В этот раз я разглядела, как он запирал дверь. Он делал это с помощью какого-то устройства, которое вынул из кармана.
Я смотрела через стекло, как он развернулся и пошел от меня, засунув одну руку в карман, а другой потирая лицо.
Действительно ли он думал так, как сказал? Изменилось бы что-нибудь, если бы он смилостивился и отпустил меня? Может, если все настолько вышло у него из-под контроля, он уйдет? И бросит меня здесь в одиночестве.
Не доходя до приемной, он взял одно из кресел, стоявших у столов, и покатил его перед собой за перегородку, где я не могла его видеть.
С трудом, но я встала на ноги. Меня била такая сильная дрожь, что пришлось обхватить себя обеими руками. Я была обессилена и напугана. Голова горела и гудела в тех местах, где Джоэль тянул за волосы. Локоть саднило, и живот там, где я ударилась им о принтер, тоже. Ноги, колени и бедра покрывали синяки.
Горечь на языке никуда не делась. И в глазах начиналась странная рассинхронизация, как будто на периферии моего зрения время от времени все двигалось быстрее, чем в фокусе. Головокружение?
Я надеялась, что это шок. Или виной тому адреналин, физическая усталость, стресс, отчаяние?
Но я была уверена: причина в том, что́ он подмешал в воду. Он мог дать мне успокоительное, или медленно действующий галлюциноген, или…
…или все что угодно.
Я отогнала от себя эту мысль и сосредоточилась на том, что мне удалось позвонить с телефона Рауля, на тех девяти секундах, что держалась связь. Если бы мне ответили сразу, то оператор бы услышал мои крики. Они бы знали, что я в беде.
Они не смогут тебя найти.
У меня сжалось сердце.
Я подергала ручку двери. Уперлась обеими ладонями в стекло.
Если Джоэль вернется, если он загонит меня в угол…
Когда он вернулся, я содрогнулась. Последние силы, казалось, оставили меня.
Он пятился, таща за собой кресло. На кресле развалился Рауль, его руки свесились, ноги были вытянуты вперед, а башмаки безжизненно подпрыгивали. Джоэль одной рукой удерживал его под грудью.
Я зажала рот обеими руками.
Если у меня еще и оставалась крохотная надежда, что Рауля можно спасти, то в этот момент умерла и она.
Я обошла стол, взглядом следя за маневрами Джоэля в игровой зоне. Миновав ее, он вкатил кресло между двух колонн и повез в дальний конец офиса, который не просматривался из моего куба.
Я, не шевелясь, ожидала его возвращения.
Казалось, я ждала целую вечность.
Я стояла посреди звенящей тишины куба, едва смея вдохнуть. Из него будто выкачали воздух, я начала задыхаться. Ощущение стало ярче, когда Джоэль вернулся, в этот раз в одиночестве, и пошел на меня.