СОЛНЕЧНЫЕ ЛУЧИ ЛАСКАЮТ фасады разноцветных домов, а между ними, как зеленые платки, в высоте колышутся кроны пальм. Они безмятежно приветствуют прибывших.

Прежде нам не доводилось видеть разноцветных домов, к тому же эта картина вдоль побережья, справа от входа в гавань, навязчиво сопровождает нас, будто видение во сне. Гавана представляет собой пеструю вереницу невысоких домов – зеленых, синих, желтых, розовых… словно коралловый риф поднялся из воды. Разглядывая его, Заречник вспоминает, как однажды мать взяла его с собой в хозяйский дом помочь с весенней уборкой. К каждой ноге ему привязали по тряпке, и он провел весь день, расхаживая взад и вперед по коридорам, шаркая ногами и полируя, натирая до блеска деревянные полы. Мать и остальные девушки в рабочей одежде извлекали из шкафов фарфоровые фигурки и протирали их одну за другой. А Заречник то и дело завороженно поглядывал на дорогие безделушки, как смотрят на что-то загадочное. Вот такой перед ним теперь предстала и Гавана – городом, будто из дорогого раскрашенного фарфора. Кому могло прийти в голову нарядить город в разные цвета? Лишь тому, кто собирался в нем не только жить, но и постоянно любоваться.

Падре Арсенио, покачиваясь, выходит на палубу и ощущает ласку бриза, словно лицезреет самого святого Роха. Священник в восторге, он одухотворен, как голубь после потопа. Парни, мы добрались до Нового Света, похоже, нам помог Бог… ну, конечно, Бог. А кто же еще? Будь на то воля дьявола, мы бы уже пребывали на дне морском вместе с Левиафаном и рыбой Ионы, с демонами, что движут волнами, и с птицами, что переносят души умерших. Море опасно, и именно Господь наш привел нас на сушу.

Это Куба, дети мои, это дом Божий.