— Тебе стоит отдохнуть, — отрезал и отвернулся.

Но она не ушла. Поколебавшись, указала на рукояти моих ножей, торчащих из ножен. На поясе. За сапогом. На перевязи.

— Зачем тебе три ножа, тиарх?

— Ты знаешь ответ, Лианора, — раздражённо бросил я. — К чему этот разговор?

— Неужели ты не доверяешь остроте одного кинжала?

— У меня должно быть несколько вариантов в бою.

— Мне кажется, твоя истинная думала так же.

— О чём ты? — я прищурился в недоумении.

— Если бы наши драгархи обезумели без мертвия, ей тоже пригодился бы запасной вариант — не так ли? Тот, кто мог бы забрать её из самого пекла, — она развела руками. — Красный.

Я сжал челюсти так, что в висках стукнула кровь.

— Ты закончила? — холодно спросил я.

Лианора хотела меня утешить, но сделала только хуже. Раньше я злился на Мию. Теперь — ненавидел себя. Собирался уйти, когда она вдруг протянула мне ладонь. На ней, поблескивая в лунном свете, лежал браслет.

— Мия связала его для тебя, — тихо сказала она. — Она хотела вручить сама… но сейчас будущее под вопросом, и… Пусть лучше он будет у тебя.

Я взял украшение. Серебряные нити были ещё тёплыми от её пальцев. Мой взгляд упал на камни. В центре — аристар. «Я хочу пройти с тобой по жизни за руку». Рядом — серебряная бусина. «Ты навсегда в моём сердце». А с края, завершая узор, сиял прозрачный белый виранит.

Горло перехватило так, что стало больно дышать. Я сжал браслет в кулаке, до белых костяшек, чувствуя, как острые грани впиваются в ладонь.

Внутри, под рёбрами, зверь бился в глухой агонии, желая взвыть. Но тиархи не воют. Мы не имеем права на слабость, даже когда наш мир рассыпается в пыль.

— Ты… объяснила ей значение камней? — произнёс я сдавленно. — До того, как она вплела их?

Лианора кивнула, и в её глазах мелькнуло сочувствие.

— Да, мой тиарх. Объяснила. И я видела, как вдумчиво она выбирала. Этот браслет — её осознанное послание тебе.

Я закрыл глаза.

Виранит означал: «Я тебя люблю».

Она открыла мне своё сердце, а я захлебнулся подозрениями, стоило Свейну появиться в зале. Пока сгорал от ревности, глядя на дар красного у неё на шее, на одном из столов опочивальни лежал этот браслет — её признание в чувствах ко мне.

Каждая бусина в моем кулаке сейчас казалась раскаленным углем. Она доверилась мне — а я позволил Свейну забрать её.

— Ступай, Лианора, — я развернулся обратно к ночи, пряча браслет во внутренний карман, поближе к сердцу.

У красного не было шансов. Я найду его. Даже если мне придется перевернуть каждую скалу в долине Снежных Волн, я верну свою истинную. Теперь я точно знал — за что буду сражаться.

Глава 52

Мия

В голове гудело так, будто по черепу изнутри били кувалдой. Было тепло. Даже жарко. Я попыталась пошевелиться, но конечности ощущались чужими и непослушными. Разлепив веки, увидела серые каменные своды, по которым лениво плясали отсветы пламени. Я лежала на ворохе пушистых шкур в небольшом каменном кармане. В центре едва слышно трещал костерок, а в углу теснился нехитрый кухонный скарб.

Знакомое место — когда-то оно даже казалось мне уютным. Тогда я еще не знала настоящего Бьёрна, а Свейн выглядел добрым другом. Сколько воды утекло… С тех пор мой мир вывернулся наизнанку.

Я попыталась приподняться, и шкура соскользнула с плеч. Воздух лизнул открытые ключицы, ложбинку между грудей, и холод осознания ударил в затылок.

На мне было чужое платье.

Шерстяное, цвета чайной розы…

Кто меня переодевал? Холодный липкий ужас, который посеял этот вопрос, тут же захлестнул новой волной. Пояса, на котором держался артефакт перемещения, не было. Как и надежды сбежать отсюда при первом желании.

Дрожащими пальцами я коснулась шеи. Кожу холодила тяжёлая капля — кулон Свейна. А там, где висели раньше охранные амулеты Бьёрна, я нащупала пустоту. Пустыми показались и запястья. Браслеты, тонкие цепочки, всё, что связывало меня с замком и тиархом — исчезло.

— Нет, нет, нет… — хриплый шёпот застрял в пересохшем горле.

Я забыла о боли. Лихорадочно, на четвереньках, принялась разбрасывать шкуры. Пальцы цеплялись за мех, я шарила по углам, заглядывала в каждую щель этого каменного мешка. Пусто. Только голый пол.

Свейн забрал у меня всё. Одежду, защиту, возможность вернуться к Бьёрну.

Внезапно за спиной ощутила чьё-то присутствие.

Резко обернулась, прижимая к груди кусок шкуры.

Свейн стоял в проёме, высокий, широкоплечий, почти задевая макушкой свод. Его взгляд медленно прошёлся по мне. Он будто проверял сохранность ценного груза.

— Где мои вещи? — я вложила в эту фразу всю злость, которая раздирала меня изнутри.

Свейн шагнул внутрь. В его руках была широкая береста, на которой дымилось мясо и какие-то печёные коренья.

— Они тебе больше не пригодятся, — произнёс буднично, будто говорил о погоде.

— Ты спятил? — я едва не задохнулась от возмущения. — Это МОИ вещи. Верни их сейчас же!

Он поставил бересту на плоский камень у костра и выпрямился. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глубине глаз полыхнуло золотое пламя.

— Ты моя. И носить отныне будешь только мои дары. Остальное тебе не понадобится.

Слова ударили под дых. Не понадобится?

Да кто он такой, чтобы решать, что мне понадобится?!

— Я не твоя! — выкрикнула я, чувствуя, как к глазам подступают слезы бессилия. — Слышишь? Никогда не буду твоей!

— Я дам тебе время... хотя и так ждал тебя целую вечность, — кивнул милостиво с таким видом, будто ожидал от меня благодарности.

— Время на что? — почти в голос заорала. — Возненавидеть тебя сильнее?

— Время принять наш союз.

Я задохнулась от бешенства. Сжала кулаки, и чуть не завыла в голос. Едва собралась с силами, просто чтобы облечь свои чувства в слова.

— Свейн, я доверяла тебе! Защищала, прикрыла собой, а ты... предал меня! Прижал свой коготь к моему горлу и сделал из меня щит. Похитил! Наплевал на мои желания, на мой выбор! О каком «нашем союзе» ты говоришь теперь?! Не будет никакого союза! Никогда!

Он пожал плечами с таким равнодушием, будто всё, что я перечислила, было не подлостью с его стороны, а всего лишь — способом достижения цели.

— Ты бесстрашна, огненная дочь Аругара, этого не отнять. Но я считал тебя умнее. Неужели ты не поняла? Я никогда не причинил бы тебе вреда. Подыхать в замке снежных драгархов не входило в мои планы, и я сделал то, что должен был. Как видишь, мой план сработал — мы оба живы и вне опасности.

— Кто вне опасности? Ты? — с губ сорвался нервный смех. — Бьёрн придёт за мной, будь уверен!

— Он попытается.

Спокойный кивок Свейна заставил меня замереть и с подозрением прищуриться. Что значит «попытается»?!

— Зря ты так спокойно об этом говоришь. Он сильный, опытный воин. И подозреваю, он придёт не один.

— Волноваться не о чем. Тиарх никогда не сможет нас найти посреди тысяч пещер долины. Он будет упираться в тупик за тупиком, пока силы его не закончатся. Вскоре дела тиархона призовут его к себе. Он не сможет годами рыскать по пещерам и искать тебя, игнорируя долг тиарха. И даже если найдёт тебя когда-нибудь — уже будет поздно.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты родишь мне сына. Или даже дочь, — на словах о дочери его лицо мечтательно смягчилось. — Волею Аругара ребёнок соединяет пару навеки.

— Ты готов взять меня силой? — спросила со злостью, в упор глядя ему в глаза.

Он вдруг нахмурился, явно не ожидая от меня такого вопроса.

— Драгархи никогда не берут дев силой. Девы сами приходят. Охотно. И с удовольствием.

— Хорошо. Потому что я НИКОГДА не разделю с тобой ложе добровольно, — прошипела, не отрывая взгляда от его глаз. — Это я тебе обещаю, драгарх.

Свейн нахмурился. Складка между его бровей стала глубже, он явно не ожидал такой моей реакции. Но спорить не стал — просто придвинул бересту чуть ближе к моим ногам.

— Ешь. Тебе нужны силы.

Я посмотрела на мясо, и желудок отозвался болезненным спазмом — я не ела целую вечность. Первая мысль была — швырнуть эту еду ему в лицо. Объявить голодовку. Пусть видит, что я не сломлена.

Но в следующую секунду я передумала. Если буду голодать, то быстро ослабею. А слабой — я никогда не выберусь из этой дыры. Свейн не из тех, кто расчувствуется от моей бледности. Ему плевать. Он просто подождёт, пока его пленница окончательно потеряет волю к сопротивлению, и тогда возьмёт всё, что захочет.

Скотина. Расчётливая, холодная скотина.

Я должна быть сильной. Ради Бьёрна. И ради Олии... Я обязатально к ней вернусь!

Медленно протянула руку к бересте. Кусок мяса показался обжигающе горячим. Свейн коротко кивнул, довольный моей «покорностью», и присел напротив, не сводя с меня глаз.

Глава 53

Поела я вкусно и сытно, но выжать из себя хотя бы слово благодарности так и не смогла. Гнев, разочарование и досада булькали внутри, не утихая. Когда я молча отставила пустую бересту и тяжёлую чашу из обсидиана, Свейн поднялся и протянул мне руку.

— Пойдём. Я покажу тебе горячие источники. Девам обычно нравится там плескаться.

В недоумении уставилась на протянутую ладонь. Нравится плескаться? Он не в себе? Думает меня купанием подкупить? С губ так и рвались колючие слова. Но... потом я подумала про Бьёрна. Если… нет, когда мы встретимся с ним, мне хотелось бы быть для него привлекательной. А не дурно пахнущей замарашкой с колтунами на голове.

К тому же, мне требовалось выйти из этого каменного мешка, чтобы увидеть масштаб моей тюрьмы, поискать лазейки, понять, где я.

— Там уже купаются другие девы из замка, — добавил Свейн, и это окончательно меня убедило.

Я отчаянно хотела увидеться с другими девушками — такими же пленницами, как я. Для того, чтобы уверить друг друга — наши мужчины найдут нас. Обязательно, и по-другому просто быть не может!

Так что...

— Хорошо, — кивнула, поднимаясь со шкур.

Свейн просиял:

— В моих пещерах много красивых мест. Они заставят тебя забыть о ледяных стенах замка.

— Я ничего не хочу забывать, — отрезала со злостью. — Наоборот. Буду помнить каждый миг, проведённый с Бьёрном. Каждое слово. Каждый поцелуй. Каждое его прикосновение, — приложила руку к груди, — живёт у меня вот здесь. Навсегда.

Когда увидела, как искривилось лицо Свейна, я испытала ни с чем не сравнимое удовольствие. Он решил мучить меня, оторвав от дорогого мне мужчины, — ну так пусть ловит сдачу!

Но стоило нам выйти наружу, эмоции поутихли под напором впечатлений. Я невольно зажмурилась, когда мы оказались в огромном сводчатом пролёте, залитом мягким золотистым светом.

Потолок терялся в вышине, и оттуда, подобно гроздьям диковинного винограда, свисали светящиеся сферы — пульсирующие живые кристаллы, заменявшие факелы.

Впрочем, сильнее меня поразило другое. Здесь не просто было тепло — здесь пахло весной. Мы прошли по навесному мосту над бездной, из которой поднимался влажный пар, и я увидела сады.

Глубоко под землёй, в огромном природном колодце, была выстроена система световодов. Начищенные до блеска пластины, закреплённые на выступах, ловили солнце на поверхности, и каскадом передавали лучи вниз. В этом ярком столпе света колосились злаки и цвели незнакомые мне кустарники. Настоящий оазис, согретый подземным дыханием гор.

— Красиво, — выдохнула прежде, чем успела прикусить язык.

— Да, — тихо сказал Свейн, идя чуть позади. — Аругар даровал нам самое красивое место Севера.

— Для меня самое красивое место Севера — это любое место рядом с Бьёрном.

Драгарх прошил меня мрачным взглядом. Его губы сжались в узкую линию, а на скулах заиграли желваки — верный признак того, что он с трудом сдерживает гнев и досаду.

Я лишь повыше вскинула подбородок.

Думал, я растаю от этих видов? Зря надеялся!

Вскоре шум воды стал громче. Мы вышли к огромному залу с естественными купелями. Горячие источники стекали по гладким камням, образуя дымящиеся водоёмы.

Ожидала увидеть слезы, услышать подавленные голоса или унылое молчание, но ничего этого не было. Девы плескались в горячей воде, смеясь и перекликаясь. На камнях лежали стопки мягких полотенец и новые платья. За ними присматривала пожилая женщина с добрым лицом, но взгляд мой зацепился за Лиану — молодую служанку из замка Бьёрна.

Она сидела на краю бассейна, завёрнутая в кусок ткани, а рослый красноволосый драгарх в одних кожаных штанах осторожно распутывал её мокрые волосы, что-то шепча ей на ухо. Лиана не выглядела испуганной. Она… алела и улыбалась.

Я застыла на месте, уставившись на их явный флирт.

Неужели тепло пещер и ласковое слово значат для неё больше, чем преданность дому? Как она могла — предать память о своём избраннике так быстро? Да, у Лианы не было пары, но был драгарх, который ей нравился — это ему она готовила амулет на празднике…

И другие не лучше…

Растерянно наблюдала за их фигурами. Лишь единицы выглядели мрачными, недовольными, а в основном пленницы смеялись и беззаботно шутили…

До меня доносились обрывки их разговоров, и я вдруг поняла, откуда у них такое настроение. Красные отличались от снежных драгархов не только цветом волос. Если воины Бьёрна напоминали скалы — надёжные, но холодные и молчаливые, то эти мужчины были пылкие, открытые, не стесняющиеся своего восхищения. Тем и взяли своих пленниц…

Я с горечью скривила губы.

Предательницы!

— Иди к ним, — Свейн слегка подтолкнул меня в спину. — Я буду ждать снаружи.

Иронично фыркнула, осознав, в чём была задумка красного. Он хотел показать мне других дев и надеялся, что я последую их примеру. Ну-ну...

Ступила на влажный камень. Ноги скользнули, и я опустила взгляд вниз, чтобы не упасть. Среди обычной серой гальки что-то блеснуло.

Осколок показался мне знакомым. Стоило мне взять его в руку, я замерла от потрясения. У меня под ногами валялся... мертвий, за который снежные драгархи готовы были душу отдать!