Они с Дэнни приступили к делу на следующий день, пока Элена была в клубе. Сэм работала в утреннюю смену, так что домой вернулась к обеду. Сосед встретил ее на дороге с собакой и с пистолетом в кобуре на поясе. Сэм нахмурилась.

– Я думала, у тебя большое ружье или что-то в этом духе.

– Сейчас не охотничий сезон, – возразил он. – Может, в Вашингтоне и разрешено открытое ношение оружия, но, если в июне размахивать ружьем на улицах Фрайди-Харбор, наверняка явится помощник шерифа.

Собака у ног Дэнни обнюхивала дорогу. Пистолет в кобуре выглядел компактно и многообещающе.

– Можно вытащить? – спросила Сэм.

Ларсен поморщился.

– А ты когда-нибудь держала пистолет в руках? – Она покачала головой. – Не сейчас. Может, попозже.

Время у них было, и они приготовились ждать сколько понадобится. Бок о бок Дэнни и Сэм дошли до конца дороги, пересекли Кэттл-Пойнт и вышли на пешеходную тропу. Собака радостно пыхтела у них под ногами. Дэнни наклонился погладить ее и спросил у Сэм, с чего она вдруг подумала про ружье. Они же не на охоту идут, правда? Сэм видела, что Дэнни, хоть и согласился пойти, снова заколебался и слова сейчас выбирал так же осторожно, как вчера, когда не торопился отвечать на эсэмэски. Пока не позволил вырваться наружу страху потерять Элену. Но страх никуда не делся: самая истинная, глубинная часть личности Дэнни. К ней-то и обращалась Сэм. Нет, сказала она, они идут не охотиться. Они идут пугать. Отпугнуть то, что раньше пыталось напугать их.

Тень от деревьев ложилась на тропу, воздух тут был прохладнее. Жара, стоявшая все выходные, наконец начала уходить. Собака помочилась на кучу корней, вылезших из-под земли. Сэм с Дэнни медленно шли к северу, к гольф-клубу, и не разговаривали. Сэм в основном следила, не начнется ли движение в зарослях вокруг.

– Как думаешь, мы правда его увидим? – спросил Дэнни.

Разговоры вслух были совсем не к месту, но Сэм ответила:

– Да. – Собака убежала вперед по тропе, потом, довольно ухмыляясь, вернулась обратно на звук их шагов. Мимо проехала машина. Сэм сказала: – Наверное, можно было взять еды, чтобы его приманить. Элена так делает.

Дэнни вздохнул.

Когда они переписывались, обсуждая, как организовать вылазку, Сэм подумывала предложить Ларсену привязать какую-нибудь наживку к ошейнику собаки, чтобы медведь точно на них вышел. Но потом передумала. Им с Эленой только и не хватало судебного иска от соседей за то, что сестры подвергли опасности их питомца. Мать Дэнни вполне могла устроить истерику по этому поводу. Так что не стоило упоминать планы, которые Сэм успела обдумать и отбросить еще до того, как пришла к окончательному решению. Лучший способ найти медведя – проследить за Эленой. Пройти по этой тропе. Наблюдать, ожидать и быть готовыми в любой момент причинить медведю достаточно вреда, чтобы он ушел и никогда не вернулся.

Они добрались до того участка леса, где Элена показала зверя сестре. Тропа шла от дороги вниз. Деревья здесь росли густо. Когда Элена привела сюда Сэм, земля была скользкая от влаги, но в недавнюю жару грязь высохла. Неужели это было всего две недели назад? Или даже меньше. Просто не верится. Совсем другая жизнь, когда мама была с ними, когда Сэм не знала секретов сестры и никто из них не представлял себе грядущей катастрофы.

– Пойдем туда, – сказала Сэм.

Дэнни замялся.

– По-моему, тут частная собственность.

– И что? – Сэм сошла с дороги и двинулась в сторону леса, перешагнула бревно. Ветки деревьев у нее над головой образовывали что-то вроде плетеной решетки. Как ни обидно было признавать, но без Дэнни ей не обойтись. Он же хочет помочь Элене, так? Сэм пояснила: – Сюда Элена меня приводила показывать медведя.

Ларсен шагнул за ней. И собака тоже.

Воздух между деревьями был легким, как дыхание. В основном тут росли дубы, канадские ели и пихты с прямыми серыми стволами, но впереди Сэм заметила кривоватое земляничное дерево. У него уже отходила кора, демонстрируя голую оранжевую плоть. Ветки были увешаны плодами. Собака понюхала землю, упала и принялась кататься. Медвежьего духа Сэм не чувствовала, только чистый летний запах нагретой сосны – запах внутренней части острова, сквозь который пробивались ароматы земли, мха и соленой воды от морских приливов вдали.

Сэм села на гладкий камень. Дэнни остановился рядом и взглянул в небо, прищурился. Теперь соседу было гораздо более неловко с ней, чем на прошлой неделе. Это было заметно во всей его манере держаться: он сомневался, стоит ли приближаться к Сэм.

– Да садись, если хочешь, – предложила она. – Может, придется подождать.

Дэнни постоял, подумал, потом опустился на землю. Он был выше большинства знакомых Сэм парней. Вдруг у нее перед глазами появилась непрошеная картина: сосед с Эленой, его большие ладони и ее бледная спина. Пришлось срочно прогонять сцену из головы. Отвратительно. Что же между ними происходит, что это за недоотношения, которые сестра так долго скрывала? Совершенно непонятно. Хотя, пожалуй, была тут и некоторая логика: какое бы отчаяние ни заставило Элену попытаться приручить медведя, наверняка это повторение того порыва, который несколько лет назад вынудил ее довериться Дэнни. Похоже, сестра настолько разочарована и раздражена, что докатилась до совершенно неуместных поступков. Постыдных и странных.

Дэнни хотя бы старался выглядеть успокаивающе. Изображал плюшевого бойфренда, игрушечного медвежонка. Блестящие глаза и мягкий мех. Это хорошо для Элены, правильный выбор – найти человека, который способен сдерживать внутреннюю злость. Если бы только сестра на этом и остановилась.

– Как дела на работе? – спросил Ларсен.

Собака изучала растения по соседству. От солнечного света, пробивающегося сквозь листья на высоких ветвях, рябило в глазах.

– Нормально, – ответила Сэм. – Скучно.

– Но соцпакет хороший, да? И пенсия.

– Это только если на саму систему паромов работать. Но туда меня не взяли, только на концессию.

– А, еда, напитки и все такое?

– Да, именно. – Было приятно и одновременно горько думать, что Элена ничего не рассказывала ему о сестре. Сэм сама не понимала, как лучше: чтобы Дэнни знал всё об их семье или чтобы не знал ничего. Оба варианта ощущались бы как предательство со стороны Элены.

– Когда ты получила сертификат торгового моряка, идея же была такая, чтобы ты на паром устроилась, да? – Она кивнула. – Я помню, – продолжил сосед. – Элена так радовалась, когда нашла для тебя этот курс.

Ох. Да, пожалуй, хуже, если он всё знает. Дэнни достаточно уверенно говорил о прошлом Сэм, и она внезапно ощутила приступ подозрительности: похоже, есть еще один неизвестный ей секрет. Сейчас Дэнни скажет, что это он платил за ее обучение. Много лет одалживал их семье деньги… Господи, она не выдержит, если всплывет новая тайна, Сэм больше не может, хватит уже. Понятно, что Элена ей врала, это можно простить. Только бы Дэнни больше ничего не рассказывал.

– Дашь подержать пистолет? – спросила она.

Дэнни достал оружие. Протянул ей.

Как только Сэм взяла пистолет, внимание ее обострилось. Все лишние мысли ушли. Осталось только прикосновение ветерка, лай собаки, запахи окружающей растительности. Восприятие расширилось, перенаправилось и переключилось на оружие в руках. Удивительно: металл оказался скользким. Как будто маслом намазан. Пистолет лежал у нее на ладони прохладным грузом.

Такой маленький. Но тяжелый. Странно. Если бы эта штука была у нее в руке месяц назад, в первый раз, когда зверь подошел к их двери… Сэм подняла ствол, закрыла один глаз, прицелилась в высокую ветку.

– Он на предохранителе, – сказал Дэнни.

– Я не собираюсь нажимать на курок, – отозвалась Сэм. Она просто смотрела. Вспоминала. Воображала.

Вот наконец то чувство, о котором говорила Элена. Глубокое осознание собственного тела. Понимание всего, что было и что могло бы быть. С пистолетом можно было избавиться от зверя в тот самый первый день. Приоткрыть окно в гостиной, сделать один выстрел, и медведь сбежал бы. Они бы с Эленой ахнули, взвизгнули и обнялись. Потом вместе пошли бы к маме и рассказали ей, что с ними приключилось. Медведь! С ума сойти! Мама бы смеялась, сидя в постели.

Потом сестры годами повторяли бы друг другу эту историю. И никогда не ругались. Просто причин не нашлось бы. Мадлен не стала бы с ними связываться, так что никаких обвинений, никаких штрафов, странных предложений, последствий. Только краткая нелепая встреча с диким зверем, который сразу дал деру, как только они его напугали, – мимолетное мгновение в нерушимом сестринстве, которое рано или поздно приведет их обеих из Сан – Хуана в какое-то новое прекрасное место, где они станут жить в гармонии, а снаружи будут расти два розовых куста.

Вот такую силу давал пистолет. Он позволял поверить, что Сэм может изменить события, которые уже случились.

– Наигралась? – спросил Дэнни.

– Нет еще, – сказала Сэм. Она опустила пистолет на колени. Прошло некоторое время. Металл у нее в руках нагрелся, как живой.

Подул ветерок. А потом они услышали голос Элены:

– Ты здесь?