- Это шокирует, - сказала она. - Какие у вас есть доказательства?

- Ну, на данный момент это, вроде как, конфиденциально. - Бернс задумался. - Но я могу сказать, что мы не верим, что убийства были случайными.

- Вы можете сказать нам почему? - спросил Дэн. - Мы никому не проболтаемся.

- Я ценю это, - Бернс вздохнул. Не знал, что приорат находится так близко от города. Час езды. - В отличие от полиции штата, мы считаем, что жертвы были специально отобраны.

- Вы хотите сказать, из-за их работы, - уточнила Венеция.

- Да, их тесные связи с католической церковью.

Дэн и Венеция обменялись еще одним взглядом.

- Отсюда и подозрение в культизме, - продолжала Венеция. - Антихристианская мотивация. Одна вещь, которую вы, возможно, захотите узнать, капитан... - но затем ее слова затихли. Она посмотрела на Дэна, словно спрашивая разрешения.

Дэн продолжил с того места, на котором она остановилась.

- Совсем недавно в одной из мансардных ниш нашего дома мы нашли любопытные оккультные произведения искусства. Одна из них – старинная картина маслом, изображающая антипапу по имени Бонифаций Седьмой.

"Черт возьми, - подумал Бернс. - Мне придется снова обратиться за технической помощью..."

- Спасибо. Это может представлять большой интерес. Но сейчас я просто хочу, чтобы вы взглянули на эту женщину.

- Сью Мейтленд? - вспомнила Венеция.

- Правильно. Часть меня разочарована, потому что она не похожа на кого-то, кто может быть в святотатственном культе.

- Как и Бонифаций Седьмой, - с улыбкой заметил Дэн. - Он был папой Римским. Крестовые походы и Святая инквизиция тоже не походили на христианские начинания.

- Я понял, что ты имеешь в виду, - сказал Бернс. - Внешность обманчива. Но вот мы здесь. Вы можете судить сами.

Маленький портовый городок Вамспорт внезапно оказался перед ними, когда они свернули с извилистой проселочной дороги, которая увела их от приората.

- Похоже на миниатюрную версию Портсмута, - сказала Венеция, оглядывая причалы и рыбацкие доки. Старые дощатые дома, посеревшие от соленого воздуха и суровых зим, склонились над поднимающимися дорогами.

Бернс высказал единственное замечание, которое он мог сделать, не звуча слишком цинично.

- Это странно... снаружи.

Но Дэн уже довольно хорошо знал город.

- И по-деревенски внутри.

- Э-э, да. - Бернс припарковался на зарезервированной стоянке у здания "Лик", расположенного вдоль главной дороги в центре города. Знак "ДЕПАРТАМЕНТ ШЕРИФА ОКРУГА РОКИНГЕМ-ВАМСПОРТ". В прошлом у Бернса было очень мало поводов приходить сюда, но сегодня это был его второй раз. - А внутри хорошо и прохладно, - пообещал он, провожая их внутрь. - Ваши налоги в действии.

Войдя внутрь, Дэн и Венеция вздохнули. Бернс кивнул офицеру за стойкой регистрации и вахтенному командиру, которые застыли, увидев его.

- Она все еще в комнате для допросов?

- Да, сэр.

- Хорошо. Я забираю этих двоих обратно. - Бернс разрядил свой револьвер "Смит" и передал его командиру дозора. - Нам не нужно, чтобы они регистрировались.

- Конечно, сэр.

- Мне только что кое-что пришло в голову, - сказала Венеция с некоторым удивлением. Бернс повел их по блестящему, но темному коридору. - Я никогда раньше не была в полицейском участке.

- А я был, - ответил Дэн. - Здесь, хотите верьте, хотите нет. Меня арестовали, когда я был еще подростком.

Бернс обернулся.

- Ты шутишь. За что?

- Чайник.

Бернс рассмеялся, и Венеция тоже.

В соседней комнате Бернс показал им длинный стол и несколько стульев. В передней стене было окно с занавеской по другую сторону.

- Садитесь сюда и хорошенько посмотрите на нее. Особенно ты, Дэн. Я уже допрашивал ее сегодня, так что на этот раз буду краток. Завтра полиция штата заберет ее для более подробного допроса. Я постараюсь не задерживать вас здесь слишком долго.

- Держите нас столько, сколько хотите, капитан, - сказал Дэн. - Мы с Венецией не торопимся возвращаться в приорат.

- Где нет ни кондиционеров, ни вентиляторов, - добавила Венеция.

Вот дерьмо... Бернс оставил их и вошел в другую комнату.

- Опять ты. Офицер Хохотушка.

- Я приму это как комплимент, Сью – если это действительно твое имя.

Бернс отодвинул занавеску и сел напротив худой женщины в джинсах и мешковатой футболке "НАСКАР". Густые волосы свисали чуть ниже плеч, смесь каштановых и черных, с секущимися концами. - Фотограф уже приходил?

Ее голос звучал грубо.

- Зачем?

- Чтобы сфотографировать твое тело.

Морщины в уголках ее глаз стали глубже.

- Мое тело, да?

- Опознавательные знаки, например, татуировки. Для твоего тюремного досье, Сью.

Потемневшие от дыма зубы обнажились за ее непристойной ухмылкой.

- Не волнуйся. Когда придет твой фотограф, я устрою ему хорошее шоу.

- Фотограф – женщина весом в двести фунтов, так что можешь забыть о сексуальных домогательствах.

- Черт.

Ее лицо и руки были хорошо загоревшими, но также немного морщинистыми: вид человека, который долгое время работал в доках. Она усмехнулась, глядя в окно.

- А кто на той стороне?

- Просто друзья.

- Чушь собачья. У тебя их нет. - Она ткнула средним пальцем в стакан.

- Друзья из Приората Святого Иоанна.

Она просто посмотрела на него.

- Значит, ты мойщица лодок, да?

- И маляр, скребок для ракушек, палубный рабочий.

- Мы пока не смогли это проверить. А это значит, что ты либо получаешь деньги по счетам, либо вообще ничего не делаешь, кроме как продаешь кристаллический метамфетамин.

Она бросила на него страдальческий взгляд.

- Эй, парень, я и близко не подхожу к этому дерьму и лгу копам при любой возможности, но в этом я не лгу.

Бернс кивнул, едва заметная улыбка озарила его лицо.

- Ну, завтра ты отправишься в полицию штата, и они допросят тебя гораздо тщательнее. Они не такие милые, как я. Они даже могут получить судебный приказ ввести тебе против твоей воли препарат под названием амобарбитал натрия. Тогда ты не сможешь солгать.

- О, хорошо. Мне нравится то, что делает меня более податливой.

- Держу пари. - Бернс предположил, что ей лет тридцать пять, но выглядела она лет на пятнадцать старше. - Я хочу сказать, что полиция штата не любит таких, как ты.

Она сидела ссутулившись, но это замечание оживило ее глаза весельем.

- Как я?

- Белый мусор, - прошептал Бернс.

- Совсем как ты, брат.

Мило.

- Так что, возможно, тебе следует поделиться со мной информацией, прежде чем они доберутся до тебя. У меня много власти в этом отделе. Я мог бы заключить с тобой сделку. Как с Фредди.

- С кем?

- Фредди Джонсон. Он сдал тебя.

- Чушь собачья. Он никак не мог знать, что я ворвалась в его старый дом прошлой ночью, так что не веди себя так, будто он сдал меня. Я точно знаю, что он этого не делал.

- Ну, спасибо хотя бы за то, что призналась, что знаешь его.

Какая-то мысль, казалось, встревожила ее, и она показала Бернсу палец.

- Итак, давай еще раз вернемся к прошлому. Полиция поймала тебя на ограблении третьего номера пансиона "Уорфсайд" на Пятой Авеню – дом Фредди Джонсона, прежде чем он покинул город.

- Ты говоришь так по-современному, парень, - насмешливо сказала она.

- Еще бы. Но они говорят хиппер вообще поп. - Бернса что-то восхищало в этой деревенщине. - Ты смелая девчонка, скажу я тебе. Жаль, что ты не такая умная, как смелая.

- О чем ты? - она нахмурилась.

- Когда ты взломала окно в комнате Фредди, ты сделала это тем же ножом, которым прошлой весной перерезала горло двум женщинам в приорате. На нем все еще оставалось немного засохшей крови.

- Чушь собачья! - воскликнула она, подавшись вперед. - Я хорошо почистила его!

Бернс широко улыбнулся.

- Ты хоть слышала о газовой хроматографии, Сью? Или как насчет масс-фотоспектрометрии?

Она откинулась на спинку кресла, подперев руками грудь без лифчика, которая когда-то, вероятно, была довольно полной и привлекательной, но теперь просто обвисла.

- Это неопровержимая улика, Сью. Фредди уже сознался и обвинил тебя.

Она покачала головой.

- Ты лжешь.

Она сдавалась. Он мог это сказать. Иногда, когда он давил достаточно сильно, они сдавались, но Бернс сомневался, что это произойдет здесь. Наркотики. Но... член сатанинского культа?

Он не получил никаких знаков.

- Значит, когда ты вломилась в его жилище, ты искала сорок штук, - он решил немного поиграть с ней, - но Фредди тебя отшил. Он мне сказал. Разве не поэтому он заплатил за квартиру за три месяца вперед, чтобы хозяин не узнал, что он уехал? Но ты знала, что он уехал. Он сказал, что возьмет свою долю, когда уедет из города, но оставит твою для тебя и другого парня. Как его звали?

Она резко рассмеялась.

- Чувак, ты ничего не знаешь. - Затем она подняла взгляд. - И знаешь что? Нахуй. Фредди был прав. Когда вечеринка закончится, все будет кончено.

- Он сказал мне то же самое два дня назад в Любеке, штат Мэн, - сказал Бернс, начиная надеяться.

- Я не собираюсь сдавать своих друзей, так что можешь забыть об этом. Их даже здесь больше нет.

- Теперь это ты несешь чушь.

Она снова показала ему палец и усмехнулась.

- А что касается денег – дерьмо. У Фредди всегда были деньги, потому что ему везло. Доки, скретч-офф, крэпс. У этого ублюдка всегда были лишние деньги.

- Этот ублюдок? Я думал, вы все друзья. Похоже, он тебе не очень нравится.

- Он мне не нравится, он просто придурок. Но я люблю его.

Деревенская любовь, подумал Бернс.

- О, одна из тех сделок. Он был твоим парнем.

- Да, по крайней мере, так он сказал. Изменяя мне все время.

- Вернемся к деньгам.

Она покачала головой, как будто Бернс был глупцом.

- Дело было не в деньгах. После того, как он покинул город, мы решили немного подождать, пока все остынет, прежде чем вломиться в его старое жилище. Но нам нужны были не деньги. Нам было на это наплевать.

- Нам.

- Да, ублюдок. Мы.

Бернс усилил выражение лица.

- И тебе было наплевать на сорок тысяч?

- Нет, нет. Что-то другое, и ты ни хрена не можешь сделать, потому что теперь это есть у кого-то другого.

Мысленные механизмы Бернса начали возбужденно вращаться.

- Значит, это не ты вломилась в квартиру. Это были ты и другой парень.

- Да. Это были я и тот парень.

- Понимаю. И он сбежал, а ты – нет.

Длинное, раздраженное "да".

- Скажи мне, кто он, и я смогу смягчить тебе наказание. Соучастник двойного убийства может получить пожизненное без права досрочного освобождения, особенно если одна из жертв – монахиня. Может быть, я сумею устроить так, что ты выйдешь через семь лет, если будешь хорошей девочкой.

Она дернулась вперед, оживившись.

- Ты что, не понимаешь? Мы не могли вспомнить все, все инструкции, я имею в виду...

- Инструкции?

- Фредди записал их, но сделал копию. Оригинал он забрал с собой, а копию оставил здесь.

Бернс оценивающе посмотрел на нее. Не думаю, что она все это выдумывает, чтобы сбить меня с толку.

- Копы нашли пепельницу, в которой что-то было.

- Не пепельница, а кадило.

Бернс приподнял бровь.

- Ну, это была пепельница, но в ней не было ни сигаретного пепла, ни каких-либо наркотиков. Они сказали, что это что-то вроде смолы. Обожженная смола. В чем тут дело?

- Тебе придется самому это выяснить.

- Сью, пепельницу отправят в большую лабораторию в Манчестере. Что бы это ни было, поверь мне, эти ребята все равно поймут. Так почему бы просто не сказать мне?

Она махнула рукой.

- Не-а. Нет смысла. Ты не поймешь.

Не все сразу, напомнил себе Бернс.

- Ладно, вернемся к аресту. Очень интересно то, что ты мне рассказываешь. Тебя поймали, а парня – нет. Парень сбежал.

- Правильно. Когда прошлой ночью мы услышали сирены, я намеренно осталась в квартире.

Еще одна бомба.

- Хочешь отвлечь внимание полиции, пока сообщник уйдет с этой... инструкцией?

- Да. Это фотокопия того, что получил Фредди. Он называл это транскрипцией.

Долгая пауза, казалось, приглушила свет.

- Они пришли с другой стороны, - прошептала она.

- С другой стороны? Ты имеешь в виду офис Джорджа Стейнбреннера?

Она поджала губы.

- Хм?

- Ничего. Это бейсбольная шутка. Значит, ты пожертвовала собой, чтобы этот другой парень мог сбежать с этими транскрипциями? Это безумие. У тебя еще много времени осталось, но из-за этого ты можешь провести остаток жизни в тюрьме. Зачем жертвовать собой?

- Потому что есть вещи поважнее здешней жизни. - Слова медленно вырывались из ее горла. Казалось, она смотрит сквозь него, а не на него.

- Другая жизнь... жизнь на "другой стороне"? Ад? Ты это имеешь в виду?

Теперь она опиралась на локти, обвисшие груди покачивались в мешковатой футболке.

- Ты же знаешь Фредди. Ты же знаешь, как он всегда улыбается. Держу пари, он улыбался, когда ты разговаривал с ним в тюрьме.

- На самом деле так оно и было.

- И он был прав. Видишь ли, он знал, и именно поэтому так часто говорил нам об этом. Когда вечеринка закончится, все будет кончено. Хочешь знать почему?

- Конечно.

- Потому что в другом месте нас ждет вечеринка получше.

- В Аду? Это то, о чем мы говорим, Сью?

Она ничего не ответила.

- Сью, это просто смешно, - наконец сказал он. - Культ дьявола? Ну же. Ты похожа на девчонку, которая целыми днями вкалывает на какой-нибудь ручной работе, каждую ночь сидит в деревенских барах, напивается разливного пива, водит старый пикап с лысыми шинами и вмятинами.

Она завыла от смеха.

- Ты прав во всем, кроме грузовика. У меня нет колес, потому что я не могу получить страховку.