— Пошевелите пальцами, — сказал хирург.

Алекс пошевелил, после трех недель бездействия ощущение руки было чуть странное: и мое, и не мое.

— Не болит?

— Не-а.

— Ну все. Тогда идите и старайтесь кости больше не ломать.

— А как-то заботиться надо? — Алекс не верил, что его однорукости конец.

— Желательно бокс заменить на шахматы.

— Спасибо. А это?.. — Он не знал, как спросить о гонораре.

Врач его понял и усмехнулся.

— Если миллионер, от «феррари» с серебряным отливом не откажусь.

Копылов был миллионером, но «феррари» дарить не стал, обошелся французским коньяком, который был припасен прямо сейчас в его сумке.

На улице поджидал на машине Хазин, ставший за эти дни его личным шофером.

— Все срослось как надо? Или нужно по новой ломать? А то я готов, — предложил свои костоломные услуги Жорка.

Под его взглядом Алекс достал блокнот с ручкой и попытался нарисовать лик Евы. Средний палец предательски подрагивал, и рисунок получился совсем никудышным. Однако это было лучше, чем совсем ничего.

Теперь можно было и ехать.

— Проверь еще раз, — попросил Жорка.

Алекс достал «Моторолу» и набрал ставшую уже привычной комбинацию. Телефон Лукача обозначился в кафе «Дымок». Андрей Ильич, в просторечии пахан Лукач, удивился просьбе Копылова о встрече, но легко согласился принять их обоих в «Дымке».

Помещение под магазин немецкой бытовой техники (бывший комок) было найдено Жоркой всего в трех кварталах от «Биремы», и после дотошных расспросов продавец подтвердил, что платил лукачцам по две тысячи баксов в месяц. Все остальное в выбранном помещении Хазина устраивало, теперь предстояло решить что-то с бандитским побором.

У «Дымка» загорала целая машинная кавалькада.

— Вам сюда, — указал знакомый по встрече на набережной браток.

В кафе оказался отдельный кабинет для вип-персон. Здесь как раз и откушивали перепелок восемь или десять лукачцев.

— Вот они — гроза всех питерских хулиганов! — приветствовал шпионов Андрей Ильич, восседавший в торце стола. — Ну и какие наши дела скорбные?

Парни приблизились, им тотчас освободили два стула.

— Это Жора Хазин, мой друг, теперь еще и деловой партнер.

— Из одного, что ли, помета? — оценивающе окинул Хазу босс.

— Можно сказать и так, — ушел от прямого подтверждения Копылов. — Собирается прикупить для московской фирмы пустующий магазин, по адресу… — Алекс назвал улицу и дом. — Но как бы сделать так, чтобы без «крыши»?

— Элементарно, Ватсон, — Лукач был само благодушие. — Только мне придется всех оповестить, что вы у нас типа в свободном плаванье. Не хочу вас огорчать, но условия у других пацанов могут оказаться и похуже.

— А еще варианты есть? — Алекс выразительно глянул на слушавших их братков.

— Покурите, пацаны, пока. — Лукач жестом отослал свою подтанцовку. Все вышли, кроме коренастого мужичка с прической ежиком. (Точно консильери, усмехнулся Алекс.) Глянул на Жорку. Тому похожий на череп лик криминального босса явно не нравился, а Копылову при втором близком знакомстве был так и ничего.

— Меня народ не поймет, если кроме гостиницы я еще и магазин с поводка спущу. Но есть вариант с кикбоксингом.

— Ну? — не понимал Алекс.

— Мои пацаны жаждут реванша. Выиграешь — магазин твой.

— С кем именно?

— Тобой обижены трое. Вот с ними и матч-реванш. По очереди, естественно.

— С меня только час назад сняли гипс. Хирург велел месяц шахматами заниматься.

— Ну тогда через месяц и приходи.

— А можно я вместо него? — вставился Жорка.

Лукач задумчиво посмотрел на него:

— Тоже курсант спецназа?

— Почти, — уклончиво сказал Алекс. (Так вот под каким соусом Стас им меня сдал.)

— Нет. Кто обидел, тот и ответить должен.

— А только так? Никак не иначе? Я это к тому, что кикбоксинг это и долго, и нудно. Гораздо веселей с применением подручных средств. Здесь и смекалка, и неожиданность, и ловкость. Любые морские котики от русского рукопашного боя в осадок выпадают.

— Например, каких подручных средств? — заинтересовался босс.

— Швабры, кастрюли, утюги…

— Что скажешь? — глянул на Ёжика Лукач.

— На швабрах он ас, это мы с тобой видели. А если на стульях? — съехидничал тот.

— Да пожалуйста, — согласился Алекс.

— Добро. — Лукач шумно поднялся. Все вместе они направились к двери.

В общем зале Ёжик отдал ряд распоряжений, и братки, узнав про спарринг, с готовностью стали расчищать помещение: столы и стулья сдвинули к стенам, а вместо деревянных принесли два железных офисных стула. Мордатый, Вязаная Шапочка (Гаврила) и Витек тоже были здесь, но не слишком радовались предстоящему поединку.

— Ты, — указал Лукач на Мордатого.

Тот послушно взял стул и вышел на образовавшуюся площадку величиной с ринг. Алексу ничего не оставалось, как скинуть ветровку и подхватить свой стул. Тут главное было не делать лишних движений, показать, что это как бы ему не впервой. И хищно улыбаться! На фоне суетливых перебираний руками Мордатого копыловская четкость бросалась в глаза. Алекс и первым двинулся на противника. Два-три удара Мордатый отбил своим стулом. Ну все, пора кончать! Подцепив стул противника, Алекс сильным движением задрал его вверх, а левой ногой провел классическую подсечку правой пятки Мордатого, еще и дернув стулом тому в противоход. Потеряв равновесие, браток рухнул на пол. В следующее мгновение Копылов распластался на нем, ловко заблокировал его движения и край стула опустил на горло противника, так что еще нажим — и труп.

— Мочить?! — вопросительно глянул на Лукача.

Рэкетирский босс даже не сразу понял, о чем его спрашивают, но сумел все же отрицательно качнуть головой.

Оставив Мордатого, Алекс поднялся с пола.

— Силен бродяга! — послышался чей-то голос.

— Фигня это все со стульями. На ножах пускай. Гаврила классно на ножах умеет, — зашумели другие братки.

Лукач протянул руки — и ему тотчас передали четыре разнокалиберных «режика», как их называли в интернате. Босс выбрал из них две более-менее одинаковых финки и с усмешкой посмотрел на Копылова.

— А запросто, — Алекс указал на одну из них.

— А какие правила? Пусть до первой крови только! — заметно занервничал Жорка.

— По правилам? — испытующе переспросил Лукач.

— Как получится, — Алекс не собирался снижать свою суперменскую фанаберию.

Атмосфера в кафе накалилась еще сильней. Да и как можно было теперь обойтись без серьезного кровопускания. Алекс снял с себя трикотажный жилет и обвязал им кисть левой руки, мол, на ножах я привык драться именно с таким кулачным щитом. Братки во все глаза смотрели за его ухватками. Кто-то протянул Гавриле кухонное полотенце, тот попробовал тоже обвязать левый кулак, но потом раздраженно отбросил тряпку прочь.

— Давай, Гаврила, сделай пацана! Пощекочи ему селезенку! Писюн малолетке отрежь! — подбадривали своего подельника братки.

Алекс придерживался прежней методы: атаковал первым. Двумя выпадами проверил быстроту реакции противника, потом резко вскинул вверх обмотанную жилетом руку и сделал два молниеносных укола ножом в левую руку Вязаной Шапочке: в предплечье и бицепс — и вовремя убрал живот от ответного выпада братка. Вопросительно взглянул на Лукача, тот молчал. Гаврила прижимал к телу раненую руку, но из боевой стойки не выходил. Алекс снова ринулся вперед и маханул острием братку по лицу, но при этом и сам получил болезненный укол в руку выше жилета. Схватка остановилась, из разрезанной щеки Гаврилы хлестала кровь. Дружбаны живо кинулись зажимать и перевязывать ему раны. Алекс отдал кому-то нож, достал из кармана джинсов носовой платок и прижал его к собственной ране.

— Теперь ты! — указал Лукач на Хазина. — Без всяких подручных штук.

— Бокс или драка? — деловито осведомился Жорка.

— Драка.

Против Хазы стал лукачский водила Витек, ростом такой же, но весом килограмм на пятнадцать больше. Казалось, самый акцентированный удар юного средневеса лишь пошатнет его, но никак не опрокинет.

— Второй раз будешь моим крестником, — торжествующе осклабился Жорка и рванул вперед. Со скоростью деревенского кота нанес пять-шесть легких ударов в голову, после чего, схватив водилу за грудки, шмотанул туда-сюда, третьим движением согнул его вперед, сильно ударил коленом в лицо и отшвырнул прочь. От падения Витька удержали руки братков. Из разбитого носа и губ у него обильно сочилась кровь. В бешенстве оттолкнув братков, водила ринулся на Жорку, который резко присел и ловким движением перекинул Витька через себя, дав ему растянуться на полу в полный рост. Но это было еще не все. Вскочив, Витек мощно выбросил вперед правую ногу целясь в живот. Жорка словно только этого и ждал, подхватил ступню противника и резко развернул ее, так что Витек тоже горизонтально перевернулся и приземлился уже лицом вниз. Не давая ему опомниться, Хаза прыгнул ему на спину и поймав правую руку, прижал ее локоть к своему колену, чтобы одно движение — и перелом.

— Ломать? — снизу вверх глянул он на Лукача.

Тот отрицательно качнул головой.

Вот теперь мастер-класс был окончен точно. Два молодца стояли плечом к плечу и как будто не слишком радовались своей победе. (Мол, чего радоваться — привычное дело.)

— Все вопросы снимаются, — вынес решение Лукач. — Магазин ваш.

Если Жорка просто подобрал со стула свою куртку, то Алексу его ветровка и вовсе была подана одним из братков — как знак полной уважухи.

Не успели они на джипе тронуться с места, как одновременно зазвонили «Моторола» и «Нокия», причем на обоих экранчиках были одни звездочки.

— У меня звонок по «Мотороле», — сказал Алекс в «Нокию» и включил «Моторолу», не выключая при этом «Нокию» — пусть и Стас послушает. Жорка выключил двигатель и тоже навострил уши.

«Чем ты сейчас занимаешься?» — сказал Голос.

— Бизнесом, — по-честному отвечал Алекс. — Только что отмазали от рэкета наш магазин бытовой техники.

«Каким образом отмазали?»

— Сегодня обошлись только кулаками, а что? (Как же было приятно дразнить нехорошего дядю.)

«Что такое твои курсы спецназа, объяснить не хочешь?»

— Это классно придумал мой адвокат Циммер, когда мы от рэкета «Бирему» отмазывали. Сегодня вот еще раз пригодилось.

«Когда будет результат по газете?»

— Штат газеты уже набран. Теперь набираем материал на первый месяц, чтобы было все без пауз и халтуры.

«О первом выпуске позвонишь Севе». — И Голос отключился.

— Секунду, — сказал Алекс в «Нокию», быстро заворачивая «Моторолу» в фольгу.

«Вы что там, настоящий чемпионат устроили?» — прослушанный диалог с Голосом сильно смягчил сердитость Стаса.

— Вы бы нами гордились, если б видели. (Почему бы и капитана не подразнить.)

«Про газету соврал или как?»

— Рядом со мной сидит главный редактор газеты, кивает головой, что все готово, — продолжал едва сдерживать смех главный шпион.

«Ну шпана, дождетесь у меня!» — И капитан выключил телефон.

Два обормота в джипе посмотрели друг на друга и от души расхохотались — шоу действительно продолжалось.