Той ночью Джон Веллингтон Фрирз отвез Курца в медицинский центр Эри. Это была не самая ближайшая к заброшенному вокзалу больница, но единственная, местоположение которой он хорошо знал, поскольку несколько раз проезжал мимо, пока жил в «Шератоне» около аэропорта. Несмотря на снежную бурю, а возможно, благодаря ей, в приемном покое не оказалось других пациентов, и Курцем сразу занялись не меньше восьми специалистов. Двое врачей из этой группы задались вопросом, как пострадавший получил столько травм: порезы, рваные раны, сотрясение мозга, перелом ребер, перелом запястья и повреждения обеих ног. Однако хорошо одетый афроамериканец, который привез пациента, сказал, что это произошло в результате несчастного случая на стройке: его друг провалился через световой люк и упал с высоты третьего этажа, а осколки стекла, застрявшие в коже у Курца, придавали этой истории правдоподобия.

Фрирз оставался в больнице, пока не услышал, что Курц выживет, после чего сел в черный «Линкольн» и скрылся в снежной буре.

Арлин, несмотря на погоду, в ту же ночь приехала в больницу, оставалась там до следующего утра и потом приезжала каждый день. Когда утром, ближе к полудню Курц пришел в себя, она читала «Буффало ньюс». Арлин настояла на том, что каждый день теперь будет зачитывать ему вслух отдельные новости.

В четверг, в первый день после убийств, эта кровавая расправа полностью вытеснила все новости о налетевшей на город буре. Газеты и телевидение тут же окрестили случившееся «Бойней на вокзале». Погибло трое полицейских из отдела расследования убийств, гражданский по имени Дональд Рафферти, Марко Дирацио – мелкий преступник из Ньюарка и пока неопознанный мужчина азиатского происхождения. В прессе считали, что на вокзале произошла перестрелка между бандитами и полицейскими в лучших традициях боевиков. Возможно, капитан Роберт Гейнс Миллуорт и его люди работали под прикрытием.

Днем и шеф полиции, и мэр Буффало поклялись, что это хладнокровное убийство лучших полицейских не останется без отмщения, что все ресурсы, включая ФБР, будут брошены на поиск убийц, которые должны предстать перед законом. Они заявили, что это будет самая грандиозная полицейская облава в истории Западного Нью-Йорка. Время для клятвы выбрали весьма удачное – репортаж тут же попал в прайм-тайм местных и новостных телеканалов. Том Брокау, произнося вступительное слово, заявил: «Прошлой ночью в Буффало разыгралась смертоносная игра в полицейских и грабителей, и, возможно, список потерь еще не окончательный». Его слова стали на удивление пророческими, когда в четверг вечером власти заявили, что в доме капитана Миллуорта в Тонаванде нашли трупы его жены, сына, а также еще одно неопознанное тело. В вечерних новостях было процитировано высказывание представителя муниципалитета о том, что капитану отдела расследования убийств из полицейского департамента Буффало не стоило жить в Тонаванде, ведь, согласно закону города и уставу полиции, все сотрудники должны проживать в пределах Буффало. Впрочем, это заявление все по большей части проигнорировали.

В пятницу, на второй день после убийств, погибшего американца азиатского происхождения опознали как Микки Ки, которого считали одним из телохранителей мафиозного дона Гонзаги. Кроме того, ходили слухи, что детектив Брубейкер – один из погибших героев-полицейских – получал деньги от криминальной семьи Фарино. В тот вечер шеф полиции Подески торжественно заявил: «Какими бы запутанными ни были обстоятельства этого чудовищного преступления, они не должны скрыть от нас невероятного мужества одного человека, капитана Роберта Гейнса Миллуорта, который пожертвовал собой и своей любимой семьей ради жителей округа Эри и Ниагарского рубежа». Капитана Миллуорта собирались похоронить как героя. Ходили слухи, что может приехать президент Соединенных Штатов.

В тот день Курцу сделали операцию на левой ноге, правом легком и обеих руках. Весь вечер он проспал.

В субботу, на третий день, Арлин присутствовала на похоронах своей соседки миссис Дзержски, а затем принесла ее родственникам запеканку с тунцом. В тот же день «Буффало ньюс» напечатала материал, после которого визит президента пришлось отменить. Джон Веллингтон Фрирз, скрипач с мировым именем, предоставил документы, фотографии и аудиозаписи, доказывающие, что капитан Роберт Гейнс Миллуорт был самозванцем, что городская администрация наняла серийного детоубийцу, не имевшего прежде никакого опыта работы в полиции, и что этот самозванец, называвшийся прежде Джеймсом Б. Хэнсеном, двадцать лет назад убил дочь Фрирза. Кроме того, у Фрирза имелись доказательства, что Миллуорт-Хэнсен работал на криминального босса Эмилио Гонзагу и что бойня на вокзале была не противостоянием полицейских и бандитов, а результатом сложных криминальных разборок, в ходе которых что-то пошло не по плану.

В субботу днем мэр и шеф полиции заявили, что немедленно начинают расследование с участием большого жюри присяжных предполагаемой криминальной деятельности семей Гонзаги и Фарино.

На третий вечер Си-би-эс, Эн-би-си, Эй-би-си, Фокс и Си-эн-эн одновременно сообщили эту новость.

На четвертое утро, в воскресенье, «Буффало ньюс» и две местные телестанции рассказали, что мистер Джон Веллингтон Фрирз передал аудиозапись телефонного разговора между Анжелиной Фарино Феррара – молодой вдовой, недавно вернувшейся из Европы и не имевшей никакого отношения к криминальному бизнесу семьи Фарино, – и Стивеном Фарино по прозвищу Скэг, который звонил из Аттики по засекреченной линии, выделенной ему адвокатом. «Буффало ньюс» напечатала расшифровку этого разговора, а радиостанции и телеканалы полностью воспроизвели его.

Мисс Фарино: Ты нанимаешь копов, чтобы они разбирались с неугодными тебе людьми. Например, детектива Брубейкера. Я знаю, ты взял его на службу после Хэтэуэя.

Стивен Фарино: Энжи, что ты, [непечатное ругательство вырезано], болтаешь?

Мисс Фарино: Мне плевать на Брубейкера, но я просмотрела записи, которые делали в нашей семье, и выяснила, что Гонзага взял себе на службу капитана детективов. Парня по фамилии Миллуорт.

Стивен Фарино: [молчит]

Мисс Фарино: Только этот Миллуорт никакой на самом деле не Миллуорт. Это серийный убийца Джеймс Б. Хэнсен… впрочем, у него много других имен. Стиви, он убивал детей. Насиловал и убивал.

Стивен Фарино: И что?

И так далее, и тому подобное. Вместе с расшифровкой разговора «Буффало ньюс» опубликовала список из сорока пяти имен, в который входили полицейские, судьи, политики, члены комиссии по условно-досрочному освобождению и другие чиновники, которым платил Гонзага, с указанием сумм, получаемых ежегодно от мафиозного клана. Там же был и другой, намного более короткий список из восьми имен с полицейскими, занимавшими невысокие должности, и мелкими политиками, которым платила семья Фарино. Имя детектива Фреда Брубейкера оказалось во втором списке.

На пятый день, в понедельник, трое нанятых Гонзагой самых дорогих адвокатов Соединенных Штатов, включая знаменитого юриста, успешно защищавшего О. Джей Симпсона[47] несколькими годами ранее, дали пресс-конференцию и заявили, что Джон Веллингтон Фрирз – лжец и подлец, что он намеренно распространяет клевету на американцев итальянского происхождения и они готовы доказать это перед судом. Их клиент Эмилио Гонзага собирается судиться с Джоном Веллингтоном Фрирзом по факту клеветы и подать на него иск на сто миллионов долларов.

Тем же вечером Фрирз появился в «Шоу Ларри Кинга»[48]. Скрипач держался с достоинством, был печален, но решителен. Он показал фотографии своей убитой дочери. Предъявил документы, доказывающие, что Гонзага нанимал Миллуорта-Хэнсена. Показал тщательно отретушированные фотографии, на которых Миллуорт-Хэнсен позировал с убитыми детьми, включая дочь Фрирза. Когда Ларри Кинг попытался выведать у Фрирза, как к нему попали все эти материалы, Фрирз только ответил: «Я обратился к высококвалифицированному частному детективу». Когда же его спросили об иске в сто миллионов, Фрирз рассказал, что давно борется с раком кишечника и может просто не дожить до суда, чтобы защитить свое честное имя. Фрирз сказал, что Эмилио Гонзага и Стивен Фарино – убийцы и растлители детей. Им придется жить с осознанием этого. А его жизнь подходит к концу.

– Вырубите эту чертову штуковину! – сказал Курц со своей больничной койки. Он ненавидел Ларри Кинга.

Арлин выключила телевизор и закурила сигарету вопреки всем больничным правилам.

На шестой день после бойни Арлин приехала в больницу и увидела, что Курца нет ни в кровати, ни в палате. Когда он вернулся, бледный и дрожащий, таща за собой штатив для капельницы, он не сказал, где был, но Арлин догадалась, что Курц поднимался на этаж выше, чтобы проведать Рэйчел, которую теперь перевели в отдельную палату. Врачи спасли ее оставшуюся почку, и девочка постепенно выздоравливала. Гейл собрала все необходимые документы, чтобы стать законным опекуном Рэйчел, и каждый вечер после работы подолгу сидела у нее в палате.

На седьмой день, в среду, Арлин пришла с выпуском газеты «Ю-эс-эй тудэй». Эмилио Гонзагу нашли утром в Нью-Йорке с двумя пулями двадцать второго калибра в затылке. Тело засунули в багажник машины марки «Шевроле Монте-Карло», припаркованной неподалеку от рыбного рынка. «Два выстрела подряд, очевидно, действовал профессионал», – сошлись во мнении эксперты. Те же эксперты предположили, что Пять семей постарались таким образом пресечь поток негатива в прессе. «Они очень сентиментальны, когда речь заходит о детях», – заявил один из источников.

Но на седьмое утро Курц пропал. Вечером он выписался из больницы после того, как ранее один любопытный газетчик пришел в больницу и поинтересовался, не был ли Курц тем «высококвалифицированным частным детективом», о котором упоминал Джон Веллингтон Фрирз.

Арлин проверила офис, заехала в отель «Роял-Делавэр-Армс», но Курц успел забрать из обоих мест все самое необходимое и исчез.