Теперь Кэсси нахмурилась.

- Мы с Лиссой родились 26 октября. Это не оккультный праздник.

Ви и Ксеке громко рассмеялись.

- Это дата казни Жиля де Рэ, - объяснила Ви.

- Для сатанинских сект это самый мощный день поклонения. Делает Хэллоуин и канун Белтейна похожими на прыжки в носках.

Ви заговорила громче, ее голос отдавался эхом:

- Ты Эфирисса, Кэсси. Ты очень, очень особенная.

Кэсси не понимала. Очень особенная? Я? Она никогда в жизни не чувствовала себя особенной.

- Мы покажем тебе, какая ты особенная, - сказала Ви.

Ксеке продолжил:

- Как истинная Эфирисса, ты обладаешь силой...

Силы, подумала Кэсси.

- И одна из этих способностей - способность войти в ад в любое время, когда ты захочешь.

Глаза Кэсси расширились от растущего замешательства.

- Ты живой человек, но можешь войти в царство мертвых...

- Мы тебе покажем, - пообещала Ви. - Мы покажем город... - Этого она никак не могла ожидать. Зачем ей это? Кэсси даже не верила в существование ада - до сих пор, конечно. Были и другие сюрпризы.

Они вышли из гаража через боковую дверь в душную ночь. Громко зазвучал стрекот сверчков. Лес светился в лунном свете. Они свернули к фасаду дома, который выходил на юг.

- Вы сказали, что мы едем в город, - остановила их Кэсси.

- Совершенно верно, - ответила Ви. - Он называется Мефистополис.

- Ты говоришь об аде, верно?

- О да, - ответил Ксеке. - Дом, милый дом.

- Вроде того, - поправила Ви. - Видишь ли, мы там больше не живем - не можем. Мы бывшие резиденты XR.

- То же самое, что беглецы, - объяснил Ксеке. - В городе есть две социальные касты: плебеи и иерархи. Мы плебеи, простолюдины, и как Икс нам больше не разрешается жить в городе. Нас считают преступниками, потому что мы не приспособились. Вот почему мы должны жить в Тупике, как твой дом или в Тупиках в трех других внешних секторах. Это дерьмово, но, если мы останемся в городе слишком долго, полиция нас поймет. Мы не продержимся долго, если попытаемся остаться в черте города.

Ви прочла замешательство на лице Кэсси.

- Поверь мне, легче просто учиться на ходу. Ты все еще хочешь пойти, не так ли? Помни, тебе это не нужно.

- Я все равно хочу пойти, - раздраженно сказала Кэсси. - Я просто хочу точно знать, куда мы направляемся. Ад? Ад не должен быть городом. Предполагается, что это серная яма, огненное озеро и тому подобное.

Ксеке усмехнулся.

- Так было несколько тысяч лет назад, когда Люцифер был изгнан с небес. Но просто включи здравый смысл. Возьмем, к примеру, Нью-Йорк. Каким был Нью-Йорк несколько тысяч лет назад?

- Лес, я думаю, - сказала Кэсси, все еще не понимая смысла. - Просто... земля.

- Верно, неосвоенная земля. Таким же был ад, когда Люцифер впервые прибыл сюда; это была просто жаркая равнина, пустошь.

Тогда Ви выразилась так:

- Точно так же, как человеческая цивилизация развивалась в течение последних трех или четырех тысяч лет... так и ад.

Ксеке:

- И точно так же, как божьи создания развились здесь, на Земле, развились Люцифер и его владычество. Прогресс и технологии происходят не только в твоем мире, Кэсси. Они случаются и у нас. Эта серная яма теперь самый большой город, который когда-либо существовал.

Тиш потянула Кэсси за руку, указывая.

- Вот проход, - сказал Ксеке. - Просто пройди еще несколько шагов...

Теперь Кэсси шла впереди них, ее шлепанцы хрустели по ковру из веток и опавших листьев. Но по мере того, как она продвигалась вперед, она чувствовала что-то странное, что-то, что можно было описать только как варианты давления и температуры. Вертикальные слои горячего и холодного, раздражающее напряжение в ушах. Затем пришло ощущение, как будто она провела рукой по сухому пляжному песку, только это ощущение охватило все ее тело, через одежду до самой кожи.

На мгновение все, что она видела, была абсолютная тьма.

Затем...

- Боже мой, - пробормотала она, оглядываясь.

Вот и все, что потребовалось. Еще один шаг.

Теперь Кэсси стояла у подножия другого мира.

Небо над головой вспенилось алыми полосами. Экзотический, сладко пахнущий жар ласкал ее. Серповидная луна висела на горизонте - луна, которая была черной и чей черный свет невозможно освещал ее лицо. Действительно, кустарниковая дымящаяся пустошь простиралась от ее ног на следующие пятьдесят или даже сто миль. Она могла видеть все, каждую деталь в четком макровидении. А за этой запутанной пустошью стоял Мефистополис.

Пейзаж города с его зданиями, небоскребами и башнями казался выкованным на фоне алого горизонта. Он действительно был огромен. Когда Кэсси посмотрела налево, город простирался дальше, чем она могла видеть, и то же самое было справа.

Дым, больше похожий на черный туман, поднимался от города в небо, как и мириады копий разноцветных огней, которые она могла приравнять только к прожекторам. Вдали виднелись птицы - или крылатые существа.

При виде всего этого у нее перехватило дыхание.

Остальные переступили порог и теперь стояли позади нее. Казалось, они восхищались безмолвным благоговением Кэсси.

- Довольно круто, да? - Сказала Ви.

- По сравнению с этим Чикаго выглядит, как щенячья будка.

- Я тоже не поверил, когда увидел его в первый раз. Не верилось, что там я проведу вечность.

Наконец Кэсси смогла заговорить. Она снова посмотрела налево и направо.

- Он... не кончается.

- На самом деле он кончается, - объяснил Ксеке. - Ты когда-нибудь читала книгу Откровения? В главе двадцать первой святой Иоанн раскрывает реальные физические размеры рая, поэтому Люцифер сознательно использовал те же самые измерения, когда создавал первоначальные чертежи ада. Площадь двенадцать тысяч фарлонгов. Это примерно 1500 миль в длину и 1500 миль в глубину - площадь поверхности составляет более двух миллионов квадратных миль. Если взять все крупные города на Земле и собрать их вместе... это окажется еще больше.

Кэсси не могла даже представить себе эти размеры.

- Значит, с тех пор как Люцифер лишился Божьей милости, он строит этот город?

- Совершенно верно. Или, скажем так, его приспешники. Большинство вступающих в ад так или иначе становятся частью рабочей силы. И в каком-то смысле Мефистополис ничем не отличается от любого другого города. Здесь есть магазины, парки и офисные здания, транспортные системы, полиция и больницы, таверны, концертные залы, жилые комплексы, где живут люди, суды, где преступников судят за преступления, правительственные здания, где правят политики. Как и в любом городе, э-э, ну ... почти.

Ви объяснила дальше:

- В Мефистополисе люди не рождаются - они прибывают. И они живут вечно. И если социальный порядок на Земле - это стремление к миру и гармонии среди жителей...

- Социальный порядок в аду - это хаос, - сообщил Ксеке.

- У вас демократия, у нас - демонократия. У вас есть физика и наука, у нас - черная магия. У вас есть милосердие и добрая воля, мы систематизировали ужас. Вот в чем разница. Социальный замысел Люцифера должен функционировать в полной противоположности Божьему. Люцифер построил все это, чтобы оскорбить существо, которое изгнало его сюда.

- Итак... это не подземелье, как в легендах? - Спросила Кэсси. - Это не где-то на Земле?

- Это на другой земле, которая занимает то же самое пространство, - сообщил ей Ксеке. - Это просто на другом плане существования, который создал Бог. Как и небеса.

- Итак, - начала Кэсси, - когда ты умираешь...

- Ты либо попадешь на небеса, либо придешь сюда. Точно так, как сказано в Священной Библии. Точно так же, как это говорится в большинстве религиозных систем. - Ксеке приподнял бровь. - Не удивительно, что ты думаешь об этом.

Пока Кэсси продолжала смотреть на далекий городской пейзаж, в ее голове крутились тысячи вопросов. Как она могла задать их все?

- Давай просто уйдем, - сказала Ви, словно разгадав ее мысли. - На все твои вопросы будут даны ответы.

В конце концов, так оно и было.

Кэсси снилось это сейчас - год спустя. Не в обычной кровати, а на койке в палате частной психиатрической больницы. Действительно, она вошла в Мефистополис с Ви, Тиш и Ксеке с целью найти Лиссу. Все, чего Кэсси хотела в этом мире, это иметь возможность сказать Лиссе, что она сожалеет о том, что произошло, и ее обретенные силы Эфириссы позволят ей сделать это - или так она думала. По сотне разных переулков и по сотне разных дымящихся улиц, через один район и префектуру за другой, используя заклинания и самые тайные чары, Кэсси и ее друзья снова и снова вторгались в ад, преследуя власти, уничтожая агентов Люцифера, разрушая электростанции, полицейские станции и злые скинии, как отряд партизан. Во время этих визитов она считала, что лучше всего максимально использовать свое время: в то время как ее поиски Лиссы были постоянными, Кэсси и ее друзья чувствовали, что уместно только сеять небольшой хаос по пути - терроризм под любым другим названием. Однажды они взобрались на стофутовые железные стены промышленной зоны и сумели отключить центральную электростанцию, закрыв предохранительный клапан в то самое время, когда топили печь. Выходящим газам не потребовалось много времени, чтобы взлететь до небес, а внешняя конструкция завода размером с футбольный стадион эффектно взорвалась. Взрыв потряс весь район, сровнял с землей литейный цех и опрокинул все станции по перемалыванию костей, и все это в час пик. Наконец, взрыв вызвал сейсмический сдвиг, который вызвал впечатляющее адское землетрясение, открыв трещину длиной в тысячу футов поперек зоны. Неплохо для трех девочек, едва вышедших из подросткового возраста. Прошлой осенью Кэсси вошла в Мефистополис одна - ей было скучно, и ее CD-плеер сломался - и она наложила заклятие на целый гарнизон полицейских - сатанинскую полицию. Она приказала им по одному отправиться в мясоперерабатывающий терминал на Бонифас-сквер, где они спокойно и охотно легли на основные конвейерные ленты. Потогонная система терминала, состоящая из тысяч рабочих, и глазом не моргнула, когда констебли были подвергнуты "обработке"; их заживо разделывали, мышцы быстро срезали с костей, удаляли органы, сдирали кожу и все это бросали в непрерывный парад катящихся бункеров. Именно из этих терминалов поступала большая часть городской еды; Кэсси нравилась мысль о демонах, неосознанно пирующих полицейскими. Кэсси не удивилась бы, если бы они были на вкус, как цыплята. Снова и снова, с друзьями или без них, Кэсси возвращалась в этот первобытный город, мчась по его алым аллеям, уничтожая любого демона, Ашера или Голема одной лишь мыслью, оскорбляя Люцифера при любой возможности, используя свои силы Эфириссы, чтобы просто делать свое дело. Но по мере того, как ее силы увеличивались, увеличивались и силы ее противников. Адское движение сопротивления - сатанинская Контумация - было ее величайшим союзником в первые дни, целая армия антисатанинских террористов, но все они были уничтожены одной-единственной чумой Веры, созданной биологическими магами Люцифера и арками-замками в колледже заклинаний и Дискантий. Миллионы людей, Контумация была уничтожена в одночасье, каждый член погиб от одного из любимых недугов Люцифера: Кариолизиса, адского эквивалента разъедающей болезни. Гной и гнилостная слизь от всех членов Контумации, сгнивших до смерти все 43 сразу, фактически образовали озеро посреди парка Сатаны. Люцифер немедленно провозгласил озеро национальной достопримечательностью и часто приказывал публично казнить в нем каторжников и бродяг, топя их.

Но каждый раз, когда Люцифер и его агенты наносили удар, Кэсси наносила ответный. С тех пор как она получила силы Эфириссы, она знала, что это ее обязанность - использовать их против того самого существа, которое заключило в тюрьму ее сестру. Ви и Тиш исчезли - либо уничтожены, либо захвачены, а Ксеке оказался предателем. Кэсси была одна, но она ничему не позволила остановить ее.

Но вместо этого случилось что-то другое. Причина, по которой она оказалась в этой психиатрической больнице. Чуть больше месяца назад неизвестные посланцы Люцифера сожгли ее дом и убили ее отца. Пожар уничтожил Тупик. Теперь, понимая больше, чем когда-либо, истинную природу ада и свои силы Эфириссы, Кэсси не была более беспомощной. Она хотела вернуться, продолжать возвращаться, пока не найдет Лиссу в этом бесконечном городе проклятых.

Но она не могла вернуться сейчас, не так ли?

Она проснулась, обливаясь потом на своей койке, окруженная мягкими брезентовыми стенами своей палаты.

Даже если она найдет способ выбраться из этого запертого психиатрического отделения, Тупик уничтожен, ее единственная дверь обратно в Мефистополис закрыта.

Я никогда не вернусь туда, поняла она.

Затем голос, казалось, ответил на ее сожаление.

Голос сказал:

- Да, ты вернешься.

Глаза Кэсси расширились в темноте. Значит, теперь она слышит голоса? В этом есть смысл, подумала она. Люди в психбольницах слышат голоса, не так ли? Сумасшедшие... слышат голоса...

- Но ты не сумасшедшая, Кэсси, - ответил голос. Он был легким и женственным, даже звучал как-то задорно. Голос звучал в ее ушах, как и любой другой голос, любого, кто мог находиться в комнате, что, конечно, представляло проблему, потому что в комнате больше никого не было. По крайней мере, она знала, что это не был голос в ее голове, похожий на галлюцинацию, и Кэсси знала это: она говорила не сама с собой. То, что она слышала, было явно не ее собственным голосом.

- Вставай.

- Что? - осмелилась ответить Кэсси.

- Давай, вставай. Не бойся. Подойди к раковине и включи воду.

Теперь Кэсси усмехнулась про себя.

- Думаю, все понятно. Я сошла с ума. Какая-то девчонка велела мне подойти к раковине и включить воду. Что она хочет, чтобы я сделала? Умылась? Почистила зубы? - Но она лишь пожала плечами. Если она сумасшедшая, какое это имеет значение?