается закричать. Земля пропадает из-под ног, она болтает ногами в воздухе, хватая незнакомца за руки. Эби втягивает носом воздух, пытаясь не задохнуться, но легкие горят. На улице раздаются выстрелы. Паника накрывает Эби с головой, она теряет контроль над собой, не понимая, что происходит, не зная, что делать. Мысли о том, что Мэттью там, снаружи, и ему могут навредить, отрезвляют. Она считает про себя и сосредотачивается, а затем заносит одну ногу перед собой и, резко согнув ее, со всей силы бьет в колено чужаку. С громким криком он роняет ее, и Эби падает на пол. Вскинув голову, она тут же подрывается на ноги, видя согнувшегося пополам мужчину. На нем черный костюм вроде тех, что носит спецназ, черная маска скрывает лицо наполовину. Эби видит лишь его темно-зеленые глаза. Но затем он расправляется, и Эби кричит что есть силы:

– Мэттью!

Она поднимается на ноги и бросается вперед, чтобы выбраться из гостиной, но мужчина хватает ее за ногу, и Эби снова падает. Она стонет от боли, ударяясь подбородком об пол, но тут же забывает о ней. Эби кричит, когда ее тянут за ногу назад, выставив руки в надежде ухватиться за что-то. А затем выстрел звучит будто прямо над ее головой, и чужие руки отпускают ее. Эби в ужасе поворачивается и стряхивает с себя осевшего чужака. Она приподнимается на коленях. В ее глазах поселяется искорка счастья, когда она видит, что Мэттью цел и пришел спасти ее, но затем счастье сменяется на леденящий ужас.

– Мэттью! – кричит она, замечая, как за спиной мужчины вырастает еще один человек в черном.

Резко повернувшись, Мэттью собирается выстрелить, но незнакомец выбивает оружие из его рук. Эби не видит, что происходит, когда перед ней появляется еще один незваный гость. Она в страхе поднимает голову, делая шаг назад. Нужно сохранять расстояние. Она часто дышит, пытаясь держать разум в спокойствии. Мужчина делает шаг к ней, но Эби подается вперед и со всей силы бьет его по черной тканевой маске. Она слышит ругань, когда попадает точно по носу чужака, но родная речь сбивает ее с толку. У парня явно английский акцент. Это отвлекает ее, заставляя потерять бдительность, и мужчина бросается на нее. Эби не успевает отойти, и он хватает ее за горло.

– Ты что делаешь! – оглушает крик мужчины, и Эби обхватывает его запястья, но его руки слишком большие по сравнению с ее. – Прекрати сейчас же!

Воздуха становится все меньше, но затем его хватка сначала ослабевает, а потом вовсе исчезает. Эби падает на пол, прикрыв руками шею, и жадно хватает ртом воздух. Она поднимает затуманенный взгляд, видя, как Мэттью оттаскивает мужчину от нее. Вокруг шеи незнакомца намотана рубашка, которую Эби уронила вместе с книгой, и Мэттью со всей силы сжимает ее края. Прижав наемника к стене, он сдавливает его шею, натягивая ткань вокруг нее еще сильнее. Его колено упирается наемнику между лопаток, и в момент, когда Эби поднимает голову, держа руку у своей шеи, Мэттью дергает рукой вправо, и раздается хруст. Бездыханное тело мужчины падает на пол, и Мэттью отбрасывает рубашку. Повернувшись, он подбегает к Эби. Она еще никогда не видела у него такой напуганный и одновременно разъяренный взгляд.

– Ты в порядке? – Он ласково касается ее подбородка, на котором щиплет ссадина, и Эби кивает.

Подхватив под локоть, Мэттью помогает ей встать. Но уже в следующую секунду Эби судорожно хватает его за руку, когда видит в проходе еще человека. Они успевают забежать на кухню в тот момент, когда раздается очередь выстрелов. Эби рвано хватает ртом воздух, отчаянно сжимая футболку Мэттью, стоящего рядом с ней. Зажав девушку между собой и стеной, он закрывает ее. Выстрелы стихают, и она задерживает дыхание, когда наступает тишина. Мэттью ждет, не шевелясь. Эби удается увидеть лишь дуло пистолета, когда очередной наемник входит в кухню.

Все происходит так быстро, что Эби не успевает ничего осознать: Мэттью выворачивает ему кисть, и, рыча от боли, мужчина роняет пистолет на пол. Но затем он со всей силы бьет Мэттью в живот, заставляя того согнуться, и Эби вздрагивает, еще сильнее вжимаясь в стену. Вдруг Мэттью вырывается и поднимает мужчину в воздух, со всей силы бросая на тумбу. Стаканы разбиваются вдребезги, и осколки стекла летят на пол. Мэттью хватает противника за ворот и второй рукой бьет его в нос, пока его кулак целиком не покрывается чужой кровью. Однако наемник оказывается достойным соперником: он отталкивает Мэттью назад, и тот падает на спину. Мужчина бросается сверху, но, выставив ногу, Мэттью с размаха бьет его в живот так, что тот отлетает в обратную сторону. Заметив на полу пистолет, наемник успевает схватить его, но Мэттью резко поднимается на ноги. Он бросается на него, сбивая с ног, так что выстрел раздается в потолок. Эби сползает по стене на корточки и закрывает уши руками, бросая взгляд на дырку в потолке.

Вдвоем они вываливаются в гостиную, и Эби ползет за ними. Когда она выглядывает в гостиную, то с ужасом видит, как наемник, пережав локтем Мэттью шею, прижимает его спиной к себе, пытаясь задушить. Эби с ужасом наблюдает, как краснеет лицо Мэттью. Она видит, что ему становится тяжело дышать. Эби словно задыхается вместе с ним. Она бешено хватает ртом воздух, не зная, что сделать. Отчаянно оглядываясь вокруг, она вдруг замечает валяющийся на полу нож.

«Флиртуешь со мной?»

Она бросает беспомощный взгляд на Мэттью, понимая, что у нее нет выбора. Встав с колен, Эби подхватывает нож с пола и вбегает в гостиную. Всего секунда, и она с криком вонзает нож в спину наемника. Его разъяренный, наполненный болью крик заполняет гостиную. Дрожа всем телом, Эби делает шаг назад, не дыша. Она все еще чувствует то, как мягко и плавно острое лезвие пронзало чью-то плоть. Мэттью вырывается, хватая ртом воздух. Наклонившись, он хватает со стола вазу и с разворота ударяет ею по лицу мужчины. Эби вздрагивает, когда гостиная пополняется еще одним трупом. Мэттью поднимает почерневший взгляд, и их глаза наконец встречаются. Эби едва может дышать.

– Эй… – Мэттью делает шаг к ней, вероятно, замечая ужас и сожаление на ее лице. Он нежно кладет руку ей на шею и касается ее носа своим. – Ты умница, слышишь? Ты спасла мне жизнь, mon lionceau.

Эби часто кивает, надеясь, что его слова смогут ее успокоить. Но сердце продолжает отчаянно колотиться в груди, и все вокруг словно в тумане. Она старается сфокусироваться только на голосе Мэттью в своей голове.

– Я проверю, чисто ли на улице, и мы уезжаем. Поняла меня? Мы не можем здесь оставаться.

– Мои вещи… – как в бреду бормочет Эби, и Мэттью вздыхает.

– У тебя две минуты, хорошо? Я буду у машины.

Мэттью бросается к двери и, подхватив с пола свой пистолет, выбегает на улицу. Сделав несколько шагов назад, Эби оглядывает разрушенную гостиную, в которой она чувствовала себя счастливой еще этим утром. Развернувшись, она бежит наверх. Дрожащими руками запихивает вещи в рюкзак и спешит обратно к двери, но вдруг останавливается. Быстро вернувшись к кровати, Эби сует руку под матрас и достает письмо Мэттью. Бросив на него быстрый взгляд, она пихает его в рюкзак и выбегает на лестницу. Спустившись вниз, снова осматривает гостиную, не в силах справиться с пожирающей ее болью. Это просто не может быть правдой. Она хочет остаться здесь, хочет читать на коленях Мэттью, хочет танцевать с ним у камина.

– Мисс Вильерс…

Вздрогнув от неожиданности, Эби шокированно смотрит на одного из израненных наемников на полу. Она думает, что ей показалось, но он действительно смотрит на нее, держа руку у простреленной груди. Из его рта течет кровь, и он кашляет, сплевывая ее на одежду. Эби прижимает рюкзак к груди, в ужасе глядя на человека напротив. Его маска сброшена, лицо испачкано алым. Сделав несколько осторожных шагов, Эби все же подходит к нему. Она бросает быстрый взгляд на дверь, слыша, что Мэттью уже завел машину. Эби присаживается на колени на безопасном расстоянии от человека, а затем смотрит ему в глаза.

– Что вам нужно от меня? Кто вас послал? – Она пытается сделать голос грозным, но спрятать дрожь тяжело. Ответ заставляет ее удивиться.

– Не доверяйте ему… – Мужчина закашливается, снова харкая кровью, и Эби сильнее сжимает рюкзак.

– Что? – шепчет она с абсолютной растерянностью на лице.

– Гарольд, он… – Голос мужчины хриплый, но Эби все равно удается разобрать имя. Ее сердце стучит еще сильнее, будто вот-вот вырвется наружу. Эби не верит собственным ушам. Она думала, что речь шла о Мэттью, но нет, наемник совершенно точно назвал имя ее телохранителя.

– Хэрри?

Эби не понимает, как это человек может знать о Хэрри, почему он говорит о нем? Почему ей нельзя доверять ему?

– Это заговор. Он пытается… – Мужчина снова плюется кровью, на этот раз так сильно, что Эби приходится отпрянуть назад в страхе. – Пытается…

Эби с ужасом наблюдает, как жизнь покидает глаза раненого, и его голова медленно опускается набок. Она не понимает, что только что произошло. Но затем она видит его руку. Он пытался протянуть ей свой пистолет. Тяжело дыша, Эби снова смотрит на его безжизненное лицо. А затем кое-что привлекает ее внимание, и она наклоняет голову набок.

– Эби! Нам пора!

Она вздрагивает, когда слышит крик Мэттью с улицы, но снова смотрит на шею мужчины. Эби подползает ближе и, осторожно вытянув руку, кончиком пальца отодвигает ворот его костюма.

Ее тело пробивает дрожь. На шее умершего красуется татуировка со знакомым узором.

Она знает, что означает это тату.

– Ну же, львенок!

Отодвинувшись, Эби часто дышит, впервые за эти минуты наконец понимая, что только что произошло. Опустив голову, она смотрит на пистолет в руке мужчины еще несколько секунд, а затем хватает его и дрожащими руками засовывает в рюкзак. Она поднимается на ноги и шагает к выходу. Ее разум словно в тумане, она не может принять то, что только что осознала. Выйдя на улицу, Эби останавливается.

– Давай скорее! – Мэттью, засунув сумку в багажник, протягивает ей руку.

На дрожащих ногах Эби все же заставляет себя подойти к нему. Она будто задыхается, но изо всех сил пытается сделать вид, что в порядке. Протянув ему сумку, Эби пытается унять дрожь в теле.

– Давай! Садись в машину, – велит Мэттью, закрывая багажник, и Эби просто продолжает моргать, ничего не отвечая.

Ее ноги становятся невыносимо тяжелыми, словно во сне, когда ей тяжело идти или бежать. Кое-как Эби заставляет себя забраться в машину. Она пристегивает ремень и поднимает голову. Мэттью заводит автомобиль и выезжает на дорогу.

Эби полными тоски глазами мысленно прощается с домом, вспоминая все, что успела пережить в нем.

Когда его очертания скрываются, растворяясь в чаще леса, Эби закрывает глаза. Одинокая горячая слеза все же скатывается по щеке, и девушка понимает, что медленно угасает. Последняя бабочка в ее груди разрывается на части и умирает.