Мир яви – амнезия сна. Все повторяющиеся узоры могут быть смертельно ранены. Будучи убиты, темы превращаются в структуру будущей ностальгии. Не злоупотребляй своими силами, или они собьют тебя с пути. Они потеряются, они обидятся, и в конце концов они забеременеют от семени безрассудства. Скоро ты станешь прародителем сломанной структуры. Ты будешь осмеян. Оно развалится на части, словно камень, вспомнивший, что на самом деле он вода.

Этот пассаж из внутриигрового текста, предположительно написанного самим Вивеком, хорошо иллюстрирует подход Трибунала к религиозной философии. В широком смысле доктринальное измерение религии данмеров едино с большинством других учений Тамриэля: во вселенной, где как минимум некоторые божества несомненно реальны, богословие может претендовать на более объективный статус, чем в невымышленных традициях.

Сильно упрощая, внутриигровые тексты, такие как «Мономиф»[28], описывают мир как результат взаимодействия имеющих множество имён сил, связанных с порядком (Ану или Ануиэль) и хаосом (Падомай или Ситис). Их конфликт привёл к возникновению самой вселенной и множества богов, но также заложил в новый мир определённый метафизический изъян, вплоть до того, что сама реальность мироздания может быть поставлена под сомнение, как в приведённом выше фрагменте. Разные учения отличаются своими взглядами на Ану, Падомая и связанных с ними персонажей, а также своим подходом к реальности и ценности окружающего мира.

Для нашего анализа гораздо важнее не конкретные хитросплетения мифов, придуманных Киркбрайдом и коллегами, а избранная стилистика и образы, которые ссылаются на исторические учения. В кратком пересказе доктринальное измерение Трибунала (как и остальных религий Тамриэля) напоминает буддизм с его характерным скепсисом к материальному миру и сложной философией. В более поздних играх и дополнительных материалах вводится очевидно отсылающее к буддийскому просветлению понятие ЧИМ, описываемое следующем образом: «состояние, в котором можно освободиться от всех известных законов и искажений Обливиона». Но в Morrowind это понятие упоминалось без подробного раскрытия – момент, характерный сам по себе.

Дело в том, что доктринальное измерение Трибунала неразрывно связано с темой запретного, скрытого знания. В отличие от классического буддизма, являвшегося в первую очередь философией, доктринальное измерение Трибунала мистично и подлежит множеству интерпретаций как в силу специфического изложения, так и в силу нехарактерной для буддистской философии укоренённости в мифологическом измерении. 36 уроков Вивека, фундаментальное собрание текстов в игре, выступает в равной степени и историей жизни Вивека, и изложением его учения, и описанием устройства вселенной от лица божества. Причём весь текст написан подчёркнуто тёмным и двусмысленным языком и постоянно переходит с темы на тему, что вызывает ассоциации скорее с описанием мистических видений, вроде Откровения Иоанна Богослова, чем с философией. Сочетание такой стилистики и скепсиса к материальному роднит доктринальное измерение Трибунала уже не с буддизмом, а с гностицизмом – традицией, существовавшей в первые века нашей эры и учившей, что мир является творением жестокого Демиурга, из-под власти которого необходимо освободиться, соединившись через познание с подлинным, высшим божеством.

Черпая вдохновение как из греко-римской философии (в первую очередь платонического толка), так и из иудаизма, христианства, зороастризма и культов вроде римского митраизма, гностики оставили после себя корпус колоритных мистических текстов. Главная их особенность состояла в том, что, в отличие от христианства или развитого буддизма, гностики открыто утверждали, что большинство людей не предназначены для присоединения к учению, так как лишены необходимых метафизических качеств, и мистичность их текстов являлась, по сути, средством отсеивания «недостойных». Копируя их стилистику в массовую религию данмеров, Киркбрайд во многом пригласил самих игроков выступить в роли этаких «гностиков», способных, соединяя намёки в его игре, а в дальнейшем – и в его постах в Интернете, докопаться до истины (собственно, гнозиса) об устройстве Тамриэля.

Если смотреть на эту ситуацию с точки зрения феноменологии религий, «изнутри» выдуманного мира, то можно с уверенностью предположить, что большинство рядовых данмеров в действительности не понимает тонкости их собственного учения, взаимодействуя с религией в первую очередь через другие измерения, такие как мифологическое и ритуальное. Единственная религиозная доктрина, не укоренённая в мифах, но важная для каждого члена Храма Трибунала, что характерно, не так плотно укоренена в учении о борьбе Ану и Падомая и связанных с ними рассуждениях о реальности бытия. Это строгая вера в бессмертие души, сохранение у мертвеца связи с его потомками, а также возможности влиять на материальный мир. Впрочем, несложно догадаться, что подлинную важность эта концепция получает благодаря другому религиозному измерению – ритуальному.