Вадим стоял на бугре рядом с муромским воеводой Видиславом в окружении нескольких телохранителей, смотрел на бегущих в сторону крепости ратников и никак не мог отойти от разговора с князем Рюриком. В душе его бушевали гнев и дикая ярость. Такого прилюдного унижения он не испытывал ещё ни разу в своей жизни. После встречи с ненавистным викингом княжич чувствовал себя маленьким никчёмным человеком, раздавленным громадной катящейся глыбой.

Тысяцкий Селислав всеми силами пытался успокоить молодого человека, но делал этим только хуже для него.

Разъярённый Вадим приказал построить три отряда и начать захват стен Новогорода.

Ему казалось, что муромчане легко преодолеют ров, приблизятся к стенам, а уж там, прикрывшись большими щитами, начнут таранами разбивать ворота и по лестницам карабкаться на стены. Ему несколько раз приходилось слыхать от князя Буривоя и князя Гостомысла, что именно так они брали приступом многие крепости. Теперь княжич мог воочию убедиться в правильности слов деда и дяди.

Вадим мысленно представил себе, как муромские воины прорываются через разбитые ворота в город и начинают рубить всех от мала до велика, не щадя ни женщин, ни детей, а пуще всего ратников и стражников, отказавшихся перейти на его сторону. И вот через мост уже тащат связанного верёвками израненного Рюрика и бросают к ногам княжича. А он небрежно ставит ногу на грудь поверженному великану и плюёт ему в лицо. Вадим даже слышит свои слова, обращённые к нему: «Ну что, родич, кончилось твоё правление? Как ты, грязный и ничтожный викинг, посмел встать на моём пути? Тебя и братьев ждёт ужасная смерть под пытками!»

– Княжич! Княжич! – тревожный голос воеводы Видислава выдернул Вадима из сладких грёз. – Смотри, наши люди трусливо спасаются бегством! Они не сумели преодолеть ров!

– Так что же там было? Кто смог их остановить?

– Я видел много стрел, летящих с крепостных стен и из башен, – подошёл сбоку тысяцкий Селислав. – Мы совсем позабыли про Трувора! А он – великий лучник! Похоже, этот ярл-викинг обучил несколько десятков человек слаженной стрельбе сверху по людям. Думаю, убитых и раненых среди муромчан будет много!

Сощурив глаза и внимательно присмотревшись, Вадим разглядел возвышавшуюся над тыном длинную цепочку лучников. Даже издали княжич видел, что новогородцы безостановочно мечут стрелы по убегающему противнику.

Его ухо уловило непонятный шелест «Ф-р-р!» и последовавший за ним тупой удар.

Этот звук дважды повторился.

Ещё не осознав, что произошло, Вадим увидел, как два телохранителя, стоящие по сторонам от него, рухнули на землю. Из груди каждого из них торчала стрела с чёрным оперением.

– Прикрыть княжича! – закричал воевода, испуганно озираясь вокруг.

Четверо ратников с большими щитами тут же встали перед своими вождями, отгораживая их от крепостной стены.

– Это стрелы Трувора, я точно знаю, – негромко произнёс Селислав. – Один лишь ярл может стрелять так далеко. Он предупреждает, что легко убьёт нас, когда ему захочется!

Вадим почувствовал, как струйка холодного пота потекла по его спине, руки и ноги ослабли, а противная дрожь охватила всё тело.

– Отходим дальше на сотню локтей! – скомандовал княжич враз охрипшим голосом.

Медленно пятясь, небольшая группа людей переместилась на приличное расстояние от бугра, и только тут Вадим, ощутив себя в безопасности, повернулся к тысяцкому:

– Ну и почему Трувор не целился в нас?

– Мне кажется, Рюрик велел ему не делать этого.

– По-че-му? – закричал взбешённый княжич.

Селислав открыто посмотрел в глаза Вадиму, тяжело вздохнул и заговорил:

– Я плохо знаю князя, но все люди говорят, что это честный и справедливый человек. Ты и Видислав – его родичи, а потому он не хочет вашей смерти.

– Но мы же пришли силой оружия отобрать у князя власть, а потому Рюрику придётся бороться за свою жизнь! Да и при встрече на мосту он сказал, что собственными руками убьёт нас с воеводой в сражении!

– Этого сражения может и не быть, – понурил голову тысяцкий. – Я уже сумлеваюсь, сумеем ли мы взять крепость.

– Зря ты такое говоришь! – возмутился Вадим. – Иль забыл, что по нашим следам идёт конница моего друга – хазарского царевича Ахтуба? Из Мурома прискакали гонцы с вестью, что к нам на подмогу спешат десять тысяч воинов! Через два дня они будут здесь. Вместе с ними мы сровняем крепость с землёй!

– Не пришлось бы нам своей шкурой расплачиваться с хазарами! – вступил в разговор Видислав. – Просто так никто помогать не станет. Что Ахтуб хочет за помощь?

– Он ничего не требует!

– Ну да! – скривился воевода. – Когда войдёт со своими хазарами в город, то вытрясет из него всё до последней монеты! А с тебя ещё золото и серебро потребует!

– С царевичем мы договоримся, не переживай, – снова начал злиться княжич. – Лучше подумай, как до подхода хазар нам взять крепость. Тогда и платить никому не придётся.

– Прежде всего нужно успокоить людей, собрать и похоронить убитых, помочь раненым. Думаю, Рюрик позволит нам вынести их с поля битвы. Ну а потом пусть ратники отдохнут, приготовят себе еду, выспятся, а как дальше поступать – решим завтра.

– Что скажешь ты, Селислав? – Вадим перевёл взгляд на тысяцкого.

– Согласен с воеводой, – кивнул толстяк. – Нынче достаточно делов натворили, нужно остыть и всё хорошенько обдумать. Глядишь, к утру умные мысли у кого-нибудь появятся.

– Что ж, так тому и быть! – Княжич махнул рукой воеводе. – Разбивай лагерь, выставляй стражу и займись ранеными и убитыми.

Вадим отошёл к одиноко растущей неподалёку сосне, сел на траву под ней, прислонился спиной к стволу и стал наблюдать за начавшейся людской суетой вокруг. Думы княжича текли плавно и неспешно. Он уже решил для себя, что будет ждать прибытия хазар. У Ахтуба есть опыт взятия крепостей и ведения войн, поэтому можно на него рассчитывать. Да и десять тысяч человек под рукой хазарского царевича помогут Вадиму разрушить до основания Новогород.

Какая-то шальная мысль, появившаяся из размышлений о захвате города, не давала ему покоя. Княжич пытался связать её с фундаментом, рвом и неожиданно для себя вспомнил о давно забытых подземных ходах, ведущих из оврагов в крепость.

Улыбка появилась на лице Вадима. Он даже закрыл глаза, сосредотачиваясь на этом счастливом мгновении, и представил себе, как вечером у костра предложит воеводе Видиславу и тысяцкому Селиславу ворваться ночью в Новогород через подземные ходы, о которых Рюрик ничего не знает.

Уже знакомый пугающий звук «Ф-р-р-р!» и гулкий сильный удар в ствол сосны заставили его вздрогнуть всем телом и поднять глаза вверх.

Всего в трёх дюймах над головой в дерево впилась стрела с чёрным оперением.

Не осознавая, что он делает, Вадим вскочил на ноги и стремглав бросился бежать в сторону возвышающегося неподалёку лесного массива.

Одна мысль билась в перепуганном до смерти мозгу: «Жить! Жить!»

И только достигнув опушки, он упал лицом в густую траву, обхватил голову руками и зарыдал.