Сон о казни. Обезглавливание. Не решив, отрубить ли мне голову или гильотинировать, пока что, дабы я не шевелился, от меня потребовали засунуть ее в отверстие. Железо, неприятно обхватывая, царапало мне шею. Я умолял палача избавить меня от этого и положить всему конец. Удар произошел, но я не проснулся. Голова моя оказалась в яме, как и само тело. С напряженным интересом я следил, продолжу ли я жить, или мысль в моей голове сама собой угаснет через несколько секунд. Вскоре не осталось никаких сомнений в том, что я выжил. Я заметил, что продолжаю существовать совершенно бестелесно – и независимо от своего тела. Я даже, кажется, способен к восприятию. Однако только сейчас, к своему ужасу, я обнаружил, что всякая возможность проявить себя или каким-либо образом сообщить о себе у меня отнята. Я подумал: абсурдность веры в духов заключается в том, что она отказывает им в решающем свойстве, составляющем чистый дух, а именно в абсолютной сокрытости [?], и тем самым выдает его миру чувств. От этого и пробудился.

Должно быть, я почувствовал во сне сильный позыв к мочеиспусканию. Во всяком случае, испытывая крайнее неудобство, отчаяние и страх из-за задержки мочи, я искал место, где мог бы удовлетворить позыв. Это был большой, элегантный и белый мужской туалет в гранд-отеле, возможно в отеле «St. Francis» в Сан-Франциско. К своему ужасу, я обнаружил, что здесь все готовятся к дамской вечеринке, вероятно в женском клубе. Всё было украшено, ряды стульев были расставлены для домашнего концерта; в писсуарах были венки, цветочные композиции, розы; слуги деловито сновали вокруг. Но ничто не могло помешать мне сделать свои дела. Однако тут стало ясно, что поток мочи, который я испускал, был настолько огромным, что он быстро переполнил писсуар и затопил зал для торжеств. Не видя этому конца, я в ужасе проснулся.