В небольшом конференц-зале Лан Цяо включила запись с камеры видеонаблюдения неподалёку от места преступления и пояснила:

– Фэн Бинь простоял на перекрёстке возле башни Барабана и Колокола[8] около пяти минут, затем к нему подошла Ся Сяонань.

– Почему они вдвоём? Где остальные? – Ло Вэньчжоу наклонился ближе к экрану. – Погоди, останови. Что это там у него в руках?

Лан Цяо поставила видео на паузу и увеличила изображение. Благодаря высокому разрешению даже в тусклом свете уличных фонарей удалось разглядеть, что Фэн Бинь держит пакет с логотипом супермаркета, набитый снеками и напитками.

Все в этом зале когда-то были юны, поэтому сразу догадались, в чём дело. Под благовидным предлогом парень улизнул от одноклассников и теперь ждал девушку в заранее условленном месте, чтобы провести с ней время наедине. Уже не дети, но ещё не взрослые, они собирались объясниться друг другу в любви, в которой толком ничего не смыслили. В поступках ребят, не обременённых обязательствами и житейскими заботами, сквозила наивность, а все их развлечения неизменно сопровождались фастфудом.

Теперь понятно, почему они отделились от друзей.

– Супермаркет BD… Если мне не изменяет память, это сетевой магазин. Узнайте, сколько у них точек в районе Гулоу, и пройдитесь по всем, поспрашивайте. Наверняка другие оболтусы тоже где-то поблизости, – приказал Ло Вэньчжоу, повернувшись к коллегам, а затем возмутился: – Неужели для ночного свидания нельзя было найти место получше? На кой им сдалась эта башня?

Лан Цяо закатила глаза размером с мячи для пинг-понга.

– Босс, ты вообще местный? – Она встретила озадаченный взгляд капитана и пояснила: – За башней Барабана и Колокола находится Зеркало влюблённых. По сути, это просто большой отполированный камень, но считается, что образы в нём отражаются на небесах. Именно так седьмая дочь Нефритового императора увидела Дун Юна и влюбилась. Рядом с камнем есть надпись: «Небеса и человек едины». Пары приходят к нему, чтобы получить благословение на долгую и счастливую жизнь.

Ло Вэньчжоу выслушал очередную байку для привлечения туристов и усмехнулся:

– Свидетельства о регистрации брака, значит, вам мало, надо ещё получить одобрение Нефритового императора? А что, у нас государство проводит акцию «собери семь бумажек и сможешь купить лишнюю квартиру»?[9] Поистине человеческая жадность не знает границ! – Капитан сменил тему: – Башня является туристической достопримечательностью, а значит, после закрытия оттуда выпроваживают всех посетителей. Выходит, убийца заприметил подростков, когда они пробрались туда тайком?

– Нет, – возразила Лан Цяо, вслед за боссом приняв серьёзный вид. – Он начал преследовать их от перекрёстка. Смотрите…

Она нажала кнопку «Воспроизведение», и парень с девушкой, стесняясь взяться за руки, медленно вышли из кадра. На мгновение улица оказалась пуста, а затем появился мужчина лет сорока. К удивлению Ло Вэньчжоу, он совершенно не походил на немощного человека, способного напасть только на детей, наоборот – ростом был не меньше ста семидесяти пяти и отличался крепким телосложением. С сигаретой в зубах мужчина вывернул из-за угла и неторопливо двинулся за Фэн Винем и Ся Сяонань, сохраняя дистанцию.

– Есть изображение с его лицом анфас? – спросил капитан.

– Да, с другой камеры. Я всё распечатала. – Лан Цяо раздала снимки коллегам.

Ло Вэньчжоу узнал Лу Гошэна с первого взгляда. Накануне вечером он внимательно изучил ориентировку на главного подозреваемого по делу «автомагистрали триста двадцать семь», и его лицо врезалось капитану в память.

Разные по величине слегка косящие глаза, впалые щёки, длинный подбородок, чуть приподнятый левый уголок губ. Мужчина на снимке выглядел на сорок: на его лице уже проступили следы прожитых лет, но ещё не исказили прежних черт. Лу Гошэн почти не постарел – видать, неплохо проводил время после побега.

Не успел капитан ничего сказать, как Сяо Хайян уверенно заявил:

– Это точно Лу Гошэн!

На этот раз даже Лан Цяо одарила его странным взглядом.

– Угу, – кивнув, подтвердил Ло Вэньчжоу. – Сяо Цяо, продолжай.

– Убийца последовал за парой к башне. Чтобы попасть к входу на закрытую территорию, надо преодолеть лабиринт узких переулков. Вы сами видели: все они с виду одинаковые, заблудиться очень легко. Как раз там и произошло нападение. Дальше смотрите сами, мне одного раза хватило. – С этими словами Лан Цяо включила другую запись и отвернулась.

Камера, установленная на двускатной крыше одного из охраняемых исторических зданий, засняла, как двое подростков в панике выскочили из переулка. От волнующей, полной сладкого трепета атмосферы не осталось и следа. На спине парня багровела кровь. Он резко дёрнул девушку за собой, та споткнулась и рухнула наземь. Даже без звука это видео пробирало до дрожи.

В ту ночь мягкий лунный свет приобрёл кровавый оттенок. Злодей разбил вдребезги зарождающиеся чувства двух юных сердец и воплотил в жизнь их худший кошмар.

Фэн Бинь, сопротивляясь страху и боли, пошвырял в преследователя всё, что держал в руках, схватил возлюбленную и рванул прочь. Оба отчаянно звали на помощь, но ответом была тишина. Возможно, их действительно никто не слышал, а может, патрульные просто испугались и предпочли держаться подальше.

За спинами подростков всё отчётливее раздавались шаги чудовища, но небо оставалось равнодушно к их мольбам. Под холодным взглядом башни, полной фальшивой романтики, Фэн Бинь запутался в переулках и вернулся в исходную точку прямо в руки к убийце!

Зрители в конференц-зале покрылись холодным потом, один из сотрудников вскочил и ударился коленкой об стол.

Фэн Бинь схватил Ся Сяонань за руку и снова побежал прочь. Неподалёку, как луч надежды, показалась будка дежурного. Парень бросился к ней и принялся изо всех сил колотить в окно.

Кто-нибудь, пожалуйста, спасите их…

Но надежда быстро обернулась отчаянием: на месте никого не оказалось. От убийцы с окровавленным тесаком подростков отделяло не более пятидесяти метров. Ся Сяонань побелела как полотно. Охваченный паникой, Фэн Бинь выбрал худший путь из всех возможных и свернул в тупик!

Как развивались события дальше, камера не зафиксировала.

Примерно через полчаса из переулка вышел Лу Гошэн. Он вывернул испачканное в крови пальто наизнанку, надел его и как ни в чём не бывало зашагал прочь.

В конференц-зале повисла гробовая тишина.

– Вы досмотрели? – уточнила Лан Цяо, стоя спиной к экрану.

– Меня от страха чуть не вырвало, – пробормотал кто-то из её коллег. – Это что за фильм ужасов?

– Получается, Лу Гошэн загнал подростков в ловушку, одного убил, а второго оставил в живых. Почему? – спросил Ло Вэньчжоу, пытаясь развеять гнетущую атмосферу и направить мысли подчинённых в рабочее русло. – Мы все видели место преступления: кроме двух мусорных контейнеров, там прятаться негде. С перепугу дети совершили сразу две роковые ошибки: сначала забежали в тупик, а затем девушка от безысходности залезла в бак. Подумайте сами, неужели на месте убийцы вы бы в него не заглянули? – Он обвёл взглядом сослуживцев. – Либо девчонка стала невидимкой, либо у Лу Гошэна проблемы с логикой. Ся Сяонань ранена?

– Нет, – отозвалась Лан Цяо. – Я только что получила подтверждение из больницы. Кроме ушиба, полученного при падении, не обнаружено ни травм, ни следов сексуального насилия. Кстати, те пятна на школьном рюкзаке действительно оказались кровью. Эксперты сейчас берут ДНК для сравнения, пока результатов нет.

– У Ся Сяонань при себе остался кошелёк, телефон или какие-нибудь другие ценные вещи? – поинтересовался Ло Вэньчжоу.

Лан Цяо растерялась:

– Нет. Ты хочешь сказать…

– На автомагистрали триста двадцать семь Лу Гошэн выносил всё подчистую, – вмешался Тао Жань, – ни монеты не оставлял.

Лан Цяо нахмурилась, невольно усомнившись в своей добросовестности. Почему все вокруг так хорошо разбираются в подробностях этого злополучного дела, и только она услышала о нём сегодня впервые?

– И ещё: куда подевались все дежурные и патрульные района? – спросил капитан. – Фэн Бинь всю дорогу отчаянно звал на помощь. Неужели по удивительному совпадению никого не оказалось на посту? Или охрана сознательно бросила подростков на произвол судьбы? Свяжитесь с местной администрацией и вызовите на допрос всех, кто работал тогда в ночную смену.

На первый взгляд всё казалось очевидным. Способ убийства и личность преступника полиция установила почти сразу, теперь дело оставалось за малым – в очередной раз объявить Лу Гошэна в розыск. Однако за простым объяснением скрывалось множество несостыковок, окутанных плотной пеленой тумана, как башня Барабана и Колокола в ночи.

Ло Вэньчжоу отошёл в конец коридора и закурил. Внезапно его посетило странное чувство. Он оглянулся на загруженных работой сослуживцев, и слова «некоторые люди изменились» из предсмертного письма лао Яна встали костью в горле.

Капитан достал телефон и набрал номер отдела кадров муниципального управления:

– Алло, директор Ли? Это сяо Ло из отдела уголовного розыска… Нет-нет, всё в порядке. У меня к вам вот какое дело: мне поручили подготовить характеристику на нового сотрудника… Понятия не имею, что там задумал лао Лу. Не могли бы вы, пожалуйста, прислать мне резюме и материалы политической проверки парнишки? Спасибо, спасибо. С меня обед…

Вмешательство муниципального управления резко ускорило темп расследования, словно с запряжённой волом телеги все пересели на космическую ракету. К вечеру того же дня удалось поймать остальных сбежавших подростков, которых не могли найти почти целую неделю. Выследили их через тот самый супермаркет BD, где закупался Фэн Бинь. Записи с камер подтвердили, что в последние дни одноклассники покойного тоже частенько захаживали в этот магазин. Полиция предположила, что беглецы поселились где-то поблизости, и после проверки окрестностей обнаружила их в мотеле. Как выяснилось, один из подростков договорился со знакомым, администратором, и тот не стал регистрировать новых постояльцев.

В приёмной муниципального управления четверо старшеклассников выстроились в ряд перед полицейскими, родителями и классной руководительницей. Понурив головы, все как один уверяли, что сбежали из-за стресса и всего лишь хотели развеяться в преддверии Рождества. Но глупые оправдания только распаляли злость родителей: у них руки так и чесались всыпать паршивцам, чтобы волчком закрутились.

Параллельно полиция проводила допрос сотрудников местной службы охраны. Как выяснилось, все – от начальства до рядовых патрульных – халатно относились к своим обязанностям, а ночная дежурка давно превратилась в казино, но пока не случилась беда, администрация закрывала на это глаза.

Итого дело о сбежавших подростках можно было считать закрытым, вот только Лу Гошэн до сих пор оставался на свободе, а пострадавшая девушка лежала в больнице без сознания.

После допроса родители повели отпрысков домой. На лице одного из парней алел след от отцовской пощёчины. Весь в слезах он оглядывался на здание муниципального управления, пока мать грубо волокла его в сторону ворот.

Ло Вэньчжоу посмотрел им вслед и вдруг окликнул:

– Постойте.

Родители застыли на месте, быстро подавили гнев и вежливо спросили:

– Что-то ещё, товарищ капитан?

Ло Вэньчжоу подошёл ближе и смерил школьника взглядом. Пухлый бледный паренёк выглядел младше своих лет и казался застенчивым. При виде капитана он сразу понурил голову.

– Как тебя зовут?

– Чжан Ифань, – тихо ответил он.

– Ты ничего не хочешь рассказать дяде-полицейскому? – спросил Ло Вэньчжоу как можно мягче.

Едва заметный кадык парня дёрнулся. Всё внимание одноклассников, родителей и учительницы обратилось к нему. Капитан нахмурился: даже ему стало не по себе от их молчаливых взглядов.

Робость сына, очевидно, выводила господина Чжана из себя. Тяжёлой ладонью, больше похожей на медвежью лапу, он хлопнул парня по спине и рявкнул:

– Если есть что рассказать – рассказывай, а нет – так и отвечай. Чего молчишь, будто воды в рот набрал? Смотрю на тебя – и злость берёт!

На лице подростка отразилась паника, будто социофоба оставили один на один с властным незнакомцем. Глаза его снова наполнились слезами.

– Нет… – пробормотал он, – ничего.

Ло Вэньчжоу собирался задать ещё один вопрос, но Чжан Ифань уткнулся лицом в плечо матери и быстро зашагал прочь. К капитану подошла Лан Цяо и, лениво потянувшись, спросила:

– Босс, дело можно считать закрытым? Когда будем писать отчёт?

– Не спеши. – Он проводил парня взглядом и повесил куртку на сгиб локтя. – Я хочу сначала проконсультироваться с экспертом.

Не успела Лан Цяо сообразить, о ком речь, как Ло Вэньчжоу сменил тему:

– Сяо Цяо-эр, что хочешь на завтрак?

– Баоцзы! – воскликнула та, не почуяв подвоха. – Спасибо, отец-император!