Черный внедорожник плавно въехал на парковку у дорогого ресторана. Мраморные колонны, красная дорожка, у входа — швейцар, будто всё это обычный вечер для богатых гостей.

Но Вадим прекрасно понимал: за парадным фасадом скрывался совсем не ужин с шампанским.

Внутри его провели в отдельный зал. Широкие окна, закрытые плотными шторами, стол, накрытый на двоих. За столом уже сидел мужчина лет пятидесяти, в дорогом костюме, с тяжёлым взглядом.

— Сазонов, — произнёс он, даже не вставая. — Рад, что ты всё-таки пришёл.

Вадим сел напротив, не торопясь.

— Похищения — странный способ назначать встречи. Но у вас, похоже, свой стиль.

Мужчина усмехнулся.

— Это не похищение. Это приглашение, которое нельзя было проигнорировать.

На столе стояли блюда, но Вадим не притронулся. Он смотрел прямо в глаза собеседнику.

Тем временем, снаружи…

Мия.

Она узнала куда его отвезли, и приехала чуть позже — на такси. Водитель высадил её в квартале от ресторана.

— Думал, что я тебя брошу? Ага, щас. Доверие — это хорошо, но я не слепая. Если они захотят тебя убрать, ты даже моргнуть не успеешь.

Она скользнула мимо охраны, используя поток входящих гостей. Её сердце било тревожный ритм, но движения были точные.

И вот — окно того самого зала. Шторы чуть приоткрыты. Мия замерла в тени.

Она увидела Вадима. Спокойного, сдержанного, но напряжённого, словно стальной трос. И мужчину напротив — улыбка вежливая, но глаза холодные, как лёд.

Монолог Мии:

— Вот ты где, босс. И не надейся, что я оставлю тебя одного.

Она стиснула зубы и достала из-за пояса тонкий нож. На всякий случай.

Внутри мужчина говорил:

— Твой бизнес растёт слишком быстро. Ты мешаешь людям, которых лучше не злить. Мы можем договориться. Или… ты знаешь, что бывает с теми, кто упрямится.

Вадим усмехнулся.

— Я всегда знал, что моё обаяние раздражает.

Мужчина подался вперёд:

— Подумай, Сазонов. Либо партнёрство… либо проблемы.

Вадим сделал вид, что обдумывает. Но краем глаза он уловил движение за шторой. Тень. Силуэт. Рыжие волосы, блеснувшие в щели.

Мия.

Он едва заметно сжал губы.

Мысли Вадима:

— Упрямая… я же сказал — не лезь.

Но, чёрт возьми, почему-то стало легче дышать.