Когда Банни ушла, мы с тетей Макси быстро привели в порядок остальную часть кофейни.

Мы наполнили бар, а также поставили свежие варенья и прочие добавки в преддверии последнего дня Медового фестиваля, который будет завтра.

Мой телефон зазвонил как раз в тот момент, когда я передавала тете Макси поднос с печеньем. Она планировала отвезти меня в Клуб добропорядочных южанок, а после подбросить до дома.

– Это Мари, – сказала я, когда увидела ее имя на экране телефона.

– Она отлично умеет менять свое мнение, – язвительно заметила тетя Макси и поставила один поднос на другой.

Я цокнула языком, чтобы привлечь ее внимание, и покачала головой, указывая на подносы, – так класть их нельзя.

– Привет, Мари, – ответила я на звонок.

Тетя Макси, ворча себе под нос, подошла к барной стойке, находящейся возле двери, и села на один из табуретов.

– Ты можешь зайти ко мне вечерком и посмотреть на мой дом? Я беспокоюсь, что завтра вечером у нас не будет достаточно времени. – В голосе Мари слышалось беспокойство. – Я подумала, что ты уже закрываешься и было бы здорово, если ты не против заехать ко мне перед тем, как отправиться домой.

– Вообще-то я как раз направлялась к Лоретте, – мне так хотелось сказать «Лоу-ретте», потому что именно так звучало у меня в голове каждый раз ее имя, когда я его произносила, но я сдержалась, – в Клуб добропорядочных южанок.

– Первые полчаса ты можешь смело пропустить. – Мари не восприняла мой ответ как вежливое «нет». – Они ничего не делают, только сплетничают, а потом сидят, едят и пьют, задрав носы и оттопырив мизинчики.

У меня начало складываться впечатление, будто Мари недолюбливала КДЮ.

– Кроме того, эта встреча для нас весьма значима. Мы должны узнать, сколько денег принес фестиваль и сможем ли мы дальше проводить его на променаде. Это очень важно, и от меня зависит, насколько презентабельно все будет выглядеть. – Судя по голосу, ей было все равно на мои отказы.

– Думаю, я смогу. Напомни мне еще раз свой адрес? – Мари ранее оставила визитку, но я понятия не имела, где она находится, и не хотела ее искать.

Рядом с кассой лежал листок бумаги, на котором я быстро записала адрес, прежде чем повесила трубку.

– Что это было? – спросила тетя Макси.

– Мари хочет, чтобы я зашла к ней и посмотрела ауру дома, чтобы потом приготовить подходящую еду. – Я пожала плечами. – Ты можешь отвезти меня домой, чтобы я могла взять машину?

– Ты не приедешь на заседание клуба? – У нее отвисла челюсть. – Тебя больше не пригласят, – предупредила она. – Лоретта не из тех, кто прощает подобное.

– Ну и не Лоретта меня кормит, – сказала я с сожалением. Я ведь не собиралась вступать в клуб, а просто хотела получить ответы на вопросы о Лесли. Вдруг я вспомнила, о чем хотела спросить тетю. – Ты знаешь что-нибудь о разделе запрещенных книг в «Драном коте»? Это единственное место, где был беспорядок в день смерти Алексис. Полки пусты, книги разбросаны по полу, а на лбу у нее красовался оттиск штампа, которым она помечала запрещенку.

Если подумать, Спенсер даже не упомянул о штампе на лбу Алексис.

– Почему ты молчала? – Я придержала для тети Макси дверь, когда она выходила из «Кофейных шотов». Пеппер шел следом за ней. Затем я закрыла кофейню. – Я подслушала, как она говорила с кем-то по телефону в приюте о запрещенных книгах и что-то о Дрю.

– Дрю… который муж Мари? – спросила я, подумав, что было бы неплохо что-нибудь разнюхать, пока я буду у нее дома.

– Я знаю только одного Дрю. – Тетя Макси остановилась перед витриной магазинчиков, когда мы шли к ее машине. – Я не из тех, кто сплетничает.

«Конечно, нет», – подумала я, но промолчала. Когда речь заходила о сплетнях, тетя превращалась в настоящий громкоговоритель. Мне как раз на телефон пришло сообщение от Морган и Крисси, которое я еще не прослушала, но уверена, что оно было про меня и Патрика.

– Несколько месяцев назад я узнала, что у Лесли есть секрет, которым она могла шантажировать Алексис. Она обмолвилась об этом, когда мы вместе волонтерили, но подробностей не рассказала. Алексис сказала, что они с Лесли снова враждуют и что этот секрет может разрушить чьи-то жизни.

Это должен был быть тот самый секрет, который знал Большой Биб.

– Я не хотела ничего говорить, но я видела Лесли и Дрю на пасеке. – Мы продолжили идти к ее машине. На парковке других машин не оказалось.

– Люди соболезнуют друг другу, обычное дело.

– Да нет! Они, скорее, ссорились. Интересно, посвящена ли Мари в этот маленький секрет?

– Я знаю, что Дрю провел некоторое время в «Драном коте». – Тетя Макси поделилась со мной крупицей сплетен, которые могли оказаться полезными.

– В каком смысле?

– Когда я была здесь с Патриком, доводила «Кофейные шоты» до ума и пыталась подготовить его к твоему переезду, то видела Дрю и Алексис перед магазином и пару раз внутри. – Тетя вывела машину на дорогу и направилась к моему дому.

– Лесли что-то говорила о книжном магазине. Вроде, когда она откроет его снова, то избавится от отдела с запрещенкой. – Между запрещенными книгами и смертью Алексис явно была какая-то связь. Я нутром чуяла.

– Не вздумай лезть к Мари, – предупредила тетя, подъезжая к моему домику. – Привлекай клиентов, вари кофе, а убийц пусть Спенсер ловит. Кроме того, когда Лесли позвонила мне по поводу магазина и договора аренды, она сказала, что, скорее всего, не собирается открывать его снова и вернется к себе домой.

Пеппер перепрыгнул через мои колени и выскочил из машины еще до того, как я успела полностью открыть дверь.

– Ладно. – Я неохотно согласилась и вышла из автомобиля. – Как только смогу, поеду к Лоретте. – Я закрыла дверцу и помахала тете Макси рукой.

Я достала мобильный телефон и набрала сообщение Мари.

Скоро приеду.

Закончу кое-какие дела в магазине, кое-что по паре договоров аренды для тети Макси сделаю, а потом уже к тебе.

Технически я не солгала ни тете Макси, ни Мари. Я действительно занималась кое-чем, связанным с договорами аренды. А именно – «Драным котом». Может, там было что-то, что упустил Спенсер.