Громкие надоедливые крики ребятни за окном оборвали тревожный сон.

Не открывая глаз, он пальцем попытался заткнуть правое ухо, но ничего из этого не получилось. Звуки теперь упорно лезли в голову даже через прижатое к медвежьей шкуре левое ухо.

– Тьфу ты! – громко выругался Аскольд, переворачиваясь на спину и поднимаясь на ноги. – И чего им по утрам не спится? А коли встали, так шли бы на реку играть!

Но тут же в мозгу его пронеслась мысль: «Остался всего один день. Завтра утром малая дружина уходит из города на помощь князю Рюрику, а вести её предстоит мне!»

Он потянулся до хруста в суставах, подошёл к окну и выглянул наружу.

А там, на главной городской площади, бегали два десятка мальчишек с палками, изображая сражение на мечах.

– Скоро и мы так же развлекаться с хазарами будем, – пробурчал князь себе под нос. – Вот только нам махать железом придётся, а не деревяшками!

Спускаться из одрины в людскую или гридницкую ему очень не хотелось, а потому Аскольд подошёл к своему уютному, застеленному мягкими шкурами ложу и снова рухнул на него, хоть и понимал, что заснуть уже не сможет. Просто захотелось перед дальним и тяжким походом расслабиться, поваляться и подумать о чём-то хорошем.

И мысли его опять вернулись в то далёкое прошлое, когда он только-только начинал из ярла превращаться в князя.

После разговора в доме Идана с провидцем Аскольд направился в лагерь по деревянной дороге, ведущей к подножию холма, и увидел идущих ему навстречу пять или шесть местных жителей. Похоже, они работали на ближнем поле. Что-то в них было странное, но ярл не придал этому значения.

Когда же Аскольд понял, что у приближающихся людей не имелось с собой никакого хозяйственного инструмента, оказалось уже слишком поздно. Первый же человек сделал два стремительных шага к нему, неожиданно выхватил из-под одежды длинный нож и ударил ярла в грудь.

Лезвие со скрежетом скользнуло по бляшкам кольчуги, спрятанной под плащом и туникой, распарывая остриём ткань и не причиняя вреда Аскольду.

В свою очередь он нанёс сильный удар кулаком в лицо неудавшемуся убийце, опрокидывая того на землю.

Четверо следовавших за ним мужчин с ножами в руках начали подступать снизу к ярлу, но тот уже успел обнажить меч и спокойно ожидал их нападения.

И тут в дело вступили телохранители, следовавшие позади Аскольда.

Зазвенело оружие, и мечи викингов окрасились кровью.

Пять тел остались лежать у ног ярла.

А сверху от ворот крепости бежали люди. Впереди всех нёсся Идан.

– Ты жив, князь? – в голосе кузнеца было столько тревоги и гнева, что ярл сразу поверил в непричастность вождя к попытке убить его.

– Кто эти люди? – негромко спросил он. – Почему они на меня напали?

Вождь не успел ничего ответить.

Снизу послышался топот многочисленных ног, и ярл увидел спешащего к нему Дира в окружении двух десятков викингов.

– Как ты? – тяжело выдохнул младший брат, ощупывая спину и конечности Аскольда. – Не ранен?

– Да живой я, живой, – отмахнулся он. – Кольчужка спасла! А ты откуда узнал, что меня убить хотели?

Дир немного помялся, но всё-таки ответил:

– Дена прибежала, стала кричать, что на обратном пути из крепости тебя наймиты ждут! Убивать будут!

– Ну и ну, – покачал головой Аскольд. – А ей кто сказал?

– Уж не та ли она колдунья, о которой провидец говорил? – вступил в их разговор кузнец. – Может, это к ней видения о будущем приходят?

– А что, похоже на то, – кивнул Дир и повернулся к лежащим телам. – Тут хоть кто-то живой есть или вы всех убили?

– Вот того, с ножом в руке, я только оглушил, – ярл ткнул пальцем в одного из мужчин. – Свяжите его и тащите в лагерь. Там под пытками он нам всё расскажет. Узнаем, кто этих людей нанял!

Дир поднял взгляд на Идана:

– Вождь, пойдёшь с нами? Ты ж всех в округе знаешь, тебе легче будет понять, кому мы тут так сильно стали мешать!

Кузнец молча последовал за викингами, бросив взгляд на окровавленные тела своих земляков.

А там, рядом с ними, уже собиралась толпа горожан.

– Как я вижу, вождь, – снова заговорил Дир, – тебе удалось договориться обо всём с нашим ярлом, а потому его решили убить! Не понимаю только одного: зачем? Ведь ясно же, что в отместку мы перережем всех жителей, да ещё и сожжём город!

– Так ведь крепость ещё нужно взять! – задумчиво произнёс Идан. – А пока вы ей осаду устраивать будете, могут чьи-то войска подойти! Не знаю даже, чьи это будут дружины, печенегов или хазар. Тем, кто всё это замыслил, самое главное – не пустить ваших воинов в крепость! Ежели они туда войдут, то их потом оттуда не выбить!

– Вот это да-а-а! – присвистнул Дир.

…Аскольд пошевелился на мягком ложе, провёл ладонью по лицу и улыбнулся, вспомнив, как обрадовалась Дена, увидев его входящим в лагерь во главе своих викингов.

Она со всех ног бросилась к нему навстречу, но тут же испугалась своего порыва, резко остановилась и замерла на месте.

Ярл тогда боковым зрением заметил удивление и какую-то злость на лице Дира. Казалось, он даже разозлился на старшего брата.

Но в тот раз Аскольд не придал большого значения всем этим эмоциям окружающих его людей, а просто спросил у знахарки:

– Скажи, Дена, как ты узнала, что меня хотят убить?

Девушка долго молчала, а потом сбивчиво попыталась ему хоть что-то объяснить:

– Когда я была маленькой, бабка рассказывала мне, что у неё иногда появлялись странные видения. То же случалось и у моей матери до родов. Если они о ком-то долго думали, то стоило им закрыть глаза и представить перед собой черноту, как этот человек появлялся перед ними в самые важные и тяжёлые дни своей жизни. Видения могли появляться сами по себе, если близкому человеку угрожала смертельная опасность. Похоже, от них это проклятье богов перешло теперь ко мне.

– Хоть я и не близкий тебе человек, – улыбнулся ярл, – но всё-таки хорошо, что ты увидела меня в своих видениях.

– Но одних предсказаний мало, – вступил в разговор Дир. – Вот нынче я посоветовал брату взять с собой телохранителей, и они ему помогли, а ещё он сам надел под тунику кольчугу, и она спасла ярлу жизнь. Считаю, надо использовать всё что можно для своей безопасности!

– Кажется, мы с тобой должны приблизить к себе Дену, чтобы она чаще думала о нас и каждый день предсказывала, как нам правильно поступать надобно, – хохотнул Аскольд. – Хотя тогда нам придётся новую знахарку искать!

– Так ежели дружина в Куйаве останется, то для ваших воинов тут колдунов, знахарей и костоправов много наберётся, – улыбнулся кузнец. – А вот провидицу эту, мне кажется, беречь надобно! Пущай она при вас будет! Ты же, князь Аскольд, помни о том, что старец тебе сказал! От этого жизни ваши зависят.

У походной палатки ярлов они увидели лежащего на земле пленного, а вокруг него сидящих воинов. Рядом горел костёр, на углях которого один из викингов уже калил лезвия ножей для пыток.

– Ну что, будем начинать? – Дир склонился над пленным. – Как твоё имя?

Связанный человек молчал, отвернувшись в сторону.

– Ты глянь, не хочет с тобой разговаривать, – покачал головой Аскольд. – Как думаешь, долго ли мой убийца сможет выдерживать пытки?

– Когда тебя будут огнём и железом резать на куски, начнёшь не только разговаривать, но и песни петь! – хохотнул брат.

– Не надо! – прохрипел пленный. – Я всё скажу, что сам знаю!

– Имя! – рявкнул Дир. – Кто вас всех нанял? Откуда узнали, когда ярл пойдёт в крепость?

– Меня зовут Растич, – медленно заговорил убийца. – Я наймит у Тарамака, как и те, другие, кого убили викинги. Это он приказал нам напасть на вашего вождя. Обещал заплатить золотом! Вся крепостная стража подкуплена им и со стен следит за любым движением в лагере на берегу. Как только ярл направился в крепость, гонец тут же прибежал к Тарамаку. А уж мы завсегда под его рукой были.

Аскольд перевёл взгляд на Идана и увидел, как побледнело лицо кузнеца, а пальцы сжались в кулаки.

– Кто ещё состоит в заговоре с Тарамаком? – рука Дира сгребла рубаху на груди пленного.

– Я н-н-не-е-е знаю, – промямлил он, пряча взгляд.

– Прикажу пытать! – возвысил голос викинг.

– Ладно, ладно, – губы убийцы дрожали от страха. – Я видел у него Кабира, Икбара, Сардара и Камрана. Они целыми днями не выходили из его дома. Всё что-то обсуждали с ним.

– Скажи, вождь, – обратился Аскольд к кузнецу, – кто эти люди?

– Ты их видел в моём доме, князь! – Идан твёрдо и прямо смотрел в глаза ярлу. – Они местные вожди, выбранные в совет. Все пятеро – иудеи из Хазарии и очень богатые купцы. Чую я, скоро сюда хазарская дружина пожалует. Захочет свои порядки навести, да и пришла пора дань собирать! Надобно вам, князья, решить окончательно, останетесь ли здесь, будете нас защищать или путь свой продолжите к морю тёплому?

– Мы обратно своё слово не берём, вождь! – усмехнулся Аскольд. – Будем готовиться к войне. Но ты не переживай, сражаться мы умеем! Одолеем и ваших хазар! Даром, что ли, мы с князем Рюриком прогнали их из-под стен Новогорода! Кабы ты видел, как они при нашем появлении в бега пустились!

– Слыхали мы уже о том, князь! – усмехнулся Идан. – Сюда весточки быстро долетают!

– Я надеюсь, что хазары хорошенько подумают, прежде чем на Куйаву напасть! Ну а пока возвращаемся в крепость! Возьмём с собой полсотни воинов. Нам надо захватить Тарамака и тех вождей, на кого пленный указал, а то ж они сбежать успеют!

Долго собираться не пришлось. Лёгкие на подъём, викинги быстро вооружились и вслед за ярлами и кузнецом поспешили в город.

Но они опоздали.

Предатели-вожди сбежали из крепости вместе со своими приближёнными и слугами.

Соглядатаи донесли Идану, что иудеи заранее приготовили лошадей у задних ворот и, как только узнали о смерти подосланных ими к ярлу убивцев, тут же поспешили скрыться.

– Может, оно и к лучшему, – махнул рукой Аскольд. – А то ведь пришлось бы их повесить за измену!

Вот так и начался тогда первый день правления князей Аскольда и Дира в далёкой от родного дома Куйаве.

…Он криво усмехнулся, прогоняя от себя давние воспоминания, и снова посмотрел на орущую толпу бегающих по городской площади ребятишек с палками в руках.