В голове Трещёткина роились разные версии, одна хлеще другой. Он вышел из кабинета и спустился на первый этаж. Автоматы с кофе оказались в нерабочем состоянии. Александр похлопал себя по карманам и, вспомнив, что портмоне осталось в кармане куртки, вернулся в кабинет, забрал одежду и запер дверь. Ему нужно было пройтись, проветрить голову и взбодриться. Следователь надеялся отвязаться от этого дела в короткие сроки, вместо этого расследование затягивало всё глубже. Ну что казалось бы примечательного в личности Ёлкина? Да ничего — чистый лист. Биографию погибшего Александр прошерстил вдоль и поперёк. Если бы он не сунул нос в эту банковскую ячейку. Именно оттуда полезли косы медузы горгоны в виде змей. Нотариус Алейченко хорошо запомнил свою встречу с молодым статным парнем, который настроился на составление завещания. Нотариус тогда подивился, зачем молодому человеку заполнять столь значимый документ. Обычно по таким вопросам в контору обращаются люди в возрасте, граждане поражённые тяжёлыми заболеваниями или военные. То есть те, которые рискуют жизнью или те, чьи дни сочтены. А Ёлкин появился в весёлом состоянии. Он вёл себя жизнерадостно и напевал себе под нос, когда ставил подписи под документами. На вопрос следователя о том, в адекватном ли состоянии находился завещатель, Алейченко ответил, что от него не пахло алкоголем. Парень был абсолютно вменяем, не под наркотическим воздействием и в здравом рассудке.

Следующими, кто подлил масла в огонь оказались программисты из отдела IT безопасности. Они составили расширенный отчёт о том, что им удалось выудить из компьютера Ёлкина. Несмотря на то, что Павел удалил данные, некоторые файлы всё же удалось восстановить.

Трещёткин не понимал смысла действий умершего бизнесмена. Он двигался хаотично. Писал завещание, удалял файлы, тут же покупал дом и вёл себя совершенно жизнерадостно. Он не собирался навсегда покидать Москву. Билеты Ёлкин приобрёл в оба конца. Правда, возвращаться он планировал из Праги. Значит, поездку парень наметил в Чехию изначально. А так как испанскую визу получить гораздо проще, чем в другие европейские страны, сначала прибыл Ёлкин в Испанию. Но не эта географическая мешанина волновала следователя, а тот вопрос: как бизнесмен собирался объяснять компаньонам суть своих поступков? И вот аналитики дали сухие факты, которые плавно вписались в картину происходящего. То, что творилось за несколько месяцев и недель до кончины парня, многое объясняло.

И как только картина начала проясняться в голове Трещёткина и выстроилась более или менее стройная версия, всплыл детектив из Праги. Он поделился подробностями своего расследования. По версии Кулганека, в Чехии начал свою охоту маньяк. В двух разных районах страны нашлось ещё два трупа. Помимо русского, обнаружились тела, которые также оказались обезображенными. И экспертиза подтвердила, что все три убийства совершил один и тот же человек. Александр Алексеевич снова решил не выносить сор из избы по поводу вывоза огромных сумм Ёлкиным из страны. Маньяк, так маньяк. Пусть чехи разбираются. А на всех воров есть отдел экономической безопасности. Имена наследников со дня на день объявит нотариус. Ёлкнина похоронит сердобольный господин Сташевский. Трещёткин же может умывать руки и заниматься другими делами, коих скопилось огромное количество. И всё же следователь не желал вот так просто отстраняться от важных событий. Он выпил кофе в уютной таверне неподалёку от управления. Тянул напиток долго и с задумчивым видом. На него поглядывала официантка. Клерки из местных контор и офисов заняли все свободные столики. Они спешили перекусить за время бизнес-ланча, посплетничать и обсудить новости. А этот занял отдельный столик и ничего кроме чашки эспрессо не заказал. Галдёж в зале Трещёткина не трогал. Когда на ум пришло решение, он поднялся, бросил на стол купюру и направился в управление. Сначала он позвонил Пивоварову.

— Добрый день Юрий Иванович.

— Добрый, — узнал голос следователя Пивоваров. — У вас остались какие-то вопросы? Я кажется всё рассказал.

— О доме, который приобрёл Ёлкин вы знаете, — не спрашивал, а утверждал следователь. — А о завещании вы в курсе?

— Не понял, — насторожился бизнесмен. — Пашка написал завещание? И кому он решил оставить наследство?

— Я не уверен, что вы знаете, кому. Только говорить об этом лучше не по телефону. Так я хотел пригласить вас, Пескова и Сташевского на беседу. Мы можем встретиться? В управлении или на нейтральной территории. Нам есть что обсудить.

Бизнесмен помедлил, потом озвучил свой вариант:

— У меня есть предложение получше. Я приглашаю вас к себе. Соорудим обед, посидим неформально. Адрес я вышлю в сообщении.

— Годится, — согласился Александр Алексеевич. — Вы не беспокойтесь. Остальных я предупрежу. Встретимся завтра часов в шесть. Устроит?

— Вполне, — согласился Пивоваров.

Следующие два звонка следователь сдала тотчас. Сташевский на приглашение встретиться ответил полным равнодушием.

— Хочу вам сообщить, что процедура похорон состоялась без эксцессов. Я решил, что эта история уже закончена. Однако спасибо за то, что позвали. Вы считаете, что я должен присутствовать?

— Нет не должны, — отозвался следователь. — Я подумал, что вам было бы интересно, чем всё закончится.

— Вы нашли убийцу Павла?

— Поиском преступника занимается чешская полиция. И у них в расследовании наметился прогресс.

— Хорошо, — ответил Евгений после паузы. — Вышлите мне адрес.

Ответ от Пескова пришлось ждать дольше. Трещёткин хотел уже отключиться, как услышал, как в трубке сначала что-то зашелестело, а потом прорезался голос Игоря Петровича:

— Слушаю, говорите.

Александр Алексеевич понял, что бизнесмен пьян. Он вспомнил элегантного, одетого с иголочки мужчину и мысленно с укоризной покачал головой. Песков не держал удар. Провал в бизнесе заливает алкоголем вместо того, чтобы решать вопросы, лавировать и выходить из сложного положения. Трещёткин пояснил суть звонка и помедлил. Он не был уверен, что Песков что-то понял, а так же вспомнит ли он после попойки о завтрашней встрече.

— Игорь Петрович, если хотите, я смогу заехать завтра за вами.

Следователь услышал в трубке сопение. Он дал возможность бизнесмену переварить информацию.

— Нет не надо, — голос Пескова прозвучал более уверенно. — Я доберусь сам.

— Ну вот и славно, — вслух сказал следователь, отключился, потёр руки и обратился к самому себе. — Завтра выступлю в роли Эркюля Пуаро. Жаль, что аудитория небольшая. Аплодисментами и букетами никто забрасывать не станет.

Варвара вернулась в дом Пивоваровых с огромной радостью. Много вопросов, которые лежали на её плечах, растворились и превратились в крылья. Остальную мелочь она уже с лёгкостью решит. Устроит сына в детский сад, найдёт приличное жильё и переберётся из этой вонючей халупы. Переезжала впопыхах, толком некогда было разглядывать. Пришлось соглашаться на первый попавшийся вариант, который устраивал по деньгам. Несмотря на то, что она несколько дней вычищала квартиру от мусора и всякой дряни, через день снова полезли тараканы и в районе ванной комнаты не давал спать крысиный скрежет. Оказалось, что вокруг проживали жуткие маргиналы. День и ночь соседи кутили, громко выясняли отношения, крутили музыку и дрались. Возле их дверей Варя замечала появление подозрительных и даже опасных личностей. Похоже члены соседского семейства ещё употребляли наркотики. В общем полный букет. Вечерами Варвара боялась выходить и не высовывала носа из квартиры. Вот что значит схватить первый попавшийся вариант. Но ничего — главное сейчас есть работа. Остальное она решит.

Сегодня она и Светлана драили дом в усиленном режиме. И кухарка бурлила, как в аду. На кухне кипели кастрюли и из духовки периодически вырывался густой пар. Две горничные сновали по этажам, пытаясь всё успеть к положенному сроку. Пивоваров ждал гостей. В последнее время одна горничная действительно не справлялась, отчего по углам и в комнатах накопилось много пыли, которую так же добавлял Валет. Чтобы вычистить одну комнату, они запирали собаку в другой, но та через несколько минут начинала лаять, скулить, а потом и вовсе переходила на дикий вой. Вероятно в собачьей памяти сохранились воспоминания о приюте, о холоде, голоде и одиночестве. Они выпускали на волю несчастного пса, который сновал за ними как хвост, иногда спускаясь на кухню. Его манили ароматы из столовой, но там Валета не привечали. Он периодически получал по заду какой-нибудь тряпкой. Но обида на кого бы то ни было не входила в жизненные планы пса. Он так долго скитался в одиночестве, его так часто обижали и били, что лёгкую трёпку он воспринимал как ласковое заигрывание. Иногда он прятался за дверью или за углом и думая, что его никто не видит, подглядывал за домочадцами. Своими выходками он доводил до истерического хохота всех, включая угрюмого шофёра. А хозяин так вообще в нём души не чаял.

Светлана и Варя присели на краешек кровати в гостевой комнате, чтобы передохнуть. Девушки особенно не дружили. А Варвара после того, как узнала, что горничная не имела никакого отношения к её увольнению, прониклась к коллеге сердечными чувствами.

— Света, если ты устала, то иди попей чай. А я закончу с уборкой, — предложила Писарева. — Осталось совсем немного. Вот только гостевая комната, коридор и лестница.

— Да что ты! Как это я сяду, а ты мою работу делать будешь? — Света устало заправила волосы под шапочку. — Нет уж. Вместе закончим. Ты права, осталось немного. Всегда перед приходом гостей полно работы. Откуда такая тяга к показной роскоши? Дом забит позолотой, подсвечниками, вазами, креслами, диванчиками, как бочка мочёными огурцами. Одна знакомая убирает в коттедже, где хозяева уважают минимализм. Вот это дело не бей лежачего, — девушка вытянула ноги. — Вот только чуть-чуть отдохнём. Она подняла глаза и посмотрела на настенные часы. — Ого, уже пять часов. Кто твоего сына из детского сада заберёт?

— А он не в садике. Нам пришлось съехать со старой квартиры. Хозяйка решила её продать. А в новом районе пока нет мест. Заведующая обещала к лету Кирилла пристроить.

— А сейчас он с кем?

— С семьёй Василия. Но там тоже не всё гладко. Жена болеет, ребёнок маленький, ещё мой сын. Сиделка за всеми присматривает, на всех готовит и кормит. Надо что-то решать. Сиделка может отказаться от дополнительной нагрузки.

— Васька вину заглаживает. Иначе Пивоваров его бы турнул. Но в том, что ты жильё поменяла, шофёр не виноват. Так что лучше тебе устроить парня в добрые руки как можно скорее.

— Ты думаешь, я этого не понимаю? — Варвара потёрла лоб. — Но пока не вижу никакого выхода.

— А что отец Кирилла думает? — Светлана знала, что Варя давно потеряла родителей, а вот тему отца ребёнка они никогда не касались. — Пусть бы он хоть какую-то часть на себя взял. Или вы вообще не контактируете?

— Что ты! Он даже не знает, что стал отцом. Мы расстались, только потом я узнала, что беременна.

— И ты пыталась ему сообщить?

Писарева пожала плечами.

— Ну, сразу не сказала, а потом посчитала, что и не надо ему знать.

— Вы больше не встречались?

— Виделись иногда, но он ни о чём не спрашивал, а я не решилась рассказать.

— Ничего себе! — округлила глаза Света. — Шесть лет тянешь на себе паренька без родителей и алиментов. Так нельзя. Я бы обязательно сказала, а не согласился бы помогать, то в суд пошла. Легко мужикам такие дела с рук сходят. Делают ребёнка двое, а растить должна одна!

— Не причитай, всё в порядке. Правда, я иногда сожалею, что позволила гордости закрыть свой рот. Я не имела права так поступать. Сыну нужно выдать хоть какую-то информацию об отце. Он спрашивает.

— Ещё не поздно. Позвони, поговори. А вот если откажется, тогда стращай генетической экспертизой.

— На экспертизу надо денег заработать.

— А я бы на уши всех подняла. Его родителей в первую очередь. Пусть знают какое говно вырастили. Своего ребёнка знать не хочет! Мужики сами по себе хуже тряпичной куклы. Куда поведут туда и пошёл. Только силу надо применить.

— Да будет тебе причитать, — засмеялась Варя, поднялась и потянула за руку Светлану. — Пойдём уже заканчивать с грязным делом.

Горничные завершали уборку на втором этаже. Девушки знали, что к хозяину уже прибыли гости. Только их это уже мало волновало. Сейчас там главная повариха. Они ещё до обеда помогли в гостиной на первом этаже накрыть стол скатертью, принести посуду и столовые приборы. Подачей блюд и сменой посуды занималась кухарка. Гостей всего несколько человек и все мужики, так что помощь не нужна.

Мужчины прибыли в дом Пивоварова все в одно время. Чуть запоздал лишь Песков. Выглядел он превосходно — из-под отутюженных брюк выглядывали стильные мокасины от итальянского бренда «Сантони», и воротник с манжетами белоснежной рубашки виднелись из-под тёмно синего пуловера. Только мятое лицо и тухлые глаза показывали то, что Игорь мучается с перепоя. Хозяин дома и философ Сташевский в выборе элегантных стилей не уступали Игорю Ивановичу. Зато Трещёткин ощущал себя джинсовым мешком. Вот не получалось у него так легко и непринуждённо повязывать шёлковый платок на шею, так же носить короткие брюки и туфли на босу ногу.

Эти наблюдения лишь вскользь отметил про себя следователь. Он не стремился выглядеть пижоном и стилягой. Возраст уже не тот и работа уж слишком кондовая, а местами и вовсе грубая.

— Ну, что, — произнёс Пивоваров, встречая гостей возле порога и широко разведя руками. — Для начала промочим горло аперитивчиком. Прошу, проходите. — хозяин вытянул ладонь, указывая в сторону барной стойки. — Господин Трещёткин, надеюсь, что вы поддержите компанию.

— Почему бы нет, — отозвался Александр. — Рабочий день закончен. Можно и аперитив для аппетита, — Трещёткин незаметно огляделся. Его несколько смущало вычурное богатство дома. Неожиданно в гостиную ворвался пёс хаски. Он радостно вилял хвостом, подпрыгивал, пытаясь лизнуть хозяина в нос. Пёс выглядел совсем чужеродным плебеем в обстановке роскоши, позолоты и антикварных картин. Уж слишком он был прост и наивен. Однако хаски обстановка совсем не смущала. Ему было безразлично богатый это дом или будка в садовом участке. Главное, чтобы его кожаный человек находился рядом.

«Пивоваров, поди, думает, что это логово цыганского барона, есть верх стиля, — Сташевский осматривался бесцеремонно. — Зато собака с разными по цвету глазами чудесная.»

И только Песков, прислушиваясь к собственному организму, первым подошёл к барной стойке, снял с держателя бокал и обратился к следователю:

— Я так понимаю, господин Трещёткин, это вам мы обязаны сегодняшней встречей?

— Именно, — кивнул Александр. — Спасибо, что согласились встретиться и пришли.

— Давайте сначала по бокльчику, а потом перейдём к разговорам, — Пивоваров разлил «Кампари» по бокалам.

Мужчины переместились в сторону кресел, которые расположились полукругом, и замолкли на несколько секунд. Трещёткин первым прервал молчание.

— Прежде я хотел бы вам сообщить, что ваш компаньон вывез из страны не все деньги. Часть я обнаружил в банковской ячейке.

— И сколько можно спрятать в ящике десять на двенадцать сантиметров? — скептически вставил Песков. Он осушил половину бокала, лицо его разгладилось и выглядело умиротворённым.

— Ёлкин арендовал большой бокс на тридцать сантиметров. Хранил он суммы в валюте, — следователь сделал глоток и попытался скрыть гримасу. Горький ликёр он недолюбливал. — Наверное, посчитал это более надёжным.

— Я смогу забрать деньги? — прытко подобрался Игорь Петрович.

— Конечно. Когда докажете, что финансы принадлежат именно вашей организации или вам лично.

— Да без проблем. Заявление в управление экономической безопасности я уже написал. Через неделю закончится аудит и всё встанет на свои места, — Песков, не дожидаясь приглашения, налил себе из бутылки свежую порцию аперитива, сделал два хороших глотка и блаженно зажмурил на секунду глаза. Потом с довольным видом почесал за ухом Валета, который не отходил от мужчин, и снова обратился к Трещёткину. — Но вы же не только для этого собрали нас? Есть ещё темы, которые мы должны обсудить?

— О да, — воскликнул следователь. — Я хотел спросить вас Игорь Васильевич, над чем Ёлкин работал в последнее время?

— Он разрабатывал проект коттеджного посёлка. Мы получили приличный заказ. Там многое зависело именно от Павла. Все дома должны быть в одном архитектурном стиле, с одинаковым цветовым решением и в то же время ни один дом не должен повторяться. Ёлкин почти закончил работу. Вообще не представляю, как мы продолжим существование? Второго такого Ёлкина мы не найдём. А почему вы спрашиваете?

— У наших специалистов получилось вскрыть компьютер Павла. Наброски коттеджного посёлка он сохранил, а вот кое-что он попытался скрыть. И всё же частично удалось восстановить некоторые файлы. Оказалось, что Ёлкин проектировал что-то очень похожее на театральный объект. Мы связались с некоторыми специалистами из Европы и выяснили, что в Гамбурге запланировано строительство нового оперного театра. Сначала заказ получило датское бюро Bjarke Ingels Group, но потом подрядчик передумал и передал работу Ёлкину. Вероятно, парень предоставил очень интересный и ни на что не похожий проект. Мало того, Ёлкин хотел поучаствовать в финансировании, то есть стать инвестором. Вот из этих соображений он вывез огромную сумму денег. Путь вывоза средств нам не удалось отследить, но это уже не важно. Важно другое — где сейчас деньги? В Праге он должен был встретиться с тем человеком, который свёл бы Ёлкина с финансовыми организаторами или сам стал бы тем, кто представлял бы интересы Павла.

— И что это за личность? — спросил Пивоваров. — И где он её нашёл? Как можно доверять незнакомцу?

— Павел вёл с ним переговоры. Это чех, пражанин, очень порядочный инвестор Ладислав Войта. Нам с ним связаться пока не удалось. Эту часть работы будет делать чешская полиция.

— Погодите, — Сташевского заинтересовала эта история. — Значит Ёлкин должен был встретиться с этим Ладиславом Войтой? И тот его обчистил, а впоследствии убил?

— О том, что Войта убийца говорить слишком рано. Чехи разрабатывают версию с маньяком. Полиция обнаружила ещё два расчленённых трупа в разных районах страны.

— На этом можно ставить точку, — Песков захмелел. — А на деньгах ставить крест.

— А ты знаешь, что Пашка купил виллу? — Пивоваров обратился к захмелевшему бизнесмену. — Влупил в покупку примерно шестьдесят миллионов рублей. И кстати, наших с тобой рублей!

— Мура, — махнул рукой Игорь Петрович. — Усадьба здесь в Москве? — увидев кивок Пивоварова, Игорь Петрович ухмыльнулся. — Значит, реквизируем и продадим в счёт долгов.

— Только Пашка наследство составил и завещал недвижимость кому-то, — Юра посмотрел на Трещёткина. — Может вы нас просветите? Кто этот счастливчик?

— Ну кому он мог завещать? У него только ты и я! — Песков расслабился окончательно. До него стало доходить, что всё не так уж и плохо. И деньги нашлись, пусть не все, и недвижимость, от которой можно избавиться.

— К завещанию я сейчас вернусь. А для начала хочу пояснить то, что Ёлкин вас не обкрадывал, все зарубежные дивиденды он бы делил поровну. Павел Николаевич не хотел посвящать вас в свой план. Он предполагал, что вы будете против вывоза средств. Законченная работа принесла бы приличные дивиденды.

— Хотел как лучше, но получилось, как всегда, — ухмыльнулся Песков.

— Ладно, что там с завещанием? — вклинился Сташевский. Он стоял, покручивая в руках бокал с отрешённым видом. Его не интересовали финансовые потери этих двух клоунов. Один пил, как не в себя, второй возомнил себя Людовиком четырнадцатым. Как с такими пристрастиями можно вести бизнес — непонятно.

— О завещании вам расскажу, — Трещёткин подержал театральную паузу. — Павел всё оставил своему сыну.

— Какому сыну? — округлил глаза Пивоваров.

— Что именно всё? — развёл руками Песков.

— А всё это — бабушкину квартиру и виллу, — пояснил следователь. — Я думаю, что Ёлкин оценил свою работу на фирме именно в ту сумму, которую он потратил на покупку дома. Кому-то из вас знакома Варвара Писарева?

— Нет, — мотнул головой Песков.

— Да, — кивнул Пивоваров. — Она у меня горничной работает. Кстати я её по просьбе Пашки к себе взял, — Юрий осёкся. — Уж не хотите ли вы сказать, что она и есть мать ребёнка, которому всё досталось?

— Именно это я и хочу сказать. Наследство получает Писарева и её сын Кирилл.

Пивоваров выскочил из гостиной и через минуту вернулся, ведя за руку девушку, которая совсем ничего не понимала.

— Садись, — он силой усадил Варвару в своё кресло. — Ну, рассказывай.

— Опять что-то пропало? — лицо девушки покрылось краской, она обвела взглядом всех мужчин. — Но я даже не спускалась со второго этажа. Вы можете меня обыскать.

— У тебя ребёнок от Пашки? — грозно навис над Писаревой хозяин дома.

— Но уж вы ведите себя цивилизованно, — вступился за девушку Сташевский. — Нельзя же так. Что за допрос с пристрастием?

Мужчины замолкли, все смотрели на Варвару. Она пожала плечами и ответила Пивоварову:

— Да отец Кирилла Павел Ёлкин. Но я ему об этом никогда не говорила. Он не знал, что у него есть сын. Мы расстались, когда я была на третьем месяце беременности.

— Нет, милая моя, он как-то узнал, — Юрий отошёл от кресла, где сидела девушка, и с сердитым видом засунул руки в карманы.

— Наша встреча произошла случайно около месяца назад в торговом центре. Мы ходили с Кирюшей в кино. Увидев друг друга, остановились, поздоровались. Он спросил меня, как дела на работе, я ответила, что всё в порядке. Я поблагодарила его за то, что он когда-то помог устроиться на это место. Паша спросил про Кирилла, я ответила, что это мой сын. Вот и всё.

— Наверное, посчитал. Тут не надо иметь математический склад ума, — насупился Песков. Он только что мысленно вернул себе все деньги и тут уплывает из-под носа такой жирный кусок.

— Теперь я понимаю, — задумчиво проговорила Варя. — Я как-то пришла за сыном в детский сад, а мне воспитательница доложила, что Кириллом интересовался какой-то молодой человек. Но я ничего плохого не делала, что вы хотите от меня?

— Да никто и ничего от вас не хочет, — засмеялся Сташевский. — Эти дяди желают виллу заполучить, которую вам с сыном завещал Ёлкин.

— Ну знаете, нужно ещё доказать, что ребёнок именно от Пашки! — вставил Игорь Васильевич. — Может дама имела другие отношения?

— Уж совсем как-то не по-мужски, — вступился за растерянную девушку Трещёткин. — Варя ничего не знала. Я думаю, что Павел мог получить прядь волос мальчика для сравнительного анализа при участии воспитательницы. В ячейке так же обнаружился акт заключения о биологическом отцовстве. У него не возникло даже тени сомнения. Сроки поджимали, у Ёлкина была назначена встреча в Европе. Поэтому он так скоро вложился в дорогую недвижимость и тут же написал завещание. Я думаю, он планировал объясниться со всеми вами после возвращения.

— Я понял, — Сташевский поднялся. — Для кода в сейфе Павел использовал цифры с даты рождения мальчика.

— Вы правы, — кивнул Александр Алексеевич. — Мы вскрыли сейф, только он оказался пустым. Ёлкин все важные документы хранил в банковской ячейке.

— А я хочу откланяться, — Евгений вынул ключи из кармана и вложил в руки Варвары. — Эта связка от вашего нового жилища. Поздравляю. Вы владелица абсолютно новой роскошной усадьбы.

В пылу перепалки присутствующие перестали обращать внимание на девушку. Она смотрела на мужчин ничего не понимая. Наконец Варя вставила свою реплику в образовавшуюся паузу:

— Может кто-нибудь объяснит, о каком завещании идёт речь? Что с Пашей?

Все замолчали, испытывая неловкость. Трещёткин прокашлялся, подошёл ближе к девушке и пояснил:

— Павла Николаевича Ёлкина нашли убитым в Европе. Примите наши соболезнования, — следователь с укоризной посмотрел на мужчин.

Варвара прижала руки к лицу. Гости и хозяин молчали с досадой, потупив глаза. Девушка быстро взяла себя в руки.

— Мы с Пашей любили друг друга. И всё же сошлись из-за одиночества. Я рано потеряла родителей, а он вообще никогда их не знал. Как жил псом неприкаянным, так и помер на чужой земле.

***

После догадки, которая осенила его голову, у Кулганека не находилось даже одной минуты, чтобы проверить свою версию. Его закрутили бумажные дела, к ним добавилась крупная кража в одном пятизвёздочном отеле в центре Праги. У одного богатого путешественника прямо из номера грабители умыкнули крупную сумму в евро, все документы и телефон. Пришлось отвлечься на текущие вопросы. Так случалось всегда. Если затормаживалось одно расследование, следом появлялось другое и третье. Дела, как льдины в ледоход подпирали друг друга, тормозили движение и ломались друг о друга. Криминальная темнота не дремала. Представители этого мира подкидывали дровишек в огонь для того, чтобы держать полицию в тонусе. Мол, не спи, замёрзнешь, околеешь и закостенеешь. А дело с расчленением, которое взбудоражило полицию своей кровожадностью, постепенно скатилось к застою. Хорошо, что об этой страшной трагедии не прознали местные блогеры и журналисты. Иначе о ходе следствия пришлось бы отчитываться перед общественностью. А реальных результатов пока не имелось. Только прибавилось два аналогичных убийства. Криминалист выдал результат буквально на следующий день после того, как у него на руках появились протоколы осмотра двух тел. Начальство давило сверху, потому что это преступление выпирало из остальных рутинных своей чрезвычайной кровожадностью. Каждое утро детектив с опаской просматривал сводку происшествий. Он ждал продолжения. Маньяки не останавливаются на половине пути. Извращённая натура требует новой крови. Однако упырь затаился. Кулганек снова и снова прокручивал в голове детали преступления. Он тщетно пытался уловить невидимую нить. Ему нужны были новые детали и факты. Чех делился информацией с русским следователем. В ответ получал подробности жизни Ёлкина от российских коллег. Кулганек видел Трещёткина один раз. Он связался с ним по видео связи. Языковой барьер оказался настолько непреодолимым, что разговор напоминал беседу глухого с немым. После они пересылали друг другу новую информацию, предварительно пропустив через гугл транслейтер. Чеха забавляла трудно произносимая фамилия русского, так же Трещёткин улыбался при упоминании фамилии Кулганек. Подробности жизни Ёлкина, которые давал русский, никоим образом не продвигали расследование. Сплошная шелуха. Воспитывался бабушкой, хорошо учился в школе, закончил престижный ВУЗ, не женат, детей нет. Павел организовал с приятелем фирму, которая предлагала строения под ключ, начиная с архитектурного проекта и заканчивая готовым зданием. Дела в конторе шли бойко именно потому, что гармонично соединилось творчество Ёлкина с деловой хваткой некоего Пескова. Трещёткин так же сообщил, что за месяц до отъезда Павла в Европу, в дело с о своими инвестициями вступил ещё один товарищ по фамилии Пивоваров. Всё это досконально изучал чешский детектив. Он честно пытался найти хоть какое-то рациональное зерно, но видел только шелуху. И вот наконец от русского появилась информация, которая немного разогнала густую тьму.

— А вот это уже что-то! — заулыбался Болеслав. Он склонился над монитором, вчитываясь в каждое слово. И хоть Кулганеку не понравилась версия с маньяком, но он сдружился с ней. И так прилип, что уже не хотел что-то менять в расследовании. От серийных убийц не знаешь, чего ожидать в следующий момент. Неизвестно, в какое время и в каком месте обнаружится новый труп. Болеслав с ужасом ожидал новую жертву. И когда Трещёткин выслал ему новую порцию подробностей из жизни Ёлкина, детектив к ним отнёсся скептически. Не мог серийник убить мужчину только потому, что он архитектор. Он не выбирал жертвы по национальному признаку. Все три человека не имели ничего общего между собой. Их объединяла только половая принадлежность. Что-то раздражало, бесило и выводило из себя маньяка, когда он останавливался именно на этих людях. И всё же детектив не мог оставить без внимания досье, присланное из России. Самая большая проблема стояла перед Кулганеком в том, чтобы найти деньги. Русский привёз в Европу огромную сумму в евровом эквиваленте. Московский следователь употреблял словосочетание «огромная сумма», но насколько большими были деньги, он не уточнял. Так же следователю Трещёткину было неизвестно, какими путями, через какие банки или оффшоры деньги перешли границу. Москвич обещал выяснить пути, но на всё нужно было время. Потом русский заметил, что поиском пропавших финансов занимаются другие структуры. А когда у дела несколько хозяев, то дело провалится. Это точно! Единственное, что мог ответить Болеслав касательно финансов это то, что в гостиничном номере стоял только чемодан с личными вещами покойного. Ни о каких деньгах не шло и речи. Из сведений Трещёткина выяснилось, что Ёлкин должен был с кем-то встретиться в Праге. Тайным приятелем оказался Ладислав Войта. Может этот Войта и есть кровожадный убийца? Кулганек набрал номер стационарного телефона и прислушался к гудкам. Ответили быстро. Детектив на секунду задумался, отчего не сразу сообразил, что на том конце кто-то ждёт его отклика. Он спохватился.

— Франтишек добрый день. Это детектив Кулганек, зайди ко мне.

Молодой светловолосый парень появился через несколько секунд, словно обитал неподалёку от кабинета детектива. Болеслав ладонью спрятал улыбку, вспомнив, что сам был таким же исполнительным и готовым на всё. В молодости он не знал усталости и энергия плескалась через край. Бывало недерётся с друзьями в каком-нибудь баре, натанцуется с девчонками, зато утром на службе появлялся словно свежий огурец. Это сейчас Кулганек несколько раз подумает, прежде чем закинуть рюмку за воротник. Возраст уже не тот, обмен веществ замедлился, хмель дольше прежнего бродит по организму, да и позвонить могут в любое время. Погоны и звание обязывают находиться в форме все двадцать четыре часа.

— Я вас слушаю, — парень топтался возле порога.

— Садись и фиксируй. Русские прислали новые данные. Ёлкин вёл активную переписку с неким Ладиславом Войтой. Он пражанин, занимается строительством, реставрацией и инвестициями. Вроде основал какой-то фонд. Этот бизнесмен должен был встретиться с убитым парнем. По словам следователя из России, Павел привёз в Прагу крупную сумму денег. Так вот узнай всё, что можно об этом человеке. И попытайся выяснить его финансовое положение.

— Узнать про финансы в каком ключе? — Франтишек не стал садиться, а записывал в блокнот стоя.

— Например, у бизнесмена возникли проблемы, денежная стабильность пошатнулась, а тут вдруг на счетах образовались огромные деньги. Надо просветить всё его окружение.

— Понял, — парень вытянулся в струну. — Я должен знать что-то ещё?

— Этот Войта может быть нашим маньяком.

— Вы предполагаете, — осторожно продолжил мысль следователь, — что готовясь обокрасть русского, он убил и расчленил двух человек, чтобы потом направить расследование по ложному следу? И все преступления мы списали на маньяка?

— Ты знаешь, — вздохнул Кулганек, — я не очень в это верю, но нужно проверить все версии.

— Разрешите идти?

— Иди, — детектив проводил парня взглядом и закатил глаза. — Только время зря теряем на чушь. Этого Ёлкина могли обобрать ещё в Испании. Чехия не первая страна, куда он прибыл. И зачем он появился здесь? Деньги вкладывать парень решил в Германии, — Болеслав сам не заметил, как начал диалог сам с собой. — А кто бы русскому дал возможность размещать средства в Европе? Именно! Никто. Для этих целей ему нужен был посредник. Тот человек, через которого бизнесмен смог бы внедрить финансы, а потом получить прибыли.

Детектив на время оставил размышления о маньяке. Он направился в тот отель, где произошла крупная кража. В его голове вдруг мелькнула мысль о том, что этому денежному воротиле повезло. Он живой, хоть и потерял деньги. Отель находился недалеко от управления и Кулганек не стал брать машину, а направился пешком. Город радовал. Коммунальные службы уже вовсю украшали клумбы, подвесные горшки и ящики цветами. Детектив зашёл в кафе и заказал капучино со штруделем. В голове снова мелькнула какая-то ценная мысль. Но зазвонил телефон и он снова упустил что-то важное, что пытался уловить уже который день.

Опрос персонала отеля занял много времени. Мужик, у которого вор или воры умыкнули крупную сумму, сидел в своём номере в глубокой печали. Рядом порхала молодая длинноногая девица с видом раздражённой мегеры. Оказалось, что мужик в возрасте женился на королеве красоты заштатного городишка. А в свадебное путешествие пара отправилась в столицу, где их благополучно обобрали. Деньги свежеиспечённый муж оставил в номере. Не мудрствуя лукаво, дядька спрятал пачку под матрас. Когда после ужина пара вернулась в комнату, то сбережений не обнаружила. Болеслав забрал видео с камер наблюдения, опросил сотрудников и вышел из отеля. В кабинет Болеслав вернулся ближе к вечеру усталый. Через минуту он услышал лёгкий стук, потом в проёме двери показалась коротко стриженая голова молодого следователя.

— Разрешите доложить?

— Давай, — Кулганек махнул коллеге рукой. — Кофе выпьешь?

— Нет. Благодарю, — Франтишек сел на стул.

— И я не хочу. Во рту горечь и словно отряд кошек побывал. В отеле выпил наверное чашек десять «Эсперссо». Там действительно вкусный готовят, но столько пить нельзя. Возраст уже не тот, — детектив расположился напротив. — Появилось что-то интересное?

— Смотря с какой стороны посмотреть, — уклончиво ответил следователь. — Ладислав Войта не самостоятельная фигура. Он продолжил бизнес отца. Свой первый капитал мужик получил благодаря ему. После Бархатной революции и последующего появления двух обособленных государств Чешской и Словацкой республик, старший Войта занялся бизнесом. К ключевому посту во власти он поднялся на протестной волне. Его назначили ответственным за жилищное строительство в Праге. Позднее появился инвестиционный фонд, который и унаследовал Ладислав. Когда отец полностью отошёл от дел, Войта принимал решения самостоятельно. Его проекты затрагивали не только Чехию. Ладислав получил репутацию порядочного и надёжного бизнесмена, поэтому он легко находил партнёров. Когда в прошлом году власти Гамбурга решили возвести оперный театр и уже нашли подрядчиков в виде датской компании, встрял Войта. К тому времени он уже был знаком с Ёлкиным и предложил ему создать уникальный проект. Ёлкин оказался азартным человеком и за дело взялся со всем энтузиазмом. Когда он закончил архитектурный план, то решил поучаствовать ещё и деньгами при содействии своего зарубежного партнёра Войты. Со временем бизнесмены получили бы весьма приличные прибыли. Я точно не смог выяснить, но похоже, что эти два товарища никогда не видели друг друга. Все их переговоры проходили в онлайн режиме. Ёлкин вполне мог доверять пражанину. О Войте много информации в интернете. Поэтому русский легко рискнул деньгами не только своими, а ещё финансами своих партнёров.

— Ты мне скажи, — устало перебил молодого товарища Кулганек. — Деньги нашлись?

— Простите, но я хотел бы плавно перейти к этому вопросу, — мягко, но уверено осадил любопытство детектива Франтишек. — В окружении Войты тоже всё чисто. Во всяком случае, на первый взгляд. Может, мужик похаживал к любовнице, а может, и не к одной, только об этой стороне жизни бизнесмена узнать ничего не удалось. У него жена, двое взрослых детей, которые не стали продолжать дело отца. Дочь и сын проживают в Великобритании. В общем всё у Войты чисто и ясно. Конечно, как и каждый делец, он пользовался разными приёмами, но такое поведение в большом бизнесе нормально. И за таким красивым безупречным фасадом мог скрываться маньяк, расчленитель и убийца. Как правило, серийными убийцами становятся те, на кого никогда нельзя подумать. Всё могло бы указывать на солидного бизнесмена, как на маньяка, если не одно но. Войта скончался в пражской больнице от сердечной недостаточности чуть больше месяца тому назад.

Повисла пауза.

— Он умер так и не встретившись с русским бизнесменом?

— Ага, — кивнул Франтишек. — К убийству в пригороде Брно и в Усть-над-Лабем он тоже не имеет отношения по причине своей кончины.

— Эта песня хороша, начинай сначала, — промямлил детектив. — Маньяк продолжит своё кровавое дело. Надо ждать следующее преступление, — Ну-ка, подожди, а в какой больнице скончался Войта? Всё-таки крутой бизнесмен мог позволить себе берлинскую клинику, например, с отдельной комнатой и высококлассными врачами.

— Насколько я понял, мужика увезли по скорой. Но я могу уточнить детали.

— Не уверен, что это нам что-то даст, но узнай, только давай уже завтра. На сегодня мы выполнили все обязательства перед налогоплательщиками Чехии.

На следующее утро Кулганек проснулся в бодром расположении духа, и с таким же оптимистическим настроем он появился в управлении. Неожиданно раздался звонок и Болеславу пришлось срочно покинуть кабинет. Появился какой-то важный свидетель в отеле, где печалилась обворованная разновозрастная пара. Детектив вышел на крыльцо, снова радуясь прекрасному утру, аромату цветов и кофе. Неожиданно перед ним возник Франтишек. Он налетел без предисловий, словно ураган:

— Пан детектив нам надо срочно поговорить. Вы очумеете, что я узнал!

— Ах даже так! — улыбнулся Кулганек и посмотрел на Франтишека, лицо которого выражало крайнюю озабоченность. — Это может подождать?

— Нет. Вопрос чрезвычайной важности!

— Хорошо. Пойдём.

Дверь в кабинете ещё не закрылась, как следователь начал рассказ.

— Вы не поверите, что я узнал!

— Да говори конкретно. Меня ждёт свидетель в другом месте.

— Я постараюсь быстро. Как я вчера говорил, Войту привезли в клинику «На Гомольце» с сердечным приступом. Вы помните, произошла массовая авария на нефтеперерабатывающем заводе «Унипетроль? Тогда в больницы города попало много пострадавших. Именно поэтому бизнесмена пришлось уплотнить, и в палату к нему подселили ещё оного болезного. В тот момент Войта и вёл интенсивные переговоры с русским. Только врачи строго настрого запретили ему подниматься. Больной должен был соблюдать строжайшую диету и постельный режим.

— Понял, — Кулганек приосанился. — Все разговоры и о финансах в том числе слышал сосед!

— Точно!

— Погоди, подержи интригу и скажи, Войта умер своей смертью или его убили?

— А вот тут интересно! Всё указывало на сердечную недостаточность, только бизнесмен уже пошёл на поправку, как вдруг умер в одночасье. Только врачи не стали копаться дотошно. Отдали тело родственникам для захоронения. И в палате с ним лежал не кто иной, как Отто Шуберт!

— Вот это номер! Ну это уже не просто совпадение!

С этой секунды расследование закрутилось в усиленном режиме. В отель отправился всё тот же Франтишек, хотя он упирался. Ведь самую важную информацию добыл именно он. Но приказы, как известно, не обсуждаются. Следователь побрёл навстречу с важным свидетелем с понурой головой и с тоской в глазах. Зато Кулганек, как охотник, предвкушая отличную ловлю, потёр руки, устроился удобнее в кресле и придвинул телефон. Через несколько минут его кабинет заполнился людьми. После того, как каждый получил своё задание, детектив остался один. Именно в этот момент Болеслав понял, какую важную мелочь упускал всё это время. В первый раз, когда он допрашивал Шуберта, тот сказал, что в развёлся с женой и занимается продажей цветов. А в Прагу приезжает за молодыми побегами, потому что в Чехии цветоводы занимаются выращиванием рассады раньше, чем в Ренсбурге. Ведь он сам покупал петуньи в Усть-над-Лабем. И Франтишек заметил, что в дачном посёлке под Брно много тепличных хозяйств.

«Как можно было упустить такие важные факты!» — сокрушался Болеслав.

К вечеру картина прояснилась окончательно. Болеслав потёр руки. Сначала он в красках обрисовал картину преступления для Трещёткина. Кулганек справедливо полагал, что русские должны узнать о поимке преступника одними из первых. Следом он отправился к начальству на доклад. Некоторые международные вопросы не входили в его компетенцию. Депортацию преступника из другой страны туда, где он совершил злодеяния, должны санкционировать чины вышестоящего звена. Детектив уже не сомневался, что Отто Шуберта арестуют. Из Миграционной службы пришли сведения о том, что немец не покидал пределы Европейского союза.

Кулганек собирался в Египет. Чемоданы уже стояли у порога, а жена давала последние наставления сыновьям. Они с минуты на минуту ждали появления такси. Болеслав быстро ответил на звонок, но через секунду понял, что это не водитель такси. Звонил Франтишек.

— Пан детектив извините за беспокойство, только без вашего ведома я этот вопрос не решу.

— Ну, давай, не тяни резину, — поторопил Кулганек и глянул на настенные часы.

— Что нам делать с этим пареньком из Нигерии? Он ещё находится в следственном изоляторе.

— Ах, ты! Я про него совсем забыл, — детектив закусил губы, вспоминая имя парня. — Я так понял, что Кехинде Абимбола не является специалистом или учёным?

— Да какое там! Похоже он и не работал никогда.

— А что в его стране происходит?

— Нигерия входит в пятёрку самых крупных экономик Африки. Восемьдесят процентов населения имеют работу. А вот в Германии, куда пытается проникнуть нигериец, занятое население составляет семьдесят процентов, остальные тридцать безработные.

— Вопросы ещё есть?

— Никак нет! — отрапортовал Франтишек. — Зачем правительству Германии пополнять армию безработных? Зачем немецкому народу ещё один беженец, который не имеет профессии, а хочет получать пособия, медицинское обслуживание и вставлять зубы.

— Вот именно. Оформляй депортацию на родину. Каждый житель планеты должен работать на благополучие своей страны.

***

Трещёткин назначил свидание своей женщине. Он решил провести время в парке, потом закончить вечер в каком-нибудь ресторанчике. Сегодня следователь освободился раньше обычного. Александр вышел на крыльцо, покручивая на пальце ключ от автомобиля. Он мысленно прикидывал, где может купить букет цветов. Неожиданно его кто-то окликнул. Внизу стоял Пивоваров с неизменным Валетом, которого держал за поводок. Пёс послушно уселся возле ног хозяина. Александр расплылся в улыбке и не из-за бизнесмена, а из-за его сопровождающего.

— Приветствую Юрий и тебе здравствуй Валет. Похоже парень получил порцию нравоучений. Пёс стал серьёзнее и не выглядит ошалевшим от своего благополучия.

— Это точно, — поддержал следователя Пивоваров. — Кинолог сделал свою работу отлично. И всё же иногда в нём просыпаются плебейские повадки. Я хотел бы узнать о расследовании убийства Ёлкина. Он был моим другом несмотря ни на что.

— Полиция Чехии нашла убийцу, — Трещёткин спустился с крыльца.

— Поделитесь?

Следователь кивнул:

— У меня есть немного времени. Помните я рассказывал вам о бизнесмене, с каким Ёлкин вёл переговоры о проекте гамбургского оперного театра и о вложении денег в строительство? Его имя Ладислав Войта.

— Наших денег, — поправил Пивоваров. — Неужели Пашка вот так поверил чужому человеку и легко решил доверить ему управление нашими средствами?

— У него имелись все основания доверять бизнесмену. Этот Войта пробил именно проект Ёлкина, убрав датских конкурентов. У Павла в банковской ячейке нашлись все доверенности заверенные сертификаты от немецких заказчиков. Так вот этот инвестор попал в больницу. Он вёл переговоры с Павлом по телефону из-за того, что врачи запретили ему вставать, — следователь проигнорировал замечание бизнесмена о деньгах. Какая разница чьи деньги, когда на кону жизнь человека. — В палате находился ещё один товарищ, который слышал разговоры. Неожиданно Войта уходит из жизни от сердечной недостаточности. Умирает своей смертью или ему кто-то помог, выясняют чехи. Пока врачи колготятся с умирающим мужчиной, свидетель под шумок ворует его телефон. Он подхватывает договорённости и продолжает вести дела с Павлом Николаевичем. В его голове рождается план замаскировать одно нужное преступление и выдать его за серийные убийства. Преступником оказался немец Отто Шуберт. Простой, ничем не примечательный гражданин, который в своём городе Ренсбурге держит лавку по продаже цветов. А за новыми поставками приезжал в Чехию. Первую жертву он нашёл на остановке в районе Брно. Шуберт отправился за рассадой в тепличное хозяйство. Случайный мужик собрался на дачу к другу, только он не знал того, что автобус сломался и в рейс отправится позднее. Вот тут подвернулась машина, которая с удовольствием забрала попутчика. Тело без рук обнаружил свидетель на остановке. Следующим покойником оказался подённый рабочий. Наркоман и алкоголик помог немцу грузить ящики с цветами. Его тоже настигла такая же участь. Шуберт отработал схему, и уже расправиться с Павлом ему оказалось просто. Всем жертвам убийца предлагал выпить или алкоголь, или воду с препаратами.

— А где он расчленял тела? У него где-то было пристанище?

— Убивал и расчленял Шубрет в своей машине. Он проделывал манипуляции в домике на колёсах итальянской марки «Фиат». Кстати сказать, такие машины оснащены душевыми кабинами, столовыми и спальными местами. Как раз тот кемпинг, где свидетель обнаружил последнюю жертву, а именно тело Ёлкина Павла. А свидетель — бездомный беженец из Африки искал, где переночевать. Нашёл на свою голову тело без рук и отрезанную голову, — Трещёткин крякнул. — Каламбур получился не очень удачный.

— Почему подозрение сразу не пало на Шуберта? — Пивоваров не разделил шутку со следователем.

— О, он сварганил себе прекрасное алиби. Он лежал в пражской клинике. И все врачи подтвердили, что пациент почти при смерти. А немец при помощи санитара покидал больницу, именно в тот день, когда у него была назначена встреча с Павлом.

— А деньги? Где деньги? Их как-то надо вернуть!

— Следствие по делу Шуберта уже движется к завершению. Деньги нашлись у немца. Он так и хранил их наличными. В Германии невозможно положить на счёт крупную сумму. Надо обязательно объяснить происхождение средств. А вот как вы их вывезете в Россию, я не в курсе. Этот вопрос решайте с департаментом экономических расследований.

Мужчины помолчали. Трещёткин уже направился к своему автомобилю, но остановился.

— Я хотел бы задать встречный вопрос. Как вы поступили с виллой, которую перед смертью купил Павел, а потом завещал своему ребёнку?

— Недвижимость мы забрали, — ответил Пивоваров и поспешил пояснить. — У девушки нет средств содержать виллу. Поэтому это самое удобное решение вопроса. Усадьбу я продам. А девушка переберётся из съёмного жилья в квартиру бабушки. Я открыл счёт для Кирилла. Варя каждый месяц сможет получать приличную пенсию на содержание сына.

***

Сегодня Евгений решил для себя, что пора заканчивать отношения с Розочкой. Ему надо прекратить морочить девушке голову. Она должна идти дальше, жить новыми идеями, встречаться с интересными людьми, отдыхать в других странах и есть экзотическую пищу. А он слишком окостенел, он не гибкий и не может соответствовать интенсивному ритму жизни. Роза тянет его за собой, а он не то что не успевает, он не хочет ничего успевать. Ему нравится мир, который тихий и созерцательный. О да! Сташевскому нужна рука, нужен взгляд и конечно любовь. Только Розочка скоро устанет от него, выдохнется и не захочет больше толкать его в спину, как маленький бульдозер.

Весь день они провели, скитаясь по городу. Пара смотрела кино, ужинала в кафе и вдыхала аромат распустившейся сирени. Настало время неловких проводов и откровений, которые мужчина оставил на момент прощания. Они зашли в подъезд рядом с квартирой, где жила Розочка. Сташевский остановился на две ступеньки ниже.

— Дальше я не пойду, — в эту минуту в душе Евгения что-то сломалось, но он взял себя в руки и решил проявить силу и честность. Его душа наполнилась каким-то газом, который щипал глаза и подкатывал комком к горлу.

Теперь их глаза оказались на одном уровне и они смогли читать друг друга. Неожиданно время замерло.

— Пойдём Женя. Теперь мы будем жить в убежище друг друга. Соглашайся, — прошептала Розочка и погладила мужчину по щеке. Она поняла нерешительность Жени по-своему. Сябитова смотрел на мужчину, как на ускользающую надежду. — Нам надо прилепиться друг к другу, чтобы не остаться в одиночестве. Я не хочу другого. Мне нужна любовь. Твоя любовь, чтобы ты понимал, — она неожиданно и порывисто обняла шею мужчины и провела ладонями по о волосам. — Только я не хочу вытягивать тебя из вечных страданий и душевных метаний. Мне нужна простая жизнь с рождением детей, с цветами на восьмое марта, с застольями, где много родственников и друзей.

Сташевский опустил глаза, перехватил ладонь девушки и порывисто прижал к своим губам. Он погладил Розу по голове словно маленькую девочку. Женя посмотрел на неё долго и с нежностью.

— Я не уверен, что смогу тебе это дать. Мне кажется, я слишком стар. Я износился, истрепался и уже не смогу соответствовать твоей энергии. Когда-нибудь ты устанешь и уйдёшь от меня. Мы будем оба мучиться, потом разрыв принесёт нам страдания.

— И что делать? — глаза Розы налились слезами, но она не мигая смотрела Евгения. — Я не в состоянии вот так взять и отказаться от тебя. Я слишком долго ждала эту любовь. Я её взрастила в своей душе.

— Лучше расстаться сейчас.

Сташевский спустился на две ступеньки, ещё не выпуская рук девушки из своих. Потом резко повернулся и быстро побежал вниз. Розочка постояла несколько секунд, потом опустилась на корточки и заплакала.

Через два дня она появилась на кафедре, зная, что не наткнётся на Сташевского. Она с тяжёлым сердцем написала заявление на расчёт. Так как преподавательница находилась в отпуске, заведующий не стал настаивать на обязательной двухнедельной отработке. На вопросы коллег, где её новое место службы, Роза ответила, что возвращается в Казань. День прошёл в суете. Сябитова отогнала свою машину в охраняемый гараж. Оплатила все коммунальные услуги. Разгрузила холодильник и шкафы от продуктов. Пакеты со снедью она вынесла к мусорным бакам к радости местных бомжей. За день девушка устала. Роза включила телевизор, но ничего не видела. За окном стало темно, но девушка не зажигала свет. Неожиданно зазвонил телефон. Она увидела номер Сташевского. Розочка запрокинула голову, еле сдерживая слёзы. Снова заполнять душу тёмной мукой она уже не захотела. Уходя — уходи. Через минуту аппарат затих. Долгие проводы лишние слёзы. Чемодан стоял в прихожей. Утром возле подъезда её ждало такси. К аэропорту Шереметьево машина привезла пассажирку за два часа до рейса. Шофёр выгрузил багаж, козырнул, пожелал удачного полёта и взвизгнув покрышками упылил. Розочка катила чемодан, погружённая в собственные тоскливые мысли. Она подняла голову и неожиданно, словно лёгкий ветерок издалека в её душу проник лейтмотив «Арго» в исполнении ВИА «Иверия»:

«Парус над тобой, поднятый судьбой,

Это флаг разлук и странствий — знамя вечное!»

Возле входа стоял Сташевский. Он не двигался с места и улыбался, наблюдая, как маленькая девушка тащит громоздкий чемодан. Сябитова остановилась на секунду. Она не верила своим глазам. Женя раскинул руки, словно призывая Розочку птицей впорхнуть в его объятья. Девушка бросила чемодан и со всех ног кинулась навстречу своему мужчине.

Февраль 2026