протягивая мне руку.

Я хотела отказаться, но отец ощутимо подтолкнул меня локтем в бок.

- Иди, Лера.

Я мысленно выругалась, вздохнула и вложила свою холодную ладонь в потную руку Кирилла Мы вышли в центр зала, я чувствовала спиной тяжелый, прожигающий взгляд Матвея.

Кирилл вел в танце на удивление уверенно, но без лишней близости, соблюдая дистанцию.

- Лера, - начал он, наклонившись к моему уху, когда мы сделали поворот. - Скажи честно, ты

ведь меня терпеть не можешь?

Я чуть не сбилась с шага от такой прямоты.

- Если честно? - я посмотрела на него. - Да. Ты скользкий, Кирилл.

Он неожиданно хмыкнул, и его лицо стало... нормальным. Без маски мажора.

   Справедливо. А ты, кстати, тоже не подарок. Заноза в заднице, если верить твоему отцу.

·   Спасибо, я стараюсь.

·   Слушай, давай начистоту, - его тон стал серьезным, почти заговорщическим. - Я тоже не горю

желанием на тебе жениться. Не в обиду, ты красивая и все такое, но... у меня есть девушка.

·   Что? - я чуть не споткнулась, наступив ему на лакированный туфель.

·   Ага. - Кирилл огляделся по сторонам и понизил голос. - Она бариста в кофейне у офиса отца.

Родители в обморок упадут, если узнают. Отец меня лишит наследства быстрее, чем ты успеешь сказать «субсидиарная ответственность».

Я не сдержала искренней улыбки. Впервые я посмотрела на него не как на врага.

·   И что ты предлагаешь?

·   Мы должны стать союзниками, Лер. Я прикрываю тебя перед твоим отцом, изображаю ухаживания. Ты прикрываешь меня перед моими, не давая окончательного ответа. Просто не посылай меня при всех, ладно?

·   Ладно, - кивнула я, чувствуя невероятное облегчение.

·   Кстати, - Кирилл скосил глаза куда-то мне за спину. - Твой Миронов сейчас прожжет во мне дыру взглядом. Он смотрит так, будто хочет оторвать мне голову и сыграть ею в боулинг. Вы с ним.. того?

·   Заткнись и танцуй, Кирилл, - прошипела я, чувствуя, как краснеют щеки.

·   Понял-принял. Молчу.

Музыка закончилась. Кирилл галантно поцеловал мне руку, и я улыбнулась ему в ответ, теперь

уже как сообщнику в нашей маленькой афере против родителей.

Я подняла глаза и наткнулась на взгляд Матвея.

Он стоял у колонны, сжимая бокал с шампанским так, что тонкая ножка могла хрустнуть в

любой момент. Он видел наш танец. Видел, как Кирилл шептал мне на ухо. Видел мою улыбку.

И он был в бешенстве.

Музыка сменилась. Кирилл хотел проводить меня к столику, но тут перед нами возникла

высокая фигура, заслонив свет люстр.

- Позвольте украсть вашу даму, Кирилл? - голос Матвея звучал как скрежет стали по стеклу, хотя на лице была вежливая, ледяная улыбка. - У меня есть пара срочных вопросов к моей ассистентке касательно графика на следующую неделю.

Кирилл, тут же отступил.

- Конечно, Матвей Александрович. Лера, я буду у столика с родителями.

Матвей протянул мне руку, я вложила свою ладонь в его горячую руку. Его ладонь легла мне на талию - твердо, по-хозяйски, чуть сильнее и ниже, чем позволяли приличия. Он притянул меня к себе так близко, что наши бедра соприкасались при каждом шаге.

Он глубоко вздохнул, словно пытаясь успокоить внутреннего зверя. Чуть ослабил хватку, но придвинул меня еще ближе. Теперь мы двигались в унисон, и это было похоже на магию. Весь мир вокруг перестал существовать.

 - В понедельник я улетаю в Лондон, - тихо произнес он. - На неделю. Срочные переговоры по

слиянию, о котором я говорил.

У меня внутри все оборвалось. Целая неделя без него? После всего, что между нами

происходит?

·   Ты улетаешь? - переспросила я, чувствуя, как настроение падает ниже плинтуса.

·   Я хочу взять тебя с собой.

·   В Лондон?

·   Официально, как моего личного ассистента, - его губы тронула легкая улыбка. - Будешь вести протоколы, переводить встречи, носить папки. Это отличная практика, никто не придерется.

Матвей наклонился ниже, его губы почти касались моего виска, обжигая дыханием.

- А неофициально, Лера... Там никто нас не знает. Там не будет твоего отца, не будет

Громовых, не будет университета. Только мы. Я покажу тебе свой Лондон. Квартиру в Челси, пабы, набережную...

Мое сердце забилось так сильно, что казалось, оно сейчас выпрыгнет из груди и начнет

танцевать джигу. Это звучало как безумие и как самая большая мечта.

·   А как же учеба? - слабо возразила я, цепляясь за остатки здравого смысла.

·   я договорюсь с ректоратом. Оформим как зарубежную стажировку. У тебя есть загранпаспорт?

·   Да, виза открыта еще с прошлого года, мы с родителями летали...

·   Отлично. Вылет в понедельник утром.

Музыка стихла. Матвей неохотно отстранился, снова надевая маску холодного начальника, но

его пальцы на секунду сжали мою руку, посылая последний импульс.

- Подумай, Валерия Дмитриевна. Это будет очень... поучительная командировка.

Он коротко поклонился и ушел к Алине, которая сверлила нас взглядом с другого конца зала,

готовая, кажется, метнуть в меня вилку.

А я осталась стоять посреди танцпола, оглушенная, напуганная и абсолютно, безнадежно

счастливая.

Лондон. Мы вдвоем. Целую неделю.

Кажется, моя девственность доживала свои последние дни.

Глава 18.

Суббота началась с осознания глобальности грядущего события.

Я еду в Лондон с Матвеем.

Вывод напрашивался сам собой: операция «Лондон» плавно перетекала в операцию «Прощай,

невинность».

Я лежала в кровати, глядя в потолок, и гоняла в голове мысли, как шары в бильярде.

Быть девственницей в двадцать лет, в наше время это уже почти диагноз. Мои подруги давно прошли этот этап, Катя меняла парней с завидной регулярностью и делилась подробностями, от которых у меня краснели уши. А я? Я ждала.

Я ждала, когда «торкнет». И вот, торкнуло так, что штукатурка сыпется.

Теперь мне казалось, что я хранила себя-ненаглядную специально для Матвея. Это было романтично, пафосно и... чертовски страшно.

А вдруг я что-то сделаю не так? Вдруг я бревно? Вдруг он разочаруется?

Мои размышления прервал сам объект моих грез, постучав в дверь.

- Лера, ты проснулась?

Я натянула одеяло до подбородка.

- Да!

Он приоткрыл дверь. В домашней одежде, с чашкой кофе, он выглядел преступно уютным.

- У меня дела в городе, вернусь вечером. Завтра собираем вещи. Кстати, - он подошел к

кровати и положил на тумбочку черную банковскую карту. - Это тебе.

Я уставилась на черный пластик, как на гранату.

·   Зачем?

·   Купи себе что-нибудь в дорогу. Лондон город капризный, там ветрено. Может, тебе нужен

новый тренч или теплый свитер. Или чемодан побольше. Не хочу, чтобы ты мерзла.

Включилась моя гордость

·   Не надо, Матвей. У меня есть вещи. И деньги... немного есть.

·   Лера, - он закатил глаза. - Это корпоративная карта. Представительские расходы. Ты едешь

как мой ассистент, не упрямься.

Он наклонился, быстро поцеловал меня в макушку и ушел.

«Не буду я ничего покупать», - решила я сначала.

А потом вспомнила свой ящик с бельем.

Удобные хлопковые трусики «неделька». Бюстгальтеры бежевого цвета «под все подходит».

Пижама с мишками.

Если я собираюсь соблазнить мужчину своей мечты в Лондоне, то «мишки» должны остаться в Москве.

Мне нужно было кружевное, шелковое, поражающее наповал оружие массового соблазнения.

Ладно, Матвей Александрович, - сказала я карте. - Вы сами напросились на

«представительские расходы».

Торговый центр гудел, как улей.

   Вам помочь? - прощебетала консультант, оглядывая мои джинсы и кеды.

·   Да, - твердо сказала я. - Мне нужно что-то... сногсшибательное, но элегантное.

Мы выбрали комплект черного кружева, настолько тонкого, что я боялась его порвать взглядом.

И еще один комплект глубокого винного цвета. И шелковый халат, который стоил как моя стипендия за год.

На кассе я молилась, чтобы Матвею не приходили смс с детализацией покупок. «Магазин

"Дикая Орхидея"» - это не очень похоже на теплый свитер. Но потом успокоила себя, если все пройдет по плану, он оценит эти инвестиции.

Вернувшись домой и спрятав пакеты на самое дно чемодана, я приступила ко второй части

плана.

Разведка.

Меня мучил вопрос: догадывается ли он? И главное - как он относится к моей неопытности?

Вдруг ему нравятся опытные львицы, которые знают сто и один способ доставить

удовольствие? А я знаю только, как сварить кофе и найти ошибку в договоре.

Мне нужно было аккуратно выяснить его позицию до вылета.

В воскресенье вечером мы сидели в гостиной, пили вино. Матвей смотрел новости на

английском, я делала вид, что читаю книгу, а сама сверлила его профиль взглядом

·   Матвей, - начала я издалека.

·   Мм? - он не отрывался от экрана.

·   А ты любишь... антиквариат?

Он медленно повернул ко мне голову.

·   Что?

·   Ну, старинные вещи. Которые никто не трогал. Или ты предпочитаешь что-то с историей?

Матвей посмотрел на меня с веселым недоумением.

·   Лера, мы говорим о машинах или о мебели?

·   О вещах в Целом. О философии потребления! - выкрутилась я, чувствуя, как горят уши.

·   Я предпочитаю качество, - дипломатично ответил он. - Неважно, новое оно или с историей.

Главное, чтобы мне это подходило.

«Отлично, - подумала я. - Ответ ни о чем».

- А вот, например, книги! - не унималась я, сделав глоток вина для храбрости. - Тебе нравится открывать новую книгу, у которой еще страницы склеены? Или приятнее читать ту, где уже есть пометки на полях, и ты знаешь, что она интересная?

Матвей прищурился. В его глазах заплясали черти. Кажется, он начал догадываться, что мои

вопросы имеют двойное дно.

- Лера, - он наклонился ко мне. - Если книга хорошая, я буду читать ее с удовольствием. И мне плевать, читал ли ее кто-то до меня. Но если страницы склеены, - он сделал паузу, и мое сердце остановилось, - то это даже интереснее. Приходится быть аккуратнее, чтобы не порвать переплет.

Но зато ты первый, кто узнает сюжет.

Я поперхнулась вином.

 «Аккуратнее, чтобы не порвать переплет». Господи. Он все понял? Или я просто пошлая фантазерка?

- Ты какая-то дерганая сегодня, - заметил он, разливая вино. - Боишься предстоящих

переговоров?

·   Нет. Я просто волнуюсь.

·   О чем?

Я сделала большой глоток. Была-не была.

- Матвей, только скажи честно. Вот представь ситуацию. Ты покупаешь машину. Шикарную, дорогую. Ты думаешь, что она с пробегом, гоночная. И вот садишься за руль, а там... даже пленка с сидений не снята. И инструкция на китайском. Ты бы расстроился?

Матвей поставил бокал на стол и посмотрел на меня. Внимательно. Очень внимательно.

- Лера, - его голос стал серьезным, но уголки губ подрагивали. - Ты сейчас пытаешься мне сказать, что ты не умеешь водить машину с механической коробкой передач? Или мы снова говорим метафорами?

Я покраснела до корней волос.

- Метафорами.

Он молчал минуту, разглядывая меня. Потом усмехнулся - тепло и как-то... облегченно?

- Знаешь, - медленно произнес он. - Если машина мне действительно нравится. Если я мечтал именно об этой модели... То пленка на сиденьях - это не проблема. Это бонус. Значит, никто до меня не газовал на ней, не портил мотор и не царапал бампер.

Он протянул руку и накрыл мою ладонь своей. Его пальцы были горячими.

- И инструкцию я как-нибудь переведу. Опыт вождения у меня большой. Справлюсь.

Я выдохнула. Он понял. Он точно все понял и не испугался.

·   То есть... возвращать дилеру не будешь? - тихо спросила я.

·   Нет, Лера, - он сжал мои пальцы. - Я оставлю ее себе. И буду очень беречь.

Мы смотрели друг на друга, и я чувствовала, как паника отступает, уступая место теплому,

тягучему предвкушению.

- Ну, раз с машинами разобрались, - Матвей подмигнул, - может, пойдем собираться? Или

пойдем... изучать инструкцию?

Я рассмеялась, пряча лицо в ладонях.

·   Ты невыносим, Матвей.

·   Я знаю. Но тебе придется потерпеть. У нас впереди целая неделя.

Он встал и, проходя мимо, легонько поцеловал меня в макушку.

- Иди спать, маленькая «новая машина». Завтра ранний подьем.

Глава 19.

Когда мы подъехали к терминалу бизнес-авиации, я поняла, что мои представления о командировках были слегка... наивными. Я ожидала бизнес-класс «Аэрофлота», ну, может быть, какие-то особые места.

Но перед нами стоял небольшой, изящный серебристый самолет.

·   Это... весь наш? - спросила я, пока водитель выгружал чемоданы.

·   Это корпоративный борт, - Матвей взял меня за руку, ведя к трапу. - Не люблю зависеть от

расписания регулярных рейсов. И не люблю лишних людей.

«Лишних людей». То есть мы будем там совсем одни. На высоте десяти тысяч метров.

У меня вспотели ладошки.

Салон самолета напоминал гостиную пятизвездочного отеля: бежевая кожа, дерево, мягкий свет. Стюардесса по имени Жанна, улыбчивая и незаметная, как ниндзя, тут же предложила шампанское.

·   С утра? - удивилась я.

·   Для храбрости, - подмигнул Матвей. - Ты выглядишь так, будто мы летим не в Лондон, а на

расстрел.

Мы взлетели. Матвей открыл ноутбук, погрузившись в работу, но его рука лежала на подлокотнике моего кресла, и он периодически поглаживал мою ладонь большим пальцем. Этот простой жест успокаивал лучше любого алкоголя.

Прилетев в Лондон с серым небом и мелкой моросью, мы поехали в квартиру Матвея, которая

находилась в Челси, в старинном доме из красного кирпича с белыми колоннами.

Внутри было стильно, дорого и очень по-мужски: темное дерево, кожаные диваны, огромные

окна и минимум безделушек.