На лице женщины появились глубокие морщины ненависти. Она зашипела на Ангелизу, показав длинный тонкий язык, похожий на змеиный.
- Я не скажу. Мне все равно, но я не скажу.
- Ты уверена, что не передумаешь?
Лицо женщины снова стало болезненным. Ее начало тошнить.
- Никогда. Я никогда не скажу.
Ангелиза отступила назад, увлекая за собой Кэсси.
- Да будет так.
Глаза женщины крепко зажмурились, лицо распухло, пожелтело, мать Кэсси яростно мотала головой взад-вперед.
Потом пара камней, в которые она была заточена... начали подниматься.
"Что, во имя всего святого, происходит?" - Подумала Кэсси.
- Не подходи слишком близко, - предупредил ангел. - Это Интестизавр...
"Как будто я знаю, что это такое", - подумала Кэсси.
Сейчас она точно увидит, что это такое.
Два гладких камня не были камнями. Когда они поднялись, то оказались на двух крепких ногах, каждая была длиной в дюжину футов, которые были сложены под ними. Теперь Кэсси видела, что это было какое-то демоническое живое существо, в которое была встроена ее мать.
Он полностью встал и повернулся. Он был массивным, безволосым, мясистым, с толстой, похожей на вялые складки кожей, свисавшей с его низкорослого тела. У него не было рук, только ноги, похожие на ноги борца сумо, на которых он сидел, и выпуклый живот с множеством пупков. Никакой видимой шеи, вместо нее из узкой спины вырастала лысая голова размером с пляжный мяч, сидящая на еще большем количестве складок, под которыми виднелись огромные мешочки грудей.
Кэсси чуть не упала, когда посмотрела на его лицо в свете факела. Два отверстия для ушей, как отверстия для болтов. Ни глаз, ни носа. Только большой рот с толстыми губами. И теперь, когда он встал, она поняла его истинную функцию. Два "камня", из которых торчала голова ее матери, на самом деле были ягодицами твари.
- Это считается высшим наказанием, - сказала Ангелиза. - Интестизавр существует только для того, чтобы есть. Это низший вид Какодемона. Тератологи из отдела трансфигурации хирургическим путем имплантировали духовное тело твоей матери в его кишечник. Теперь она является частью его пищеварительной системы. Ее рот служит ему анусом.
Кэсси не могла справиться с этим, даже со всем, что она видела до сих пор во время своих приключений в Мефистополисе.
- Твоя мать очень сильная женщина. Она скорее примет его, чем ответит на мой вопрос - это невероятно, - даже Ангелизе стало не по себе от того, что она ожидала. - Мы должны выяснить это в другом месте. Давай выбираться отсюда. Ты не захочешь этого видеть...
Нет, Кэсси не хотела, но она сложила дважды два, и этого было достаточно. Она не могла даже говорить. Ангелиза вывела ее из отвратительной пещеры, когда Интестизавр, стоявший позади них, начал массово испражняться. Даже на расстоянии ста ярдов они могли слышать вокальные взрывы матери Кэсси, прерывающиеся между чудовищными опустошениями кишечника демона.
Когда они вернулись в Нектопорт и улетели, Кэсси лежала почти парализованная у изогнутой стены. Выход из порта был полностью закрыт, когда они свернули адское пространство.
Ангелиза сидела в созерцании.
- Должно быть, это как-то связано с органической репликацией или гекс-клонами.
Кэсси посмотрела на нее прищуренными глазами.
- Что?
- Твоя мать подтвердила наши разведданные о том, что все Гексологические институты были недавно выведены из промышленных секторов и переведены в здание Мефисто. Ты ведь знаешь об этих местах, верно?
- Не совсем, - ошеломленно ответила Кэсси. - Я слышала о них, кажется, об оккультных науках.
- Там делают гекс-клонов для полиции. Они перенесли все эти объекты в здание Мефисто не просто так.
- Как ты думаешь, в чем причина?
- Охрана, я полагаю. Мы знаем, что план Люцифера - это то, что, если он преуспеет, может быть самым разрушительным, что может произойти с живым миром, но что с того? Мы можем только догадываться. Он переместил агентства гекс-клонов в такое место, где они будут в безопасности от тебя, в случае, если тебя не схватят.
- Я не понимаю.
- Ты Эфирисса. Теоретически ты достаточно сильна, чтобы уничтожить эти объекты.
Так ли это? Эта перспектива пугала ее. Но, по крайней мере, Кэсси чувствовала, что теперь у нее есть цель - что угодно, лишь бы отвлечься от того, что она видела в пещерах.
- Так вот почему ты хочешь попасть в здание Мефисто? Что ж, я полностью за. Если у меня есть возможность уничтожить все это и разрушить его план, что бы это ни было, тогда я в игре. Но я не думаю, что есть способ попасть внутрь.
- Есть только один способ
- Правда? - оживилась Кэсси. - Неужели? Что?
- Поверь мне. Но в любом случае сначала нам нужно сделать еще кое-что, - Ангелиза встала и снова открыла дверь Нектопорта. Теперь они были очень высоко, пугающе высоко. Черный серп луны в своей вечной фазе был достаточно близко, чтобы различить детали поверхности. Облака здесь были похожи на валы плесени.
- Что мы должны сделать в первую очередь? - Спросила Кэсси, мрачно глядя на город.
- Мы должны выяснить то, что твоя мать отказалась нам сообщить. У нас будет лучшее представление о том, что именно планирует сделать Люцифер, когда мы узнаем, что было взято из той библиотеки в Мэриленде.
- Как мы это выясним?
- Ад полон тайн, Кэсси, - объяснил ангел, и ее белоснежные волосы заплясали на ветру. - Но все эти тайны должны быть записаны - сатанинский общественный закон номер один - и эти тайны хранятся в самом секретном месте Мефистополиса. Это тоже своего рода библиотека. Адские Архивы.
- Адская библиотека, - ответила Кэсси. Затем она попыталась пошутить. - У меня нет карточки.
Ангелиза не рассмеялась. Она казалась сосредоточенной, озабоченной и обеспокоенной.
- Так ты знаешь, как добраться до этого места? - Спросила Кэсси.
- Ага.
- Но ты только что сказала, что это самое секретное место в Мефистополисе. Если его местонахождение является таким большим секретом, как ты можешь знать, где оно находится?
- Бог сказал мне, - сказала Ангелиза
Пурпурная неоновая вывеска на фасаде гласила: "ДОМ ГРЕХА КЕДЕШИ". Это могла быть Бурбон-Стрит в Новом Орлеане, но на самом деле это была Аннвин-Авеню на Бонифас-сквер, городской развлекательный центр. Салуны, живые секс-шоу, массажные салоны и игорные заведения.
И бордели. Как этот.
- Это самый большой бордель в аду, - сказала Безымянная. - Он назван в честь первой блудницы земли, которая на самом деле была суб-воплощенной богиней плодородия.
Уолтер посмотрел на огромное здание размером с авианосец. Гипнотически мигали огни, горел неон. Уолтер, сам не зная почему, направился к ближайшему входу - усеянной драгоценными камнями двери с колоннами, охраняемой шипастыми Лисентограми - мускулистыми гибрид-часовыми, у каждого из которых на месте гениталий были черные швы.
- Зачем мы здесь? - Спросил Уолтер мертвенным голосом. - Только не говори мне, что Кэндис там работает.
- Она не... - начала Безымянная.
Его захлестнуло облегчение.
- Только не внутри, - продолжала она. - Кэндис только начинает работать, так что она работает на улице. Уличная проститутка.
Облегчение Уолтера исчезло, такое же фальшивое, как и все остальное, что ему рассказывали в жизни.
- Значит, внутрь мы не пойдем, как я понимаю, - пробормотал он.
- Нет. Мы просто прогуляемся по кварталу, пока не найдем ее. Просто продолжай идти.
Она становится немного властной, подумал Уолтер. Ну ладно. Смена темы разговора показалась ему уместной.
- Расскажи мне побольше о плане А и плане Б.
- План А провалился, - повторила Безымянная. - Ты план Б. Я удивляюсь, что ты об этом совсем не думаешь.
- Я только что спросил тебя об этом! - Уолтер повысил голос, что было для него редкостью. - Я, должно быть, думаю об этом, если спрашиваю тебя.
- Успокойся. Я имею в виду, что ты, кажется, не думаешь об этом в транзитивной манере. Не применяешь дедукцию.
Женщины, подумал Уолтер. Они все чокнутые.
- Эфирисса была планом А. Люцифер хотел ее, но не смог заполучить.
- Да.
- И теперь она здесь, в аду.
- Да. На ее собственных условиях, и я могу сказать, что Сатана и его агенты недовольны этим.
- Но я ее мужской эквивалент, и я здесь на своих собственных условиях.
- Правда?
- Я не знаю. Я так думаю. Я хочу встретиться с Эфириссой. Можно?
- Я не могу разглашать это.
Уолтер нахмурился, что в последнее время часто делал.
- Где она?
- Не могу сказать.
- Она одна?
- Нет, я могу это сказать, потому что это не предполагает умозаключения о будущем. Она с ангелом, серафимом среднего ранга. Можно сказать, это испорченный ангел. Она Калигинаут. Они все с ума посходили. Некоторые даже безумны.
"У Эфириссы есть безумный ангел в качестве сопровождающего, - подумал Уолтер, - а у меня - говорящая голова". Он задумался, кому же лучше.
- Калигинауты подобны небесным коммандос. Они скрываются везде: в аду, в преисподней и на земле. Им нужно отрезать крылья, чтобы доказать свою веру. Этот очень похож на меня.
- Ты не ангел, - заявил Уолтер.
- Нет, я проклятая душа, Таинство в аду.
- Тогда что ты имела в виду, когда сказала, что ангел очень похож на тебя?
- Она не может открыть никакой небесной тайны, не испытав при этом сильной боли. Я не могу раскрыть то, что знаю о будущем, не потеряв при этом свое духовное тело - а его, как видишь, у меня осталось не так уж много.
Уолтер не придал этому особого значения. Ангел без крыльев и провидица, которая не может сказать, что она видит. Он устал от смущения, которое теперь казалось вечным душевным состоянием.
- Я не понимаю, почему ты не можешь сказать мне, что делать или что произойдет. Какой ты прорицатель после этого.
- Прости, Уолтер, это мое проклятие.
- Ты знаешь все эти вселенские тайны, но не можешь рассказать их. Что хорошего в этом? Какой цели это служит?
- Это не универсальные секреты, Уолтер. Они сверхъестественны. Они заумные.
- Заумно. - Пробормотал себе под нос Уолтер. Замечательно.
- Вспомни одну из первых вещей, которую я тебе сказала, - продолжала Безымянная из-под его руки. - Будущее неизменчиво. Так оно и есть. Я часть него, и ты тоже. Мы оба являемся неотъемлемой частью того, что должно произойти, что может произойти, а что нет. Ты умный. Подумай об этом.
- Я не философ. Я физик и математик.
- И Эфириец, - напомнила голова.
- Да, большое дело. Эфириец без силы.
- Уолтер, я не говорила, что у тебя нет силы. Я только предположила, не нарушая никаких кодексов, что ты, вероятно, не сделаешь этого, потому что ты недостаточно силен. У тебя нет ни решимости, ни уверенности.
Уолтер шел бесцельно. Он был так же подавлен здесь, как и в мире живых, так какой в этом смысл? Единственная причина, по которой он не хотел размозжить себе голову здесь, была возможность увидеть Кэндис. И ему уже сказала чертова прорицательница класса дактилей короля Мурсила Первого, что Кэндис никогда не полюбит его.
Какой в этом смысл? Какой смысл во всем этом?
- Смотри, - сказала Безымянная. - Стена из кожи.
Теперь они шли мимо длинной части борделя, которая состояла не из кирпичей или досок, а из гладкой потной плоти. И все же во плоти были свинцовые витрины, где сидели различные проститутки, выставленные на обозрение прохожим. В витринах были всевозможные демонические виды: дворняги, городские черти, тролли, суккубы, гибриды и т.д., а также люди - все обнаженные и сладострастно застывшие. Когда мимо проходили уродливые, тупоголовые демоны, девушки с энтузиазмом поднимали окна и свистели им, призывая подойти, с банальными репликами вроде "Эй, красавчик, где ты был всю мою вечность?" и "Возьми меня, я твоя". Другие были гораздо более прямолинейны: "Ну же! Давай сделаем это!" и "Я лучше всех в аду! Чего ты ждешь?"
К сожалению, никто из девушек не заметил Уолтера. Некоторые даже посмотрели на него и засмеялись.
Он поплелся дальше, зажав под мышкой голову.
- Мы приближаемся к тому месту, где работает Кэндис?
- Может быть.
- Спасибо за информацию.
- Эй, Уолтер, эта штука с надутыми губками не работает со мной.
Уолтер только нахмурился и смирился с этим. По крайней мере, в этом он преуспел.
- Могу я спросить тебя кое о чем, Безымянная?
- Да, но только если это не связано с откровением эфирного воздержания.
- Ты мой друг?
- Да, - ответила она без паузы.
- Тогда почему ты все время несешь чушь?
- Потому что я твой друг.
Уолтер чуть не рассмеялся.
Иногда ему казалось, что он идет по чему-то мокрому, и когда он смотрел вниз, то видел периодически использованные презервативы, лежащие на тротуаре, демоническое семя просачивалось сквозь их фабричные отверстия. Он также видел иногда обугленные руки и ноги низкопробных проституток, которые продавали конечности уличным прорицателям дыма за деньги на наркотики. На другой стороне улицы два рогатых сутенера грабили сортир, а в квартале ниже пара проституток-бесов кололи друг друга. Полицейские-големы медленно проходили мимо, не обращая внимания.
- Поверни здесь, - сказала Безымянная, когда они наконец добрались до конца квартала борделей длиной в полмили.
В конце аллеи виднелась вывеска.
Там гуляли местные, держа руки в карманах. Один бородач, проходя мимо, посмотрел прямо на Уолтера и сказал:
- Я говорил, что увижу тебя здесь. - Его голова сидела на плечах под углом, и на окровавленной рубашке, в которой он был, было написано: "Это то, что ты хочешь, это то, что ты получаешь". Уолтер, оглядываясь на него на ходу, потерял дар речи.
Издалека доносились крики. Левая сторона переулка оставалась изрытой оконными проемами в кожаной стене, но здесь кожа сияла менее ярко и в конце концов стала заразной. В ней пульсировали шанкры, в складках плоти бушевала гонорея, из оспин сочились хламидийные выделения. Некоторые эпидермальные прыщи извивались от вонзившихся в них клещей.