В просторном бальном зале, украшенном сверкающими гирляндами и пышными цветочными композициями, внезапно распахнулся сияющий портал. Из переливов магического света ступил Фёдор Белоснежный Волколак в сопровождении своих верных подчинённых. Он успешно выполнил возложенное на него задание — доставил родителей Вари на суд земного князя, который завершился заслуженным наказанием для преступников.
Зал замер в благоговейном молчании, когда Фёдор, величественный и невозмутимый, приблизился к княжескому столу. С искренней теплотой в голосе он поздравил молодожёнов, склонившись перед ними в почтительном, но исполненном достоинства поклоне. В нескольких сдержанных, но выразительных фразах он кратко отчитался о выполненном задании, подчёркивая, что справедливость восторжествовала.
Кащей, растроганный преданностью своего верного слуги, с широкой улыбкой пригласил Фёдора занять место за праздничным столом. Подчинённые Фёдора, переглядываясь с нескрываемым облегчением, тоже расселись по местам, вдыхая ароматы изысканных яств и прислушиваясь к мелодичной музыке, наполнявшей зал.
Но Фёдор задумал нечто особенное. В глубине души он давно решил разделить эту радостную минуту не только с господином и его молодой супругой, но и со своим народом. Он намеренно не предупредил Кащея о своём замысле — хотел устроить настоящий сюрприз, который сделал бы праздник ещё более незабываемым.
Вскоре двери бального зала распахнулись вновь, и в помещение степенно вошли представители народа Фёдора. Их лица светились радостью и гордостью за своего предводителя. Фёдор, заметив, как расширились от удивления глаза Кащея и его супруги, едва сдержал торжествующую улыбку.
Рядом с Фёдором стояла его жена — Авдотья. Она была волколаком, но отличалась от супруга: её шерсть имела нежный светло-серый оттенок, а фигура была более утончённой, изящной. На ней красовалось великолепное мятное платье, подчёркивающее её природную грацию и красоту. Авдотья мягко улыбнулась, взяв мужа за руку, — в этом простом жесте читалась безмерная гордость за него и радость от возможности разделить этот знаменательный день со всеми, кто был им дорог.
Музыка зазвучала громче, огни заиграли ярче, и праздник вступил в свою самую радостную фазу — теперь, когда все, кому место было на этом торжестве, собрались вместе.