Нет, слишком мало шансов уйти пешком. Землю припорошило снегом. Бородач найдёт по следам. Догонит. У него преимущество.

— Не дёргайся, — мужчина словно прочитал мои мысли и покрепче обхватил свободной рукой. — Не хочу, чтобы ты пострадала.

Эта фраза, наверно, должна была напугать, но на меня произвела обратный эффект. Он говорит. Значит, сердце в груди бьётся. Значит, он способен на сострадание!

Я взмолилась:

— Отпусти меня, прошу тебя! Мне надо домой. У меня сестрёнка болеет. У неё никого нет, кроме меня. Пожалуйста!

— Сестра — больше не твоя забота.

— А чья? Грегора? Ты правда думаешь, что он позаботится об Олии? Так же, как обо мне? Продаст какому-нибудь…

Я едва успела прикусить язык. Хотя, судя по молчанию, этому мерзавцу было всё равно, что я говорю. Точно так же ему было безразлично, кто и как будет заботится о девочке, которую он никогда не видел.

— Как ты можешь так поступать? — простонала я. — У меня единственный человек родной — это сестра. Неужели у тебя сердца нет? Тебя ведь тоже женщина родила. А если бы твою мать в детстве кто-то бросил на произвол судьбы?

Мужчина недобро усмехнулся.

— Побереги силы. Они понадобятся для работы.

Я сжала зубы, чтобы не выплюнуть в него ругательство. Гад бессердечный! И всё же нельзя его злить. Нельзя кричать о том, что работать на него не буду. Что сбегу.

Пусть думает, что я всего лишь слабая дева и никуда от него не денусь. Тогда больше шансов, что он расслабится и допустит ошибку.

К несчастью, с каждым шагом лошади моя тревога возрастала. Чем дальше мы отъедем от города, тем дольше потом будет возвращаться. Надо что-то делать…

Через некоторое время мы подъехали к лесной опушке, которая краешком касалась дороги. Я заёрзала.

— Скоро привал?

— Нет.

— Я хочу пить, есть и... ещё кое-что.

— Терпи.

— Не могу, — настаивала я.

Какое-то время мы ехали молча. Я уже хотела снова попросить о привале, как вдруг он свернул. Подъехал к редким кустикам у опушки и остановился. Спрыгнул с седла. Затем опустил на землю меня, закутанную в нечто, напоминающее дублёнку. Я казалась себе такой неповоротливой в этом жёстком, тяжёлом коконе…

Указал на редкие кусты.

— Делай своё кое-что.

— Отвернись, — попросила я.

— Мне не интересно смотреть на тебя, — отрезал чужак и сфокусировался на лошади.

Вот на неё он смотрел с интересом. Ослабил подпругу, проверил копыта, морду, ремни. Достал что-то из кармана, покормил. Я тем временем спряталась за куст и огляделась, пытаясь оценить свои шансы на побег.

Похититель в десяти шагах от меня. Лес не слишком густой — в нём не скрыться. Этот гад как назло остановился в самом невыгодном для побега месте. К тому же повсюду сучки, каждый мой шаг отчётливо слышен.

— Ты не сбежишь, — сухо сообщил он, будто снова проникнув мне в голову.

— И не собиралась.

— Хорошая девочка.

— Да как ты... — начала, было, возмущаться и вдруг поняла, что он к лошади обратился — да ещё с такой нежностью!

Не удержалась — фыркнула. Кое-как сходив по нужде в этой огромной дублёнке, я вышла из-за кустов. Незнакомец протянул мне большую флягу.

— Пей.

Я с опаской принюхалась. Приложила к губам. Вода оказалась сладковатой и прохладной. Выпила несколько глотков и вернула хозяину:

— Спасибо.

После фляги он протянул мне крошечный кусочек вяленого мяса. Повертев его в пальцах, я со вздохом закинула его в рот. Это скорее был способ унять острый голод, чем полноценный перекус. И всё же лучше, чем ничего. По моим прикидкам, если удастся угнать лошадь, до Нок-талара придётся ехать несколько часов.

Чужак вскочил в седло, а потом, нагнувшись ко мне, подхватил меня подмышки и усадил перед собой с такой лёгкостью, будто я была сделана из пуха.

Мы ехали долго, прежде чем мой взгляд наткнулся на крышу храма за невысоким холмом, и сердце моё забилось быстрее от вспыхнувшей надежды.

Служители Аргуара помогут мне! Они добры и не отказывают в просьбах мирянам. Лишь бы добраться до них — и я спасена! Затаила дыхание и скрестила пальцы на удачу.

Но и тут чужак словно прочитал мои мысли. Он остановился. Спрыгнул с лошади и спустил меня на землю.

Неужели привал?

Не успела я уточнить его планы, как незнакомец подошёл к лошади. Мягко погладил её по морде, что-то ласково ей прошептал на ухо. Затем легонько хлопнул по крупу. Животное всхрапнуло и рысцой припустила к храму.

Я только ахнула, глядя, как мои чаянья превращаются в прах.

— Зачем ты её прогнал? — вскрикнула негодуя.

— Она нам больше не понадобится, — хмуро сообщил чужак.

Как это не понадобится?

Меня ошпарило ужасом.

Что мы будем делать в глуши без лошади?

А вдруг он задумал меня убить?

Потом пойдёт в храм, переночует — и будет жить дальше, как ни в чём ни бывало?

Я попятилась от него, мотая головой.

— Ты меня не тронешь! Я тебе живой нужна, помнишь? Я умею находить золото… И серебро...

— Золото мне не нужно, — он мотнул головой. — Ты дашь мне кое-что другое.

Точно безумный. Золота ему не надо…

Я продолжила пятиться, лихорадочно обшаривая окрестность взглядом в поисках камня или хоть какого-то оружия.

Глава 5

Как назло, не заметила вокруг ни одного камня или дубинки. Да и смысл какой в дубинке? Против такого гиганта — с палкой идти? Я заставила себя перестать пятиться и твёрдо взглянуть в его глаза.

— Что тебе нужно, дарн?

— Мертвий.

Он сказал это легко, будто речь шла о куске стали, а я онемела от такого заявления.

Мертвий добывали только в шахте Фиандиса, чтобы отправлять ежегодную дань драконам. Никто не понимал, зачем он нужен драконам. Говорят, кузнецы пытались делать из него ножи, но он оказался слишком мягким. Даже ложки быстро гнулись.

И уж тем более я не понимала, зачем понадобился мертвий этому мужчине? Причём настолько сильно, что он расстался с горстью алмазов, лишь бы заполучить его... через меня.

Может, у заморских торговцев появилась в нём потребность? Возможно, украшения из мертвия стоят так дорого в дальних краях, что окупятся все затраты на его добычу и перевозку?

Настороженный, колючий вид чужака не располагал к расспросам, но я всё же не удержалась:

— Зачем тебе мертвий?

Он нахмурился:

— Зачем тебе это знать?

Под холодным, пронзительным взглядом я смутилась. Внутри стало зябко. Неуютно.

— Всё зависит от количества, — объяснила я. — Если тебе надо немного — проще обратиться к Старейшинам Фиандиса. Заплатишь мзду — и получишь кусочек металла. А если…

— Твоя цель — найти месторождение мертвия. Моя задача — наладить его добычу. Теперь масштабы понятны?

Я чуть не поперхнулась.

Боги, да целая вечность может уйти на поиск месторождения, и не факт, что я его найду. До сих пор ведь известно только об одной шахте, где добывают мертвий.

— У меня же сестра больная, — простонала я, тревожно погладив рубин.

На миг мне показалось, что камень опасно моргнул, но чужаку было не до моих проблем. Он протянул мне кусок металла в форме небольшого камня.

— Вот, возьми. Твой прежний опекун предупредил, что тебе нужен исходник, чтобы настроиться на энергию металла.

Я задумчиво взвесила увесистый образец на ладони. В свете солнца мертвий переливался цветами радуги и выглядел невероятно красиво. Мне вдруг подумалось, что модницы и правда с руками оторвали бы у торговцев такие украшения.

— Куда нам идти? — он вырвал меня из размышлений. — Ты уже чувствуешь?

Зажмурившись, сделала вид, что прислушиваюсь к ощущениям. На миг я действительно попыталась ощутить в себе зов — по старой привычке. Однако внутренний голос молчал. Значит, мертвия в окрестностях не было.

Я открыла глаза и уверенно указала на Храм.

— Он в том районе.

— Надо же, какое совпадение. Я спросил тебя про мертвий — и он оказался в двух шагах.

— Наверно, ты везучий.

Мужчина задумчиво поглядел на меня. Так пристально, будто прочитал мои намерения: добраться до Храма и позвать на помощь. И всё же медленно кивнул.

— Идём.

Когда мы дошли до Храма, я ощутила себя в глупой ситуации. Чужак был в двух шагах от меня, а все служители сейчас, видимо, находились внутри здания. Как позвать их на помощь? Хотя… если служители меня услышат или увидят, они помогут в любом случае. Ни один силач не сможет долго противостоять толпе мужчин.

— Ну и где тут залежи мертвия? — мне показалось, в голосе незнакомца мелькнула насмешка. — Может, спрятались под Храмом?

Сердце выбивало барабанную дробь.

Он смеётся надо мной?

Ну и пусть смеётся. Это мой шанс. Надо убедить его.

Я кивнула, стараясь выглядеть как можно увереннее.

— Кажется, ты верно догадался. Месторождение под Храмом. Но для начала я должна войти внутрь и проверить.

Чужак посмотрел на меня очень внимательно. И вдруг усмешка сползла с его губ, а в синих глазах вспыхнули золотые искры.

— Я ненавижу враньё, — отчеканил он. — Хотя от такой, как ты, другого не ждал.

Он внезапно подпрыгнул, крутанулся в полёте, и в следующий миг уже моя голова закружилась от происходящего.

Воздух вокруг него разорвался сухим, горячим треском, словно вспыхнул невидимый огонь. Я отшатнулась, прикрывая лицо руками от ослепляющего золотистого света, который шёл от его видоизменённого тела. Через пальцы увидела, как за спиной огромного ящера с грохотом распахнулись огромные крылья.

Я застыла, едва дыша.

В голове не укладывалось происходящее.

Дарны не бывают драконами. Это, наверно, какой-то морок, иллюзия! — лихорадочно билась мысль в моём мозгу.

Однако передо мной, заполняя собой всю подворотню Храма, стоял дракон. Его чешуя, прежде чем осесть в цвет ночи, вспыхнула десятком золотых искр. Паника обожгла горло, но инстинкт выживания оказался сильнее. Я рванулась к единственному спасению — двери Храма. Рука нашарила холодную ручку. Ещё секунда — и я скроюсь за толстыми стенами, позову на помощь…

Но меня обхватила огромная, чешуйчатая лапа — хватка дракона оказалась жёсткой и невероятно реальной. Я издала сдавленный, короткий крик, ощутив резкую боль, и дракон оттолкнулся от земли.

Рывок был настолько резким и вертикальным, что земля будто мгновенно провалилась вниз. От перегрузки и ужаса я закричала и отчаянно вцепилась пальцами в грубую чешую, боясь сорваться в пустоту. Храм внизу стремительно превращался в крошечный домик, а потом его скрыла пелена.

Нас окутал белый, яростный вихрь. Яркое солнце, которое ещё несколько минут назад светило над Храмом, исчезло. Вокруг нас, словно по команде дракона, завыла и завертелась настоящая буря. Ледяной ветер бил в лицо, заставляя слезиться глаза, а в воздухе появились острые, колючие снежинки.

Холод был нестерпимым, но хуже была скорость. Голова кружилась, лёгкие горели от нехватки кислорода, а ледяная влага прилипала к лицу. Я пыталась кричать, но звук мгновенно уносило ревом ветра и грохотом огромных крыльев.

Чувство страха, агония от ледяного ветра и нехватка воздуха смешались в оглушающий коктейль. Золотая вспышка промелькнула перед глазами, а затем… мир провалился в густую, спасительную тьму.

Глава 6

Я очнулась от пронзительного холода и от жгучей боли, словно тысячи иголок впивались в ноги. Затем сквозь остатки оцепенения пробилось ощущение горячих пальцев, настойчиво разминающих мои ступни. Боль в ногах, треск костра, тепло, проникающее сквозь одежду, — это было странное пробуждение.

Стоп!

Чьи это пальцы, трогающие меня без спроса?!?!

Паника волной окатила меня, отрезвляя лучше ледяного ветра. Я резко подскочила, едва не ударившись головой о каменный выступ.

Первое, что увидела, — сосредоточенное лицо чужака, освещённое отблесками костра. Мы находились в тёплой, просторной пещере. Он сидел на камне, без своего мехового плаща, который теперь был укутан вокруг меня. Мои ступни ютились в его ладонях, и от его прикосновений по всему телу пробегали мурашки — от боли и дикой, мучительной неловкости.

Попыталась отодвинуться, но он не позволил. Удержал.

— Хочешь остаться без ног?

Я замерла, с трудом осознавая его слова.

Без ног?

О, великий Аругар… Настолько всё серьёзно?

Растерянно посмотрела на свои изящные сапожки из тонкой тиснёной кожи, уныло поникшие в луже — видимо, из растаявшего льда.

Утром я оделась непростительно легко. В Нок-таларе мы с Грегором могли в любой момент зайти в чайную лавку, чтобы согреться. Кто же знал, что свидание с женихом окончится для меня в снежной буре? При воспоминании о бывшем в груди тоскливо заныло, и я тряхнула головой, прогоняя мысли о нём. Предатель не достоин моих эмоций.

Мой блуждающий взгляд снова остановился на паре сапожек. Лужа под ними получилась большая — это сколько же льда образовалось во время полёта? Я вспомнила бурю и скорость, с которой мчался дракон, не обращая внимания на мои крики.

Просто в голове не укладывалось, что этот хищник сначала чуть не убил меня холодом, а теперь — спасает мои ноги.

Хотя… чему тут удивляться? Я нужна ему работоспособной.

— Это ведь ты вызвал снежную бурю, так? — не удержалась я. — Хотел наказать меня. А потом вспомнил, что для поиска мертвия я нужна тебе работоспособная. Поэтому помогаешь.

Мои глаза встретились с его взглядом. В синих радужках снова блеснули золотые искры. Он не сразу ответил. Лишь активнее принялся разминать мои ступни, и я почувствовала, как по ним разливается волна обжигающего тепла.

— Только глупые девы носят зимой летнюю обувь, — отчеканил он. — И только безумные злят снежного драгарха, а потом винят его в снежной буре.

Всего пара фраз, а столько информации навалилось, что на миг я опешила. Прикрыла глаза в попытке переварить услышанное. Так он — снежный драгарх? Значит, драконы называют себя драгархами? Получается, он не специально бурю призвал, а на эмоциях?