Знойным октябрьским днем мы договорились встретиться с Пабло Абелейрой возле моей гостиницы в самом центре Сальты. На смену зиме в обход весны пришло южное лето. В этот сезон город задерживает дыхание в ожидании пощады с небес. Решетки каменных террас отбрасывают ромбовидные тени на залитые солнцем дворики вроде того, где сижу я. Местные называют свой город Сальта-ла-Линда, Прекрасная Сальта.

Пабло Абелейра – программист, который верит в данные. Он мог бы чувствовать себя как дома хоть в Стокгольме, хоть в Кремниевой долине. Кроме того, он брат Чарли Абелейры, местного политика, который присматривает за районом Нормы. «Я технарь, – говорит он с широкой улыбкой, и его крупные зубы сверкают, как и его пикап. – Я думаю о том, как улучшить ситуацию с помощью данных, информационных панелей и ИИ. Я не работаю на местах и не общаюсь с людьми напрямую».

После окончания университета Пабло успел пожить в Аргентине, Коста-Рике, Мексике и Доминиканской Республике. Он работал в международной технологической компании SAP и консультировал такие компании, как Coca-Cola, Budweiser и DaimlerChrysler, анализируя данные, чтобы помогать им развивать бизнес и увеличивать прибыль. В 2013 году, когда местный тележурналист Хорхе Ланата выпустил серию разоблачительных репортажей о политиках северных провинций, граничащих с Сальтой, Пабло обратил внимание на крайнюю нищету в его родном городе. Местные семьи, особенно коренного происхождения, не имели возможности пользоваться канализацией и питьевой водой. Зрителей по всей стране особенно поразил момент, когда маленький ребенок в одном из репортажей прошептал: «Я хочу пить».

Эти откровения шокировали Пабло – и остальную Аргентину, которая, несмотря на экономические трудности, входит в число богатейших стран Латинской Америки. Пабло было особенно досадно, поскольку он верил, что правительство не располагает полными сведениями о происходящем, а имеющаяся информация не работает на благо людей. Разрозненные, плохо структурированные данные не поддавались осмысленному анализу. Пабло считал, что в отличие от большинства успешных предприятий, с которыми он имел дело, правительства не знают, как ставить на первое место нужды своих клиентов, то есть граждан, и не умеют расставлять приоритеты в своей работе. Их инициативы просто обречены на провал.

Именно в этот период своей жизни Пабло начал чувствовать себя потерянным. Он пока не понимал, чего ему не хватает, но был неудовлетворен. «Я мог и дальше работать в SAP, получая большие деньги, – мне платили очень хорошо, – но я хотел заняться чем-то более значимым, – говорит он. – Мне не давал покоя вопрос о том, зачем мы здесь. Я всегда считал, что мы рождаемся не без причины, что у нас есть предначертанный путь».

Пабло вырос в Сальте и теперь решил, что пора набраться храбрости и вернуть свою семью домой.

Тем временем разоблачительные репортажи Ланаты подтолкнули губернатора Сальты Хуана Мануэля Уртубея к переменам. Уртубей, метивший в президенты Аргентины, объединил усилия с католической благотворительной организацией Conin, которая занимается проблемой недоедания и выступает против абортов, обещая сократить детскую нищету в Сальте. Чтобы сдержать свои обещания, они назначили брата Пабло, Чарли Абелейру, министром по охране раннего детства, и он возглавил соответствующее министерство, призванное искоренять причины нищеты.

Чарли более десяти лет занимал различные министерские посты в органах местного самоуправления. Он воочию наблюдал нищету, когда работал с обитателями трущоб Сальты, где жила и семья Нормы Гутиаррас: он видел, что молодежь сидит без работы, что подростки рожают детей, что ученики бросают школу – и что этот цикл повторяется снова и снова, поколение за поколением.

Он знал, с какими проблемами сталкивается общество, однако не был ни инженером, ни специалистом по работе с данными. Ему нужен был человек, имеющий технические навыки, чтобы создать решения, которые можно быстро масштабировать. Человек, которому он мог бы доверять. Например, его младший брат, Пабло.