Насколько было известно Курцу, Арлин с радостью восприняла их переезд обратно на Чипьюа. Перед тем как он загремел в Аттику, они снимали здесь офис для своей частной сыскной конторы. Тогда это был совершенно необустроенный район. В прошлом году, когда Курц вышел на свободу, они задешево сняли помещение в подвале магазина видеофильмов в деловом квартале Буффало. Весной, когда весь квартал сносили с применением взрывчатки, Курц хотел было устроить офис в «Арбор Инн» или в здании одного из заброшенных элеваторов, но Арлин добавила своих денег и настояла на том, чтобы снова обосноваться на Чипьюа. Чипьюа так Чипьюа, решил Курц.

Тринадцать лет назад заправилой бизнеса был Курц. Его напарницей была Саманта Филдинг, а Арлин работала у них секретарем. Район был в упадке, но потом выправился. Появилось множество небольших кафе, букинистических лавок, не меньше четырех тату-салонов и один оружейный магазин – любимое место Курца. Во времена его юности, в семидесятых, Чипьюа полностью состояла из магазинов, торговавших порнографией, и была забита под завязку проститутками и уличными наркоторговцами. Он знал это не понаслышке.

Сейчас улица стала островком процветания в гниющей громаде Большого Буффало. Если не выходить за ее пределы, можно было решить, что Буффало в целом – неплохое место для жизни. Жизнь протекала в трех кварталах между улицами Эльмвуд и Мэйн. Яркие огни, бары, ночные клубы, паркующиеся у тротуаров лимузины, модные рестораны, пешеходы, не боящиеся выходить на улицу после шести вечера. Ночные клубы закрывались в два часа пополуночи. А еще эти «Старбаксы». Курцу казалось, что местные гордятся ими сверх всякой меры.

Когда Арлин нашла деньги на офис, Курц поставил одно-единственное условие. Офис не должен находиться над «Старбаксом». Он их ненавидел. Кофе у них, конечно, нормальный. Курц в принципе был непривередлив: главное, чтобы в стакане не плавали тараканы или что похуже. Просто, по его мнению, как только в округе появлялся «Старбакс», местность зарастала дерьмом. Вернее, становилась дерьмом высшего класса, диснеевской пародией на самое себя.

Арлин согласилась с тем, что можно избежать соседства конкретно с этой сетью кафе, и ближайший «Старбакс» был в полутора кварталах к западу от них. И двумя этажами ниже. Однако ходили слухи, что скоро откроется еще один. Чуть ли не напротив них, на другой стороне улицы.

Сейчас, поднимаясь на третий этаж и мучительно преодолевая два лестничных марша и дверь, Курц, кажется, понял, почему Арлин хотела обосноваться именно здесь. За то время, что он сидел за решеткой, она потеряла обоих своих мужчин. Сначала подросток-сын погиб в автомобильной аварии. Потом муж умер от сердечного приступа. Они оба были помешаны на компьютерах, но все равно главным хакером в семье всегда считалась Арлин. Она и теперь виртуозно обращалась с машинами, без проблем получая доступ к файлам и базам данных окружной прокуратуры Эри, хотя уже пять лет как уволилась оттуда.

Она работала нещадно и курила так же. Помимо этого, в ее жизни осталась только любовь к детективным триллерам. Она ходила в офис, забавляясь со всеми этими «Первыми любовями» и «Свадебными колоколами», хотя с тем же успехом могла связаться с необходимыми интернет-серверами в любое время дня и ночи, не выходя за порог своего дома в Чиктоваге, пригороде Буффало. Но здесь, как понял Курц, она даже в два часа ночи чувствовала себя в центре жизни. За окном, выходившим на юг, сновали люди, ездили машины и горели яркие огни. Прямо как в большом городе.

Он задержался в дверях. Непонятно, как она отреагирует на все это – ранение в голову, пропитанная кровью повязка, лицо в виде лиловой маски, ссадина во всю левую скулу, налитые кровью, как у демона, глаза.

– Эгей, – сказал он, проходя мимо своего захламленного стола к ее, находившемуся в безукоризненном порядке.

– Сам эгей, – отозвалась Арлин, продолжая барабанить по клавиатуре и вперившись взглядом в экран монитора. Из ее рта свисала «Мальборо», приклеившаяся к губе, голову окутывали клубы сигаретного дыма, медленно утекавшие в небольшое окно, закрытое сеткой и располагавшееся по соседству с большим, застекленным.

Курц оперся о край стола и откашлялся.

Она прекратила избиение клавиатуры, стряхнула пепел с сигареты и посмотрела на него. Их разделяло меньше метра.

– Неплохо выглядишь, Джо. Начал сбрасывать вес?

Курц вздохнул.

– Гейл тебе звонила?

Гейл Димарко, невестка и подруга Арлин, работала в педиатрическом отделении окружного медицинского центра, в котором Курц еще пару часов назад лежал, прикованный наручниками к кровати.

– Естественно, звонила, – ответила Арлин. – Сейчас она работает только в дневную смену, из-за Рэйчел. Она увидела твое имя в списке вновь поступивших в восемь утра сегодня, когда пришла на работу. Когда она смогла выбрать время, чтобы тебя проведать, ты уже смылся.

Курц кивнул.

– Кроме того, копы уже были здесь с утра. Искали тебя.

Курц снял шляпу и почесал рану сквозь повязку.

– Кемпер?

– И женщина, по фамилии Кинг.

Курц посмотрел на нее. Он расстался с Риджби до того, как они с Сэм открыли агентство и пригласили на работу Арлин. Сэм ничего не знала о Риджби. Значит, не знала и Арлин. Или знала?

Пол под ногами и стол вдруг качнулись, как лодка на большой волне. Курц судорожно вдохнул и заковылял к своему столу. Он плюхнулся на свой офисный стул несколько более неуклюже, чем рассчитывал, и бросил шляпу на пол. На внутренней ленте виднелась кровь.

Арлин одним тычком затушила сигарету, встала из-за стола и подошла к нему. Осторожно, одними кончиками пальцев она начала потихоньку разматывать повязку и отклеивать пластырь. Курц хотел было оттолкнуть ее, но руки не слушались, будто их снова сковали наручниками.

– Сиди спокойно, Джо.

Она начала аккуратно отдирать тампоны, пропитанные засохшей кровью. Курц закусил губу, но промолчал.

– Ох, Джо, – сказала Арлин.

Даже малейшее прикосновение ее пальцев к ране причиняло боль. Но сейчас все причиняло ему боль, и эта была лишь дополнительным источником шума на фоне рева реактивного двигателя.

– Такое впечатление, что сквозь эти швы можно разглядывать череп, – невозмутимо добавила Арлин. – Похоже, от него откололся кусок кости. Нет-нет, не трогай сам. И не шевелись. Просто подержи пластырь вот здесь.

Она выбросила повязку в корзину для мусора. Курц успел заметить, что тампон покрыт не только кровью, но и выдранными волосами. Арлин полезла в левый нижний ящик своего стола и достала большой пакет с комплектом первой помощи. Он всегда там лежал, как и «Ругер» калибра 0,357 дюйма в правом верхнем ящике.

Когда она обработала рану чем-то, обжегшим кожу не хуже керосина, Курц закрыл глаза. Арлин наложила новый тампон и начала наклеивать полосы пластыря, отрывая их от рулона зубами.

– Итак, Джо, что будем делать? Ты знаешь, кто стрелял в тебя?

– Я ничего не помню о самой перестрелке.

– Как думаешь, они охотились на тебя или на О’Тул? Гейл сказала, что офицер по надзору сейчас в очень плохом состоянии.

– Я не знаю, кого из нас хотели убить, – ответил Курц. – Вряд ли они охотились за нами обоими сразу. У нас просто не может быть общих врагов. Скорее всего, им был нужен я.

– Ага, – согласилась Арлин, заканчивая работать с раной. – Не шевелись еще пару минут.

Она снова подошла к своему столу и достала оттуда бутылку «Джек Дэниэлс» и два стакана. Налив виски в оба, она подала ему один из них.

– Удачи нам, – сказала она и выпила свою порцию.

Курц выпил свой виски. Сейчас он показался ему чем-то вроде лекарства, но распространяющееся по телу тепло слегка ослабило головную боль.

– Мне нужно кое-что достать из компьютера, – сказал он, наклонившись вперед и опершись локтями о стол. Папки фирмы «Первая любовь» в картонных обложках заскрипели. Курц уставился на свой пустой стакан.

– Что именно? – спросила Арлин, прикуривая очередную «Мальборо».

– Все, что есть.

– Из чьего компьютера?

– Офицера по надзору Маргарет О’Тул, – сказал Курц, аккуратно надевая на голову шляпу.

Арлин искоса глянула на него сквозь сигаретный дым.

– Скорее всего, копы уже наложили на него лапу. Перелопатили весь винчестер в поисках улик.

– Я уже думал об этом, – ответил Курц. – Компьютер стоит в здании администрации округа. Он является собственностью администрации. Есть шанс, что они просто… сделали, что там нужно, чтобы скопировать все файлы с диска. Это же не уничтожает информацию?

– Конечно, – сказала Арлин. – Все равно остается вероятность того, что они сняли с машины винчестер и отправили его в криминалистическую лабораторию или что-то в этом роде, чтобы поискать ранее стертые файлы.

Курц пожал плечами.

– Но в том случае, если они не снимали диск… или вообще пока до него не добрались…

– Мы можем скопировать с него все, что на нем есть, – закончила за него Арлин. – И как ты собираешься придти в офис О’Тул средь бела дня? Это в том-то здании, где произошла перестрелка? Там сейчас должно быть полным-полно копов и криминалистов. Офис опечатали, и проход затянули желтой лентой.

– Ночью, – сказал Курц. – Ты можешь дать мне все необходимое, чтобы скопировать файлы?

– Конечно, – усмехнулась Арлин. – Но ты свихнешься, делая это. У тебя еле получается выйти в интернет и загрузить нужный файл со страницы.

– Неправда.

– Хорошо, неправда. Но ты все равно свихнешься, когда потребуется скопировать файлы на запасной диск, хотя в принципе в этом нет ничего сложного. Этой ночью я пойду туда вместе с тобой.

– Черта с два.

– Я пойду с тобой, – повторила Арлин. – Что мы делаем сейчас?

– Найди все, что сможешь, о покойном отце Пег О’Тул. Большой Джон О’Тул. Он был…

– Копом, – подхватила Арлин, стряхивая пепел. – Погиб при исполнении, около четырех лет назад. Я помню, сколько шума было в прессе и на телевидении по этому поводу.

– Ага, – ответил Курц. Затем рассказал Арлин о своих ночных посетителях. – Раскопай все, что сможешь, насчет этого брата Большого Джона, майора в отставке. Это тот, кто был в инвалидном кресле. И насчет рослого азиата. Вьетнамец, тоже лет шестидесяти. То ли Винх, то ли Тринх. Их что-то связывает. Видимо, этот Винх работает на майора.

– Винх, или Тринх, и майор О’Тул. Фамилии есть, а имена?

– Вот их-то ты и найдешь.

– Хорошо. До вечера я успею найти все, что в моих силах. Что-то еще?

– Ага, – выдохнул Курц.

За пару минут Арлин нашла в «Гугле» все возможное и распечатала список. Еще за пару минут Курц его просмотрел. В районе штата Нью-Йорк, идущем по коду 716, а также прилегающих, имелось сто двадцать три парка отдыха. Первым в алфавитном списке шел «Замок Аладдинов» (именно так, во множественном числе) на Альберта-драйв, в Буффало, а последним – «Забавный мир для детей», на Ярмарочной улице в Ниагара-Фоллс.

– Ну как? – поинтересовалась Арлин.

– Мало интересного.

– В смысле?

– Заброшенный парк, фотографии которого мне показывала О’Тул, явно отсутствует в списке. Это по большей части залы игровых автоматов при торговых центрах и аквапарки.

– Кроме «Сикс Флэгс» в Дэрьен-Лейк.

– Ага.

– «Фантастический остров» на Гренд-Айленде – самый настоящий парк отдыха, – заметила Арлин, стряхивая пепел в стеклянную пепельницу и глядя на то, как порывы осеннего ветра ударяют в большое окно офиса.

– Он в полном порядке. Продолжает работать, – сказал Курц. – На тех фотографиях, что я видел, – основательно заброшенное место. Тот парк закрыт уже не один год. А может, и не одно десятилетие.

– Так ты хочешь, чтобы я задала более подробный поиск – по зонам, по разрешениям на застройку, выданным администрацией округа, по заголовкам и газетным статьям? Как далеко нужно залезть в прошлое?

– Возможно, в конец шестидесятых, – ответил Курц.

Арлин кивнула, затушила сигарету и сделала пометку на стенографической доске.

– Только в окрестностях Буффало?

Курц потер ладонями виски. Пульсирующая боль то усиливалась, то ослабевала, не давая ему ни секунды покоя.

– Я даже не знаю, находится ли это место в пределах штата Нью-Йорк. Давай для начала посмотрим область, скажем, от западной границы штата до Фингер-Лейкс.

Арлин сделала еще одну пометку.

– Полагаю, если этой ночью мы отправимся за копиями файлов, ты сможешь снова взглянуть на эти фотографии.

– Я вообще хочу спереть их оттуда, – ответил Курц.

– Но ты понятия не имеешь, насколько они важны, верно?

– Это не улика, – сказал Курц. – Возможно, они вообще гроша ломаного не стоят. Но в том, что она показала их мне, есть что-то роковое.

– Почему, Джо? Ты же хороший частный детектив… был.

Курц нахмурился и встал.

– Ты ведь не на машине, правда? – спросила Арлин.

– Само собой. Копы наложили лапу на мой «Пинто». Держат его в том подземном гараже. Скорее всего, доверху обмотали своей желтой лентой с надписью «Место совершения преступления».

– Возможно, это пошло на пользу его внешнему виду, – сказала Арлин, одним тычком затушив сигарету. – Тебя подвезти?

– Пока не надо. Я вызову такси. Мне надо кое с кем поговорить.

– У Пруно каникулы в честь Хеллоуина, не забыл?

– Не забыл, – ответил Курц. Его лучший информатор, бомж-алкоголик Пруно регулярно исчезал из поля зрения на три недели, с начала октября и до Хеллоуина. Никто не знал, где он в это время находится.

– Может, тебе поговорить с этой Феррара? – добавила Арлин. – Какое бы дерьмо ни случилось в этом городе, она обычно знает все. Вернее, обычно является составной частью проблемы.

– Ага, – произнес Курц. – Спасибо, что напомнила. Сегодня к нам должен зайти гангстер в костюме от Армани с кучей бумаг. Не пытайся пристрелить его из пушки, которая лежит в твоем столе.

– Гангстер в костюме от Армани?

– Его зовут Колин.

– Гангстер по имени Колин, – повторила Арлин. – У тебя глюки от этой твоей контузии, Джо.

– Заезжай за мной в девять тридцать в «Арбор Инн», – сказал Курц. – Оттуда мы оба поедем в Гражданский отдел.

– Девять тридцать? Времени до черта. Что ты собираешься делать?

Вместо ответа Курц коснулся пальцами шляпы, прощаясь, и вышел на лестницу. Его ждало тридцать девять ступенек – и каждая отдалась в его голове болью.