После того как по радио передали призыв Эйзенхауэра к Германии сложить оружие, я уснул и увидел сон. Я был на юге Германии, в большой комнате с эркером, выходящим на рыночную площадь, в Вюрцбурге или Аморбахе. Стояла теплая ночь – гораздо теплее обычной немецкой летней ночи. Небо было такого зеленовато-голубого цвета, какой бывает только на театральных декорациях. Оно было усыпано бесчисленным множеством маленьких сверкающих звезд, одинаковых и расположенных в абсолютно строгом порядке. Пока я собирался повернуть голову, чтобы лучше рассмотреть происходящее на сцене, звездный узор, будто ковер, двигался передо мной, словно кинопленка. Во сне я подумал: это невозможно, звезды не могут быть одинакового размера и располагаться в таком строгом порядке, – и сосредоточился, чтобы рассмотреть их повнимательнее. К моей великой радости, я обнаружил, что в этом узоре действительно выделяется группа – созвездие из более крупных и ярких звезд. Каждая напоминала светильник. Однако мои усиленные наблюдения и скепсис заставили меня проснуться. Всё это длилось, должно быть, лишь секунду. Сон был невероятно счастливым; красочным.