Выданная увеличенная зарплата между тем вызвала в «Биреме» сильный всплеск эмоций, умелыми действиями Люсьен и буфетчицы Аллы он был превращен в целый корпоративный банкет. Сбрасываться по тысяче посчитали банальным, поэтому сделали иначе: дамы получили задание принести супер-пупер съестное блюдо собственного приготовления, мужчинам поручили огненную воду и другие напитки. Еве объяснили, что они с Алексом за три месяца вполне прошли проверку на руководящую вшивость, и персонал хочет таким образом это дело отметить.
— Я тоже испеку свой фирменный пирог с капустой, — вызвалась Девушка Бонда.
— Ну что ж, испеки, — разрешили ей.
— А Алексу что?
— Алкоголь, который он предпочитает. Но не больше одной бутылки.
Мероприятие назначили на воскресенье, выходной день в Лэнгвидж Скул, с тем чтобы отсечь учеников, что повадились торчать после занятий в «Биреме». «Бакалавров» тоже приглашали не на халяву, а с напитками, которые они любят, о чем им было в специальных пригласительных написано на английском языке. Двух русских учительниц школы озадачили кулинарными взносами. Все блюда заранее оговорены, чтобы без нелепого дублирования — это пусть мужики с выпивкой выкаблучиваются, а у женщин все должно быть в лучшем виде. В качестве гостей позвали Хазина с гитарой, четверых гопстопников, тройку молдаван, Глеба-Игоря и Лару с ее скрипкой. Сам банкет организовывали на втором этаже в бильярдной, просто накрыв бильярдный стол фанерными щитами и добавив в нему пару столиков из буфета.
Ажиотаж и антураж вышли первостатейными, особенно из-за желания ничего из отельного буфета на застолье не задействовать. У мужчин до пиджаков и галстуков дело дошло лишь у половины (что взять с тугодумных мачо!), зато все женщины, кроме Грэйс и Оливии явились в лучших нарядах, при макияже и новых прическах. Великолепны были и принесенные из дома кулинарные изыски на домашнем фаянсе, радуя мелкобритов такой экзотикой, как селедка под шубой, холодцом и мантами, питьевые бутылки еще больше поражали разнообразием: от «Гиннесса» до кофейного ликера, от дорогого виски до «Кьянти», от «Зубровки» до «Вдовы Клико» (выпендреж Алекса). И все это специально из бумажных стаканчиков и с пластмассовыми вилочками!
— А где водка? — послышался недоуменный голос Оливии во время третьего тоста. Внимательно глянув на столешницу, все присутствующие ответили дружным смехом — искоренить перед «бакалаврами» главный русский стереотип было сущее удовольствие!
Не обошлось и без сюрпризов, в разгар застолья Софочка ввела в бильярдную Попова, бывшего владельца «Биремы», и тоже с банкетным взносом: двумя безумно вкусными копчеными рыбинами прямиком из Мурманска.
— Снимаю перед тобой шляпу за то, что ты сделал с «Биремой», — признался Попов Алексу чуть позже, когда уже все разговоры рассыпались на междусобойчики. — Не против, если я здесь тоже буду останавливаться время от времени?
Да как говорится, за ради бога!
Удивительно — но два часа спустя пьяных по-прежнему не было, за исключением разве что Томаса с Юджином, все туземцы оставались полностью в адеквате. Что тому было причиной — не очень понятно: хорошая закуска, умеренность в напитках отельера, а глядя на него, и другой публики, или бросающаяся в глаза разница в возрасте между двадцатилетними парнями и дамами на пять-десять лет старше. Последний момент даже пару раз проскальзывал в тостах, мол: «Была бы я чуть помоложе, обязательно охмурила нашего босса», «И не только ты одна». Тосты чередовались со скрипкой Лары и гитарой Жорки, на которой нашлись еще желающие попеть и помузицировать. Дошло дело и до танцев. Включили кассетник, дамы выпорхнули со стульев, вытащили кавалеров, но очень быстро это как-то завяло. Тогда Жорка решил добавить тонуса:
— Народ, минуточку. А вы в курсе, что ваш замечательный босс — чемпион Москвы по спортивному рок-н-ролу?
Разумеется, всем срочно захотелось получить этому доказательства.
— Мне нужна партнерша, без нее ничего не получится, — нашел отмазку Алекс.
Ева, хоть тоже проходила это в их альма-матер, танцевать наотрез отказалась.
— А я чемпионка Питера по рок-н-ролу, — заявила вдруг Лара и вышла в круг.
Отступать уже не было возможности — и пустился агент пяти разведок в самую раздухаристую пляску. Это не был изысканный твист Винсента и Мии из «Криминального чтива», а нечто в три раза более резкое и быстрое. Почувствовав в ночной бабочке подходящую и догадливую партнершу, Алекс превратил их танец в настоящий цирковой номер с переворотами и немыслимыми коленцами. Народ только успевал отбивать ладонями залихватский ритм. В общем, получился чистый бенефис, который подвел итог танцевальной программе — после такого другим солировать было уже не комильфо. Что-то изменилось и в самих отельных взаимоотношениях. Из несолидных пацанов Алекс с Хазой чуть ли не одноминутно превратились в фартовых парней, которые умеют и разбогатеть, и подраться, и пачками девушек обаять.
Кто-то уже заспешил домой, кто-то призывал отправиться гулять по городу, благо начались белые ночи, но победило предложение отправиться в подвальную сауну — сколько она может бездействовать. Копылов ничего против не имел: парьтесь на здоровье, мне пора уже тоже домой. Да не тут-то было, Люсьен и Таня подхватили его под руки и потащили в подвал. Ну не будет же он сопротивляться, да и интересно было: как именно мадемуазели намерены париться и нырять в купель? Проблема разрешилась просто: пока сауна разогревалась, появились простыни и полотенца, благоразумные люди отпали, и осталась лишь группа в восемь человек: Люсьен, Таня, Лара и Оливия, а с мужской стороны Алекс, Жорка, Попов и Родя, который, хорошо выпив, снова почувствовал себя главарем гопников, а значит, вполне подходящим по рангу средним начальником.
Завернувшись в простыни и полотенца, они всей восьмеркой разместились сначала в сауне, а потом в два захода и в купели. Если причинные места порой чуть и приоткрывались, то никто особо на этом не фиксировался и все продолжало оставаться вполне благопристойным. В купель ныряли уже нагишом, и Алексу пришлось как следует изворачиваться, чтобы избежать слишком интимных прикосновений с девушками. Улучив момент, первым покинул веселую помывку.
Поднялся в «Палату № 7», просто посидеть-остыть, пощелкать по каналам ТВ и позвонить Вере, у нее сегодня в тот день была защита диплома, и она с сокурсницами как раз отмечала ее в московском кафе.
«Завтра не приеду, приеду послезавтра, — сказала она. — Родителям диплом тоже надо показать».
— На работе написала заявление на увольнение?
«Написала. А ты мне нашел квартиру за пятнадцать тысяч?»
— Завтра обязательно найду. До встречи. Целую.
Тихие шаги в прихожей заставили его обернуться. В номер вошла Люсьен с полотенцем на голове и двумя бокалами шампанского в руках.
— Вот с кем мне хотелось выпить больше всего. — Она протянула ему один из бокалов. Деваться было некуда, он взял бокал, чокнулся и выпил.
— Там народ уже организовал студию спортивного рок-н-рола. Я пришла подать первую заявку. Что мне надо сделать, чтобы стать твоей лучшей ученицей? Я способная. (До сих пор она называла его только на «вы».)
— Вообще-то я как-то не по этому делу.
— Все мы не по этому делу. Никогда не знаешь, по какому надо, пока не попробуешь.
Медленно допив бокал, она поставила его на столик, подошла к Алексу и взяла его за кисть своей горячей рукой. После чего приподняла свою юбочку и приложила его ладонь к своим трусикам, вернее, трусиков там не было. Продержаться он смог лишь секунд пять, не больше. Хотя, уже действуя, продолжал говорить внятные, почти убедительные слова:
— Учтите, ничего хорошего из этого не выйдет. Для меня это ровно ничего не значит. Я буду с вами такой же, как и раньше, учтите это. Место моей официальной любовницы занято и не изменится. Вы же сами потом об этом пожалеете… Там дверь не закрыта?
— Я повесила табличку «Не беспокоить», — говорила она, приступая к энергичным ласкам. — Все будет как надо. Вот увидишь.
Ему пришла в голову мысль сказать ей, что она физически ему совсем не нравится. Но говорить так значило предавать собственное сластолюбие. (А ведь это у нее получилось ярче, чем у Евы тогда на Выборгской дороге, оценил он, надо будет Трехмужней рассказать про столь замечательный передовой опыт.)
Из-за отсутствия инициативы с его стороны их интим продолжался весьма недолго.
— Ну вот и завалила бедного несмышленыша-малолетку, — вынес он вердикт, приводя в порядок одежду, которую не успел даже снять до конца.
— А ты ничего, мальчик-с-пальчик, — она смотрела на него с откровенным озорством. — Значит, будем делать вид, что ничего не случилось? И повторять никогда не будем?
Женские дерзости всегда вызывали у Алекса взаимную симпатию.
— Ну почему же? Назначим санитарный день раз в месяц — и вперед!
— А раз в неделю? Слабо?
— Решим в рабочем порядке. — Он выразительно глянул в сторону двери.
— Я еще и понятливая. — Люсьен легко шагнула к двери, послала ему изысканный воздушный поцелуй и исчезла.
Он прошел к двери и повернул ключ. Чуть подумал и направился в ванную уничтожать на себе чужие запахи. Подумывал, не остаться ли здесь ночевать, но вовремя вспомнил, что где-то по «Биреме» бродит Лара и если постучится к нему, то придется открывать и ей. Или Люсьен найдет предлог снова сюда заглянуть.
Из номера выходил с оглядкой. Увидев в палисаднике припозднившихся банкетчиков, проскользнул по лестнице в подвал, а оттуда через черный вход наружу. Позже Ева подкалывала, какой у него на наружном видео был при этом бегстве блудливый вид.