Лиза очень волновалась, словно ей предстояло отвечать у доски по теме, которой она не знала, а от оценки зависел результат в четверти. Это был первый раз, когда она должна была провести целый день с мальчиком, который ей нравится. Но как себя вести? Как обычно, будто они просто друзья, или как-то по-особенному? Может, стоит глубокомысленно молчать или, наоборот, говорить что-нибудь умное? Что-то о квантовой теории относительности (ещё бы знать, что это вообще такое)? Если бы с ними была Ева, она бы не задавала себе всех этих дурацких вопросов. Ева из тех, кто точно знает, как вести себя в любой ситуации. Поэтому её и любят. А сможет ли кто-то полюбить Лизу?

Обо всём этом она размышляла, натягивая на голову велосипедный шлем. Трясущимися руками застегнуть его никак не удавалось. А вот Макс справился быстро. И уже успел вбить в навигаторе все адреса – и своих, и Лизиных клиентов.

– Маршрут построен, – сообщил навигатор.

– Готова? – заботливо спросил Макс. – Навигатор построил оптимальный маршрут. Так что мы всё развезём, не сильно потеряв по времени. Даже остыть не успеет! Мы так иногда с Евкой делаем.

Ну вот зачем он это сказал? Лизу будто окатили из ведра холодной водой. Зато руки тут же перестали трястись, а шлем застегнулся. Ладно, тогда, может, и не стоит особо стараться и строить из себя Лизу-само-очарование-в-которую-невозможно-не-влюбиться. Будет просто Лизой.

Они с Максом почти одновременно сели на велосипеды и принялись крутить педали, стараясь не отставать друг от друга. Макс покосился на Лизино транспортное средство.

– Вот это у тебя динозавр! – Он хохотнул. – Где откопала?

Лизе захотелось встать на защиту маминого велосипеда – не такой уж он древний, хотя и без современных наворотов. Но вместо этого просто глупо захихикала.

Погода стояла пасмурная. Над городом нависали тёмные перезревшие облака. Прохожие утеплились и прихватили с собой зонты, хотя прогнозы дождя не обещали. Лиза была в шортах и лёгком кардигане с рисунком в виде сердца. Макс, одетый в джинсы и куртку поверх свитера с длинным горлом, явно подготовился к рабочему дню на улице лучше неё. Однако Лиза не ощущала прохлады. Наоборот, время от времени её бросало в жар. И когда свежий ветер холодил щёки и раздувал короткие волосы, было даже приятно.

Обычно Лиза сама составляла маршрут и хорошо знала, где можно срезать путь переулками. Но если бы сейчас её спросили, в каком районе города она находится, она вряд ли бы смогла ответить. Она полностью доверилась Максу.

Второй заказ привёл их на остров Канта. И тут же в грифельном небе образовалось окошко, словно кто-то растопил дыханием кружок на заиндевевшем стекле. Оттуда выглянуло солнце, осветив и острый шпиль Кафедрального собора, и стальную поверхность реки Преголи, и лица прохожих. Лиза расценила это как хороший знак.

Они оставили велосипеды на специальной парковке у собора и пошли пешком, выискивая среди отдыхающих на скамейках студентов и праздных туристов тех, кто оформил заказ. Лиза скинула со спины ненавистный короб, потянулась и простонала:

– Чувствую себя бурлаком на Волге.

И тут же осеклась: не сморозила ли она глупость? Но Макс рассмеялся. Это тоже был хороший знак.

Когда-то давно, года четыре назад, до Луки, они сидели все вместе на кухне – мама, папа и Лиза. Папа тогда ещё не работал дальнобойщиком, а мама не превратила кухню в рабочий кабинет, занимаясь там с учениками. Они оба преподавали в школе. Зарплаты хватало лишь на самое необходимое, но это всё равно был счастливый период для их семьи. Они частенько собирались по вечерам на кухне за чаем с вкусняшками из ближайшей пекарни. И папа травил байки об их с мамой студенческой жизни. Например, о том, как они однажды после вечернего сеанса в кино опоздали в общежитие и его двери закрыли на ночь. Им с мамой пришлось ночевать в хостеле, где на соседних кроватях в одной с ними комнате разместился табор цыган… Лиза с мамой хохотали, как умалишённые, когда папа изображал цыганку-ясновидящую, пытающуюся предсказать ему будущее по руке. И вот именно тогда папа сказал:

– Знаешь, как понять – твой это человек или нет? Вы будете смеяться над одними и теми же шутками. Даже если никому, кроме вас, не будет смешно.

И очень нежно посмотрел на маму. С тех пор всё изменилось – родился Лука, папа на целые месяцы уезжает в рейсы, мама измучена домашними делами и тупыми учениками, которые не то что второй закон Ньютона, время начала занятий запомнить не могут. Зато Лиза хорошо запомнила те папины слова.

С Максом они смеялись над одними и теми же шутками. Лиза вскочила на бордюр и пошла по нему, расставив руки в стороны, будто крылья. Ей было плевать, как она выглядит со стороны, она была просто Лизой. А Макс безропотно тащил следом её термосумку. Лишь раскрасневшееся сосредоточенное лицо выдавало, что ему совсем непросто справляться с двойной ношей.

Передав заказ, они и сами устроили на газоне небольшой пикник. Макс открыл одну из коробок с пиццей:

– Хочешь?

– Видеть её не могу! – притворно сморщила носик Лиза.

Они снова расхохотались, одновременно взяли по куску пиццы и с аппетитом стали её есть. Вдруг Лиза спохватилась:

– Ой, а как?.. Ведь это же чей-то заказ…

– Точно, – прочавкал Макс.

Лиза посмотрела на него с осуждением. Но в глазах Макса плясали лукавые огоньки. Он выдержал театральную паузу, с усмешкой наблюдая за встревоженной Лизой. Потом прыснул от смеха:

– Это мой заказ. Я сам его оплатил и взял с собой.

Лиза притворилась, что рассержена, даже легонько стукнула Макса кулаком по плечу. Но ей было безумно приятно, что он заранее позаботился об их перекусе. Устроил для неё настоящий сюрприз.

За день курьеры несколько раз возвращались в пиццерию за новыми коробками и к вечеру успели развезти немало заказов. Они были вдвоём, поэтому время пролетело незаметно. А ещё вместе было не так страшно влипнуть в какую-нибудь историю.

Поэтому, когда Лизе пришёл заказ по одному из прежних адресов, она не стала переживать. На пороге квартиры стояли те самые парни-неадекваты – один из них был в тех же шортах с пальмами, а другой сменил рубашку с летучими мышами на некогда белую футболку, которую дополняли несколько жирных пятен в области живота.

– О, старая знакомая, – обрадовался Пальма. – Мы надеялись, что приедешь именно ты. Может, в этот раз всё-таки потусишь с нами? Мы подготовились.

Лиза напряглась, но тут из-за угла выступил Макс. Она почувствовала на затылке его возмущённое дыхание.

– Вообще-то это моя девушка, – заявил он таким тоном, будто говорил: «Вообще-то у меня в кармане огнемёт».

– Эй, полегче, – сразу пошли на попятную парни. – Мы же не знали. Повезло тебе.

Пальма схватил пиццу и, не желая продолжать разговор, резко захлопнул дверь. А Лиза мысленно поблагодарила судьбу за этот заказ. Разве иначе Макс сказал бы то, что сказал? Интересно, он действительно так считает или произнёс это, чтобы отделаться от неадекватов? А если он думает так на самом деле, то значит ли это, что они уже встречаются?.. Блин, почему никто не говорил, что быть взрослой настолько сложно? Когда ты маленькая, тебе всё объясняют родители. И, главное, ты им веришь. А теперь? Кто разъяснит Лизе теперь? Родители на эту роль уже не годились.

Было и ещё одно забавное совпадение. На этот раз заказ прилетел Максу. Видимо, пицца у мистера Марьяно и впрямь была достойного качества, раз к нему частенько обращались одни и те же клиенты. Лиза и Макс стояли в частном секторе перед домом старушки, которая жила с собакой по кличке Джесси. Лиза всё ещё помнила, как эта псина скалила на неё сквозь забор зубы, и поэтому предупредила Макса, что заходить во двор не стоит. Но он лишь отмахнулся и уверенно прошагал в приоткрытую калитку. Он прошёл сквозь палисадник, засаженный розами и пионами, постучал в дверь и вручил бабуле пиццу, обаяв её своей обворожительной улыбкой. А после того, как дверь закрылась, всё с той же улыбкой совершил какую-то дичь.

Макс сорвал во дворе старушки одиноко торчащий одуванчик и преподнёс его Лизе, встав на одно колено. Лицо его при этом выглядело нарочито вдохновлённым. Лиза была одновременно и в ужасе, и в полном восторге. Она пыталась сдержаться, но всё же громко рассмеялась.

В итоге им пришлось спасаться бегством, лихорадочно крутя педали. Джесси явно не любила тех, кто без спроса разоряет клумбы её хозяйки. Собака преследовала Макса и Лизу целый квартал, пока они наконец не оторвались от неё. Потом они притормозили и долго пытались восстановить дыхание, содрогаясь от истеричного хохота.