Элизабет наклонилась над девочкой.

На вид ей было лет пять, может, чуть меньше.

У малышки были густые, золотистые локоны до плеч и очаровательное личико. Жаль только, что она плакала сейчас. Было больно смотреть на то, как слезы бегут по её щечкам, как краснеет маленький носик.

Что могло с ней случиться?

Элизабет испытывала потребность помочь крошке — и хотелось бы сделать это как можно скорее.

Та, заметив её появление, запрокинула голову и устремила на неё огромные, голубые глаза, полные слез и страха.

Сердце девушки сжалось от сострадания к ней.

Едва сдерживаясь от того, чтобы не взять её на руки, Элизабет ласково обратилась к девочке:

— Что случилось, малышка? Где твоя мама?

— Мама, — она всхлипнула, и её губки задрожали, — я потеряла маму...

— А где твоя мама? Она здесь? — всем сердцем надеясь, что не всё так плохо, уточнила Элизабет.

К её облегчению, малышка качнула головой и добавила:

— Моя мама где-то здесь. Я была с няней, а потом убежала от неё, когда она уснула.

— Так вот оно что, — Элизабет понимающе улыбнулась, — давай, мы вместе поищем твою маму?

Она протянула девочке руку, и та, не колеблясь, ухватилась за неё. Детские пальчики надежно обхватили ладонь Элизабет, словно давая понять, как решительно была настроена малышка.

— Элизабет, дочка, откуда ты взяла этого ребенка? — подходя к ней, удивился Этельберт.

— Нашла, она стояла и плакала. Разве я могла пройти мимо? — Элизабет с нежностью коснулась золотистой макушки девочки.

Та, в ответ, потянула её в сторону, туда, где находился главный зал.

— Там, там должна быть моя мама! — уверенно заявила малышка.

Элизабет послушно пошла за девочкой.

Удивительно, но теперь её совсем не беспокоило, каким образом она предстанет перед королем и его придворными.

Единственная цель — отыскать ребенку маму, затмила все прежние переживания.

Обогнав дочь с ребенком, Этельберт первым прошел в зал.

А Элизабет даже не заметила, как сделала это следом.

Лишь когда свет тысячи свечей ударил ей в глаза, и следом ощущение чего-то царапающего, пробежалось по её лицу и телу, дочь Этельберта осознала, что предстала перед королем.

Полный царственности и достоинства, тот сидел на возвышении, за отдельным столом, за которым, помимо него, разместились еще несколько человек, в том числе и женщина.

Одного из присутствующих за королевским столом Элизабет узнала.

Это был тот самый черноглазый мужчина, и прямо сейчас его взгляд был направлен на неё.

Не успела девушка прийти в себя, как малышка, сильно сжав её руку, громко крикнула:

— Нашла! Вот моя мама!

И женщина, сидевшая подле короля, медленно поднялась.