Алексей

Я чувствую, что что-то не так, но не могу сразу понять, в чем именно дело. Сначала это легкое, почти незаметное ощущение, как будто ты входишь в комнату, где недавно кто-то курил, но запах уже почти выветрился. Ты вроде бы ничего не видишь, но все равно чувствуешь.

Я не могу объяснить, что именно меня тревожит. Алиса по-прежнему улыбается мне, отвечает на поцелуи, смеется над моими шутками, ведет себя так, будто между нами все в порядке. Но есть мелкие детали, которых раньше не было, которые кажутся незначительными, но которые постепенно складываются в картину, от которой мне не по себе.

Я замечаю, что она стала иначе одеваться, причем не для меня. Когда мы с ней куда-то идем, она почти не красится, выбирает удобную одежду, но когда выходит одна — всегда выглядит безупречно. Я замечаю, что ее телефон теперь всегда с ней. Раньше она могла оставить его на тумбочке, на кухне, в другой комнате, забыть о нем на несколько часов. Теперь он всегда в ее руке, в кармане, в сумке.

Я замечаю, что иногда, когда я прихожу домой, она ведет себя так, словно не ожидала меня так рано.

Я не хочу думать о плохом, не хочу снова возвращаться в тот ад, из которого мы, казалось бы, выбрались. Я сделал все, чтобы быть рядом с ней, чтобы доказать, что теперь я принадлежу только ей.

Но внутри меня все равно растет страх.

Я боюсь, что теперь она принадлежит не мне.

С каждым днем ощущение тревоги становится сильнее. Оно больше не кажется смутным предчувствием, неуловимой догадкой, которой можно пренебречь — теперь это почти уверенность.

Я начинаю наблюдать.

Не потому, что хочу ее поймать, не потому, что ищу повод для конфликта, а потому что мне нужно понять, что именно происходит.

Я не хочу быть дураком и прозреть только тогда, когда уже будет поздно.

Я смотрю, как она проверяет телефон. Она делает это не часто, не демонстративно, но каждый раз, когда экран загорается, ее губы дрожат в едва заметной улыбке. Я не знаю, кто пишет ей, но я уверен, что это не подруги, не коллеги и тем более не я.

Я замечаю, как она отворачивается от меня, когда мы сидим рядом на диване. Как она иногда слишком быстро выходит из комнаты, когда у нее звонит телефон. Как она отвечает мне короткими фразами, когда я спрашиваю, как прошел ее день, но потом я слышу, как она живо разговаривает с кем-то по телефону в ванной.

Я хочу сказать себе, что мне это кажется.

Я хочу поверить, что это просто ревность, что я накручиваю себя, потому что боюсь потерять ее.

Но я не могу отмахнуться от правды.

Я вижу ее.

Я чувствую ее.

Алиса уже не только моя.