Подобного унижения ему в своей жизни испытывать не приходилось. Мало того что его, как мальчишку, своими дерзкими словами оскорбил Рюрик, так и Трувор сполна поиздевался над ним и Видиславом.

Вспоротая остриём стрелы щека ныла и зудела, но ещё большее беспокойство доставлял зад. Хоть лекарь и вытащил из него стрелу, но легче от этого не стало. Сесть княжич не мог, да и передвигаться было больно и тяжело, а потому приходилось стоять или лежать. А мысль о том, что теперь ему придётся предстать перед Драга́ной с изуродованным лицом, доводила княжича до бешенства. И почему они позабыли о Труворе, этом удивительном лучнике? Ведь всего день назад он показал Вадиму, что может убить любого из них на выбор, когда захочет.

Сначала княжич хотел отложить на несколько дней предстоящий ночной захват крепости, но воевода и тысяцкий уговорили его не делать это. Они напомнили ему, что скоро прискачут хазары и тогда придётся не только делиться с ними добычей, захваченной в Новогороде, но и платить золотом за оказанную помощь.

Вадим принял доводы своих соратников, и поздно ночью два отряда воинов в полной тишине начали спуск в ров с двух сторон крепости. Раненый княжич лезть в воду отказался, поэтому первый отряд повёл за собой сотский Орей, второй – возглавил ещё один его ближний сотский-телохранитель Дамир. Тысячи и тысячи ратников с огромными щитами для защиты от стрел выдвинулись к крепости со стороны поля тремя большими колоннами. С ними вместе вынужден был идти прихрамывающий Вадим.

Ночь для собравшихся под стенами Новогорода людей тянулась мучительно долго.

Все ждали.

Вскоре где-то вдали у самого горизонта узкая полоска света прорезала темноту. Она стремительно расширилась на половину неба, окрасилась жёлтым и красным цветом, предвосхищая появление солнечного диска.

Но княжича не волновало это зрелище. Он не отрывал взгляда от ближайшего подвесного моста, одновременно прислушиваясь, не раздастся ли звон цепей, удерживающих его на весу. Опущенный мост послужил бы сигналом к началу штурма Новогорода.

Но ничто не нарушало предутреннюю тишину.

– Где же наши люди? Что там у них в подземных ходах происходит? – негромко произнёс княжич, поворачиваясь к воеводе Видиславу. – Пошли пару человек, пусть всё разузнают! Нам нельзя здесь долго оставаться, скоро солнце взойдёт!

Слать гонцов не пришлось.

От Орея и Дамира прибежали люди, чтобы предупредить княжича о неудаче, постигшей муромчан.

Они рассказали, что подземные ходы жители города предусмотрительно завалили брёвнами, камнями и землёй, а потому оба отряда вынуждены были остановиться и начать разбор завалов. Это оказалось непростым делом и, похоже, могло затянуться надолго. Орей предложил отложить нападение на стены до тех пор, пока муромчане не расчистят проходы внутрь крепости.

– Ну, что будем делать? – Вадим, почёсывая разодранную стрелой щёку, в растерянности обвёл взглядом воеводу и тысяцкого. – Рюрик оказался хитрее, чем я о нём думал. Боюсь, как бы нас не поджидала ещё какая-нибудь ловушка.

– А что ты предлагаешь? – Видислав схватил княжича за руку. – Отсиживаться в лагере и ждать, когда новогородцы сами опустят мосты и распахнут ворота? Этого не будет! Нужно идти на приступ стен! Бери под свою руку первую колонну ратников и веди её на левую сторону крепости, тысяцкий поведёт воинов на правую сторону. Вам помогут те отряды, что ушли к подземным ходам. Я же нападу на ворота и стену. Даже не сомневаюсь, что горожане уже ждут нас. Но я тоже припас для новогородцев подарочек!

– Какой? – Вадим непонимающе смотрел в глаза воеводе.

– Собрал две сотни лучников и расставил их вдоль стен крепости. Теперь Трувору с его стрелками станет не так просто защищать стены. Но будьте осторожны! У горожан хорошие лучники, поэтому не забывайте о щитах. Держите их перед собой и прикрывайтесь сверху, тогда, может, уцелеете. Сигналом для всех послужит звук моего рога. Поспешайте!

Вадим и тысяцкий не заставили себя долго ждать. В окружении телохранителей и сотских они скорым шагом направились к своим ратникам.

Княжич распределил воинов вдоль рва напротив боковой стены крепости и приготовился ждать сигнала.

Становилось всё светлее и светлее. Яркий солнечный диск медленно выкатывался на небо, пробуждая к жизни округу и расцвечивая её сочными летними красками.

Протяжный хриплый звук рога заставил сидевших на земле ратников подняться на ноги и взять в руки оружие.

Вадим видел, как многих из них бьёт лихорадка, что обычно бывает перед сражением, но сам не чувствовал никакого волнения или страха. Да и откуда они могли появиться, ежели он не собирался спускаться в ров с водой.

– Вперёд! Прикрыться щитами! – подал команду княжич.

Огромная масса людей сдвинулась с места и устремилась ко рву. Сотни и сотни людей в полной тишине скатывались в овраг и по пояс в воде перебирались на противоположный склон.

Резкий пронзительный свист донёсся со стены крепости, и Вадим увидел, как над тыном выросла шеренга воинов с луками, копьями и даже большими камнями в руках.

– Щиты! Поднять щиты! – что есть сил закричал княжич.

Ему вторили голоса сотских и десятских.

– Лучники! Выцеливать врага! Не давать стрелкам высунуться! – снова крикнул Вадим, с облегчением наблюдая за двумя ратниками, вставшими перед ним с большими щитами и приготовившимися защищать его от случайно прилетевших со стены стрел. А их свист уже был хорошо различим средь шума начавшегося сражения.

Сбылось предсказание воеводы Видислава: большие щиты спасли многих муромчан от смерти. Ущерб, наносимый стрелами, оказался меньше, чем при первом приступе. Это вдохновило наступающих воинов.

Вадим видел, как ратники прислонили полтора десятка длинных лестниц к стене и уже карабкались наверх. Ему даже показалось, что среди первых храбрецов промелькнуло лицо сотского Орея.

Вот только никому из них не удалось перебраться через частокол.

Защитников крепости оказалось много больше, чем думал княжич. Они длинными жердями-рогатинами отталкивали от стены лестницы, кидали камни и копья, лили кипящую смолу на головы людей. Муромчане вынуждены были отступить от тына и снова укрыться за большими щитами, но долго оставаться под прицелом лучников не могли. Многие воины скатывались в ров и карабкались по противоположному склону оврага, спеша спасти свои жизни.

Потери могли быть огромными, если бы не лучники воеводы Видислава. Они забросали горожан стрелами, не позволяя им надолго высовываться за бревенчатый частокол.

Вадим понимал, что снова потерпел полное поражение.

Десятки изуродованных мёртвых тел лежали под стеной и на склонах рва, а основная масса людей бежала подальше от крепости и, словно испуганные овцы, собиралась толпами на опушке леса.

Ему очень хотелось надеяться, что воеводе удалось проломиться хотя бы через одни ворота и ворваться в город, но уже полученный горький опыт подсказывал обратное.

В окружении телохранителей княжич направился к стене, выходящей в поле.

Ещё издали взгляду Вадима предстало печальное зрелище. Точно такое же, от которого он только что ушёл: тела муромчан усеивали подступы к крепости, повсюду валялись лестницы, щиты и оружие, а ратники Видислава отступили далеко от места битвы.

Увидев всё это, Вадим уже не сомневался, что и у тысяцкого Селислава дела обстоят так же, но идти к нему не решился.

В двух сотнях локтей от себя он заметил сидящего на земле воеводу и направился к нему.

Тот обхватил двумя руками голову и раскачивался из стороны в сторону, словно был не в состоянии остановиться. Одежда его выглядела мокрой и грязной. Походило на то, что он вместе со своими воинами ходил на приступ крепостной стены.

– Как ты? – склонился над ним княжич. – Не ранен?

Видислав поднял на Вадима взгляд. В глазах воеводы плескался ужас.

– Нельзя! Нельзя было идти на приступ! Мы потеряли слишком много людей! – прозвучал в ушах княжича тихий шёпот. – Дождёмся хазар и будем брать Рюрика с его людьми измором. Не думаю, что они смогли завезти в Новогород большие запасы еды. Вынудим их отворить к зиме ворота! Голод всё сделает за нас.

Вадим, соглашаясь, молча кивнул головой. Он тоже окончательно понял для себя, что взять крепость с наскока им не удастся. Нужно запастись терпением.

Княжич положил руку на плечо воеводе, успокаивая его и показывая своё расположение.

Солёные резкие запахи пота и крови витали в воздухе, смешиваясь с чем-то непонятным и доселе незнакомым Вадиму.

Он вдохнул полной грудью и понял, что это запах смерти огромного количества мужчин, воинов. Многих из них княжич знал. Ещё ночью они были живы и полны сил, разговаривали и смеялись, а теперь превратились в бесформенные скрюченные тела.

Солнце поднималось по небосводу, согревая тела и души людей.