Встреча лордов. Один из конференц-залов.

Я даже есть не стал. Да, я не выспался, но зато я столько всего продумал, что мне не терпелось продолжить открытую борьбу за магическую Землю. За ночь я связался с каждым, кто должен был внести ключевой вклад в дальнейшее развитие событий. Оказалось, что если комиссия будет вынуждена принять решение о дополнительном времени, для меня это будет даже выгоднее.

Порталом меня доставили лишь до здания. Когда я вошёл в конференц-зал, то увидел там лорда Бальтазара, который, судя по всему, находится здесь уже минут двадцать. А его потрёпанный внешний вид говорит о том, что он тоже не сомкнул глаз.

— Доброго утра. Как спалось? — издевательским тоном произнес я.

— Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним, — заявил мне лорд Ордиум, который сидел в удобном кресле за журнальным столиком в одном из углов зала. Я сел в точно такое же с другой стороны.

Комиссия пришла ровно в назначенное время. Они расположились за большим столом, стоящим поперёк, во главе комнаты. Мы с лордом Бальтазаром тут же подорвались и подошли к ним.

— Мы собрались здесь для того, чтобы огласить результаты проверки ведения открытой борьбы за новый мир магическая Земля, — начал свою речь господин Йохан, и Бальтазар еле заметно улыбнулся.

Кажется, я понял, что его так развеселило. Господин Кринж сказал, что пришёл огласить результаты проверки, а не итоги. Скорее всего, нам назначат дополнительное время. Ладно, так даже лучше.

— Комиссия внимательно осмотрела текущее положение дел на магической Земле. Приняла во внимание, что войска защитников купировали нападение, а также расположение разведчиков со стороны лорда Бальтазара и отсутствие других претендентов. Мы рассмотрели неоднозначность того, что отсутствуют прямые доказательства местонахождения Владыки Леона и лорда Бессмертного на встрече лордов, кроме единичного случая, и вынесли решение предоставить претендентам дополнительное время сроком на двадцать часов. По окончании этого срока мы огласим победителя. Время пошло! — на этих словах глава комиссии захлопнул папку, виновато взглянул на меня и вместе с остальными членами покинул конференц-зал.

Я посмотрел на лорда Ордиума, надеясь увидеть на его лице злорадную улыбку, но оно было непроницаемым. Да, в душе он радовался, но сейчас для него наступило самое напряжённое время. Он понимал, что на карту поставлено всё. Это понимал и я. Мой новый мир, мои близкие, всё, что стало мне дорого, может исчезнуть всего за сутки, но я этого не допущу!

Магическая Земля. Замок Романова.

Уже все защитники знали, что комиссия назначила дополнительное время для ведения открытой борьбы за их мир. Это, конечно, плохая новость, но лорд Бессмертный всю ночь раздавал инструкции на этот случай. И в штабе всё осталось по-прежнему. Те же главы, те же офицеры находились всё перед теми же экранами и сосредоточились на командовании.

Однако они упустили из виду целых двух тихушников лорда Бальтазара, которые переместились к двум меткам, что тот успел установить, когда был здесь. По крайней мере, диверсанты сами так думали.

Два разведчика, стараясь не дышать и не делать лишних движений, аккуратно достали артефакты, активировали их, и те принялись рассчитывать координаты.

Всё то время, пока они сидели практически без движения, они слушали, о чём говорилось в этом зале, и передавали информацию своему командованию, а те уже занимались поиском наилучшего варианта захвата магической Земли.

Диверсантам даже пришлось немного задержаться, поскольку командование защитников обсуждало очень интересный план, о котором необходимо было доложить.

Как только вся важная информация о намерениях защитников была передана командованию, оба тихушника подошли к двери и замерли, ожидая, когда её откроют.

Можно было бы ещё несколько подслушивающих устройств установить, но здесь стояли глушилки. Если бы командование защитников позаботилась о глушении порталов, то диверсанты не смогли бы сюда проникнуть, но оно само постоянно ими пользовалось, поэтому и глушить не стали.

Как ни странно, но телепорт защитники открыли раньше, чем открылась дверь в зал, поэтому диверсанты, опередив одного из местных офицеров, нырнули в портал первыми.

Разведчики слышали разговор и знали, что этот офицер должен был тайно отправиться на проверку одного из гарнизонов и выйти в стороне от расположения.

Идеальный вариант для того чтобы скрыться в лесу, где и должен был открыться портал. Однако всё пошло не по плану.

Как только диверсанты вышли из портала, тут же потеряли сознание.

Магическая Земля. Великий Горкалонт. Застенки замка лорда Бессмертного.

— Ещё двое, — сказал гвардеец и закинул одного диверсанта в камеру, где два его сослуживца раздевали пленников и обскабливали их в поисках артефакта связи.

— Слушай, а если он на мошонку себе артефакт прикрепил или на член. Ты его тоже скоблить будешь? — пошутил другой и закинул в камеру второго пленника.

— Да зачем мне это надо? Я просто отрезаю им гениталии, и всё, — с серьёзным видом ответил тот, что скоблил, и оба гвардейца, принёсшие иномирцев, застыли с ужасом в глазах.

— Да шутит он. Девушки этим занимаются. Но там скоблить не нужно. Достаточно лишь прощупать.

— О, а вот и второй. Гони бабло, — гвардеец подцепил ножом артефакт связи и отклеил его от кожи.

— С чего вдруг? Я сказал, что на нём будет один артефакт, ты сказал, что два. А если их там три будет? Тогда ничья. Так что работай и не отвлекайся, а то, чего доброго, пропустишь. Представь, что будет, если хоть один диверсант передаст, что он попался? Ты потом лорду Бессмертному возмещать упущенную выгоду будешь?

— Мне столько за всю жизнь не заработать. Ладно, ты прав, так что не отвлекай, — ответил второй гвардеец и продолжил скоблить пленника.

Встреча лордов. VIP-ложа лорда Бессмертного.

— Я понимаю, что это не моё дело, но судя по вашему напряжению, комиссия была вынуждена назначить дополнительное время. Я могу чем-нибудь вам помочь, Максим Валерьевич? — отвлёк меня от размышлений администратор.

— Да, можете. Мне необходимо находиться при свидетелях до окончания открытой борьбы, где бы я ни был, — ответил я.

— Это возможно устроить, но как быть с туалетом и душем?

— С душем вообще проблем нет. Пусть кто-нибудь находится в ванной. Через стекло он сможет увидеть, что я нахожусь там же, но разглядеть ничего не сможет. А по поводу туалета могу предложить вариант без использования полога тишины. Пусть ваш работник задаёт мне какие-нибудь вопросы, на которые я буду отвечать. Можем даже поговорить на отвлечённые темы. Такое доказательство комиссия признает прямым?

— Такое признает, если вопросы не будут повторяться в одной и той же очередности.

— Значит, поможете?

— Конечно, поможем. Вы забыли? У меня приказ моего начальства помогать вам во всём, что касается лорда Бальтазара и его козней.

— Спасибо. Я в долгу не останусь, — ответил я и перевёл взгляд на арену, где четыре пары лордов держали руки на артефактах.

Сегодня мне предстоит очередное состязание, но, как и все предыдущие, оно закончится быстро. С каждым разом я совершенствую свою технику. Да, чем дальше, тем сильнее мне попадаются противники, но никто из них не идёт ни в какое сравнение с лордом Авалоном.

Это самый сильный противник, который мне попадался на обоих турнирах. Понятное дело, что сильнейшие в турнирах не участвуют, не по статусу им, но всё же кое-что настораживает.

Если лорд Фенриор действительно состоит в ордене охотников, то мне придётся туго. И если нам удастся победить в открытой борьбе за магическую Землю, то я смело смогу оставлять мой новый мир на защитников, а сам сосредоточусь на уничтожении этого ордена, но в одиночку это сделать очень трудно, если вообще возможно при моём текущем развитии.

Значит, мне нужны соратники — те, кому я могу безоговорочно доверить свою жизнь. К сожалению, с магической Земли я не могу никого забрать, потому что ослаблю её защиту. Остаётся только один вариант. Мне нужно вернуться в мой изначальный мир и предложить моему отряду переехать туда, где магия творит чудеса.

Я уже не первый раз думаю об этом, и чем дальше, тем больше мне эта идея нравится, но всегда есть нюансы.

Дело в том, что они меня уже похоронили и выгляжу я совсем по-другому. А ещё я учил их не верить ничему и никому, кроме членов нашего отряда. Вот и сомневаюсь, что они смогут мне поверить. Но то, что меня попытаются грохнуть, это к бабке не ходи.

Единственный способ доказать, что я — это я, — это рассказать им то, чего не знает и знать не может никто другой. Конечно, сразу они мне не поверят и сначала попытаются взять в плен, чтобы на допросе узнать, как мне удалось заполучить эту информацию, но, поняв, что пленить меня не удастся, меня попытаются убить. Именно тогда они и примут решение, от которого будет зависеть их участие в моей дальнейшей судьбе.

Минуты шли за минутами, часы за часами, и вот конферансье объявил:

— На арену приглашается победитель турнира лорд Максим Валерьевич Бессмертный.

— Ваш выход, — прокомментировал администратор и открыл портал.

Вскоре я и мой противник уже стояли перед артефактом, положив на него руки.

— Начали! — скомандовал судья, и мы оба провалились в темноту.

Я моментально разросся, а моему сопернику понадобилось чуть больше времени, поэтому я занял немного больше пространства.

Мой противник выигрывал бои немного медленнее, чем я, но всё равно достаточно быстро по сравнению с другими участниками. А это значит, что у него есть своя техника, которая позволяет так быстро побеждать.

Я решил не ждать и принялся наносить удары, но не шипами, а просто выпуклостями, однако тут же прекратил это занятие, потому что это было бесполезно. Оказалось, что мой соперник превратил свою волю в натуральную жидкость, поэтому даже мои шипы были не в состоянии справиться с ней.

Что ж, тогда я вижу лишь один выход. Просто давить, как это делают все на этом турнире. Однако я слегка изменю эту тактику. Да, шипами я ничего не добьюсь, но кто сказал, что я не могу использовать толчки для оказания давления на всю поверхность соприкосновения?

Я так и сделал, сначала надавил, затем резко отступил назад и снова надавил в два раза сильней, но результат оказался не тем, который я ожидал. Он был прямо противоположным.

Кажется, его воля, помимо текучести, как у воды, имеет ещё одно качество. Она не сжимается. Благодаря этому свойству его воля проникла между моей и стенками артефакта, после чего я не смог свою волю прикрепить обратно. Она уже не держалась на стенках, будто её смазали маслом.

И вот тут до меня дошло, что все, кто с ним сражался, делали одну и ту же ошибку. Они пытались его выдавить, но вместо этого теряли свою территорию. Что ж, я не все и соображаю значительно быстрее, чем остальные.

Раз уж поверхность моей воли, которая отошла от стенок артефакта, прикрепить обратно невозможно, я просто переместил её немного ближе к центру. Теперь мне необходимо вернуть территорию, которую я потерял, а до этого я буду использовать новую тактику.

Для начала, я создал в центре своей воли углубление, и жидкость потекла в неё, а я, чтобы компенсировать занятое соперником пространство, продвинул вперёд область соприкосновения моей воли с артефактом. При этом моя воля не отошла от стенок, когда я занял его территорию.

Судя по всему, он не в состоянии в жидкой форме управлять своей волей. Возможно, он умеет её наращивать, но давить ею не получится, а мне это под силу. Поэтому я продолжил.

Увеличивая углубление в своей силе воли, я продвигался по всем стенкам артефакта одновременно. Какое-то время противник не предпринимал никаких действий, но, когда я оставил ему меньше четверти всей площади, он решился и, увеличив плотность до желе, с силой надавил на центр, где располагалась отверстие, в надежде вытолкнуть меня наружу.