1 (воскресенье)

Рано поехал к Мухиным. Спали. Встревожились за себя. Не было ли адреса их у Юр. Обратно. Денег не дали. Обещал похлопотать у Манухина. Побрел к Шайкевичам. Там гости, чаем еле угостили. Пикша душевна. У Там<ары> Мих<айловны> зато прелестно, и душевно, и успокоительно. Гуляли и обедали. Возвращался не очень хорошо. Так.

160 <р.>

2 (понед.)

Что же делать? 2 письма от Юр. Милые руки писали. Пишет, что долго продержат. Просил мамашу отнести кое-что. Заходил к Шайкевичу. Как во сне. А он-то. Какая ненависть и горечь копится. Завтракал во «Франции» с Неллисом. Купил кое-чего. Мамашу не пустили было. Не записан, но она оставила на ура. Сцены там раздирательные. Не могу зайти в Юр. комнату. Если с ним что-нибудь сделают, пойду в монастырь. Я понял, что к миру, к свету привязывает меня он один.

230 <р.>

3 (вторник)

Сегодня Юр. именины¹. Бедный. Мамаша еще раз ходила. Посылка исчезла. Верно, передана. Ходил к Ратнеру. Только напугал меня и был противен. Брик меня послал к нему. Еще что? Был у Беленсона. Тихо и затхло. Что-то говорил. Был в café. Накупил раз<ных> разностей Юр. Да, получили еще письмо. Переводят его в Дерябинские казармы². Что это значит? Утром поеду. Мамаше ксендз посоветовал обратиться в Литовское общество³. Стыдно мне есть и спать.

300 <р.>

4 (среда)

Ходил в тюр<ь>му. Там лучше, насколько может быть лучше в таких местах. Что делаю, как добываю деньги, не знаю.

5 (четверг)

Что же? Ездили с Вер<оникой> Карл<овной>. Там гораздо лучше.

120 <р.>

6 (пятница)

Что было? не помню. Ничего не делаю. Ничего не чувствую, отупел и одурел как-то. Как-то взял еще у Бронштейна.

100 <р.>

7 (субб.)

Мамаша ездила одна. Взял денег в лавке. Скучаю до одури. Если с Юр. что-нибудь случится, я убью себя. Вечером был у Лурье. Он только что приехал. У них распри какие-то. Мухин был, но не может или не хочет ничего делать. Вечером был у Беленсона. Едва поспел.

245 <р.>

8 (воскр.)

Никуда не ездил. Скучал до невозможного. Ни думать, ни писать ничего не могу. Ложусь, как в гроб. Тупо. Хотя, да, сегодня получил милое, желанное, длинное письмо от Юрочки. Кажется, немного опоминается. Но, Боже мой, Боже мой, за что ему такая мука? Только бы освободили, только бы выжил, все будет хорошо. Но мне в делишках замечательно не везет.

9 (понед.)

Что же было? был у Лурье, что ли. К Лебедеву заходил. Продал кое-что.

70 р.

10 (вторн.)

Ездил. Эти паломничества мне приятны. Все-таки ближе. Ел кое-как. Под проливным дождем ездил в Павловск. Домой темно, грязно, обыскивают. Башмаки пропали.

130 р.

11 (среда)

Господи, Господи! Что с Юр., писем опять нет, денег нет, ничего нет. Абашидзе откладывает. Зашел в «Арзамас»⁴ – закрыто. Дождь как из ведра. У них расстройство. Как быть? Сапоги развалились и другие развалятся. Звонил Лурье. Они в меланхолии, ссорятся, наверное. Альтман опять подает записку. Луначарский в пятницу. Сашенька, наверное, позабыл. Что же делать. Пили чай, старик пил с нами. У Лурье играли Debussy. Домой идти – ливень. Как в могилу возвращаюсь.

50 р.

12 (четверг)

Мамаша спорилась со мною. Господи! Письмо от Юр. ужасно. Ура пролетариату и т. п. Попросил у Совопулы. С нотацией дал. Скучно до смерти. Вечер был у Ландау. Играли в карты. Надеждин говорит, что «следственная комиссия» мягче, чем вначале. Сиверса отпустили⁵. Жоржик занес только 50.

140 р.

13 (пятница)

Письмо от Юр. омрачило всю жизнь. Я начинаю думать, не сходит ли он с ума, или рассчитывает, что его письмо прочтут. Потому что, если правда его чувства, что он там высказывает, так это ужасно. И потом он, даже разлученный, думает, что я чего-то не делаю, делаю не так, как нужно, не так, как ему хочется, и будто совсем меня не любит. От первого письма второе отличается, как небо от земли. Положим, положение его ужасно. Господи! Еще эти Леви. Вышел и встретил Тамару Мих<айловну>. Шла в лавку, но, встретив меня, не пошла; говорила обратиться к Лилиной. Мила была очень. Я как пес небрит. Обедал. Отправился к Иммаишвили. Не было. В складе уютно, по-молодцовски. Прибеж<авший> мальчишка зовет меня в погребок. Там Ал<ексей> Иванович с дочками и московский гость. Попили винца. Согласился. Но надо работать. Отчасти расплатился. Звала О<льга> А<фанасьевна>. Лурье у Коутса. Она томится и скучает, вспоминает прошлое. Боже мой, вернется ли. Но главное, чтобы вернулся Юрочка. Я не могу входить в его комнату. Предлагают мне заведовать музеем музыкальным. Пел Моцарта.

500 <р.>

14 (суб.)

Вот уже 3-я неделя. Что же будет? Звал Горький. Очень интересное дело насчет переводов и редактирования⁶. Обедал. Масса народа. Вечером играли в лото.

30 р.

15 (воскр.)

Поплелся в Царское. Вместе с Ландау и Лизой. Знобило. Обедали все вместе. Дождь все время. Были Радловы и сестра Беленсона⁷. Она ничего, дикая какая-то, но ко мне ничего. Шлепали, шлепали. Денег ни копья. Звали в балет. Зашел к Ландау. Думал денег добыть. Пили винцо. Играли. Жар не на шутку. Хочется кричать, чтобы вернули Юрочку.

16 (понед.)

Жар. Лежу. Не выходил. Погода чудная. Вылез все-таки к Горькому. Говорил с Тихоновым. Мне он очень нравится. Будто жалованье. Брел к Бронштейну. Нечего завтра и послать-то Юр. Хочется кричать и плакать, чтобы он вернулся.

100 <р.>

17 (вторн.)

Что было? Луначарский приехал. Звонил Жаку, но он до завтра. Еще не совсем здоров. От Юр. письмецо. Будто спокойнее. Как-то он, беднягин, вернется? Театр откладывается. Долго сидели в лавке. Заходила милая Тяпа. Принесла чаю. Мамаша пекла хлебцы. Вечером у Ландау играли в кункен.

18 (среда)

Рано побежал к Жаку. Вчера Горький подал список Зиновьеву, там и Юрочка. Милый, когда увижу. Лурье храбрился сам привести. Слег, еле добился, чтобы Луначарский послал бумагу. Боже мой! В лавку приперся Гишпл<инг>; Божерянов уверяет, что я сижу – что за чушь! Некоторых знакомых Каннегисера уже выпустили. Зуб болит. Мамаша не очень отличилась с провизией. Все изнемогал с телеф<оном> Жака. Тоже дурак, с кем связался. Леви мрачнеют. Какой вздор роман Писемского. Явился еще Гумил<ев>. Письмо от Лопатто. Зовет⁸.

120 р.

19 (четверг)

Спать ничего. Кое-как сделали что-то. Не помню, что было. Звонил Алейников. Сидел с Юр., рассказывал, как там. Верно, подружились. Какой-то веселый малый. У Горького всё собрания и Жака не дозвониться.

20 (пятница)

Денег нет. Паломничал опять к Жаку. Горький не получил еще <ответа>, только в субботу. Не знал, как быть. Позвонил бедной мамаше. Сам пошел в лавку. Небрит, как пес. Вспомнил о добрейшем Алексее Ивановиче. Дождь как из кувшина. Дал. Жак тоже немного. У Гукасовых, где теперь Детский отдел, очень хорошо⁹. Забежал домой. Потом брился, покупал папирос и ел во «Франции». Дали вкусных булочек, но содрали. Стыдно. В лавке разбирался. Без меня были Мухин, Тяпа, еще кто-то. Денег опять ни копейки. Пили чай. 2 письма от Юр., одно отчаянное, другое хорошее. Которое раньше, не знаю, к сожалению. Обещают выпустить завтра. Звонил к Судейкиным. Нет дома. Поздно дозвонился. Лурье уехал с Луначарским к Горькому опять поговорить и завтра съездить в комиссию¹⁰ узнать. Забежал к Ландау, как в деревне. Играли в кункен и клевали носом. Луна светит. Приедет ли, любит ли, каков будет?

260 р.

21 (8) (суб.)

Опять ни копья нет. Ходил в магазин – заперто. В «Привал» – никого. Оленька одна сидит. Рассказывала, как вчера Артур хлопотал у Зиновьева. Что-то встревожило меня. Мамаша приехала расстроенная, что все ее обманывают, никто не хлопочет, что петербург<ские> знакомые приносят Юр. несчастье и т. д. Нож мне в сердце. Нездоровится. Холодно ужасно.

40 р.

22 (9) (воскресенье)

Есть нам нечего. Дождь как из ведра. Жак подтверждает, что Горький поручился. Пекла Вер<оника> Карл<овна> оладьи. Долго сидел дома, клюя носом. Когда же Юр.? Разгулялась погода. Пойти не к кому. Друзей у меня нет, кроме Юр. Кажется, никогда не вернется жизнь не только 1900, но даже 1915, даже 1916 года. Живешь, как на постройке. Пошел купить булочек. Пили чай. Попал к Горькому врасплох; Роджерс у него, Шаляпин, играют в лото. Очень мил. И сам подтвердил. Луна, как в балете. Юр., родной, Юр., вернитесь скорей.

200 р. (80, 40, 80 <р.>)

23 (понед.)

Дали мне. Купил кое-что, бегу домой. Пил чай. Завтракал во «Франции». В лавке масса народу. Ничего не могу делать. Вечером звали Брики, но пошел к Ландау. Там собрание насчет субсидии. Лисенков рассказывал о Киеве. Тоже не очень меня привлекает. Господи, верни, освободи Юрочку!

700 <р.>

24 (11) (вторн.)

Прелестная, ясная и теплая погода. Господи, когда вернется Юр.! Никто в лавке не был. Жак не сделал ничего, но его вранье утешительнее мрачного бездействия Лурье. Заходила Лизанька. Она всегда уютна. Звонила Тяпа, но к себе не звала. Пришел домой, думал, что Юр. постель <вернулась?> обратно, – нет, сидит. Это ужасно! На все деньги мамаша купила муки. Вышел к Лебедеву. Завтра, говорят. Очень любя, пошел к Оленьке, но там было так мрачно. Павлушка бестолково радикален, Лурье загадочно мрачен, Оленька растеряна. Голодно, недружно и довольно злобно. Господи, спаси мою душу и Юр. золотого.

100 <р.>

25/12 (среда)

Опять нет Юрочки. Ходил в Эртелев¹¹. До завтра. Без папирос, без денег, без еды, без сладкого. Еле просидел в магазине. Заходил к Бронштейну. Заперто собрание¹². Насилу добрел. Жак бессовестный ничего не сделал. Леви перебираются, упаковываются, переставляют мебель. Мамаша сварила кисель на сахарине. Мутит весь вечер.

26/13 (четверг)

Выскочил рано. Юр. почти нечего было посылать. Господи! многих освобождают. Когда же его? В Театр<альном> отделе видел Ландау и Сашу. О моем аресте наврала ему Фореста. У Гайдебурова выдали не всё. Нигде нет сладкого. Вообще паника. Купил папирос, брился, взял книжечки. Ничего, но денег мало осталось. Перевезли пьянино, оно не очень загородило. Гумилев являлся. Поздно звонила Ол<ьга> Аф<анасьевна>. Издали играл Артур свой новый романс, и она пела. Хорошо, будто все спокойно. У Леви кого-то освободили. Господи! когда-то, когда-то.

1000 р.

27/14 (пятница)

Маленькая звонила, что есть масло, но его не оказалось. Поехал. Погода отличная; со мною ехали Ландау и Лиза. Долго сидели, играли в покер, обедали, гуляли. Возвращался печально с Володей Чернявским, который все время спал. Шел дождь, темно, грязь.

28/15 (суббота)

Юр. пишет, что его совсем забыли, сердится, вероятно, но что же, что же мне больше делать? Разбирались в лавке. Вечером печально сидели. Звонил, никого нет. Буду до Юр. спать. Господи, спаси его и меня. Деньги все вышли.

29/16 (воскресенье)

Что было, не помню. Скучаю, тоскую, ничто не мило мне.

30/17 (понедельник)

Болела голова целый день. Из лавки ушел. Отоспался. Побрел к Бронштейну – ничего нет¹³. Печально шел домой. Неудачен понедельник. Прибегала Олет. Вчера она отправилась к баронессе и ее там арестовали. Артур отнесся очень небрежно, говорят. Бедная она.

80 р.