Я недовольно морщусь и захожу следом за Фионой. Это было чертовски просто.

Внутри всё забито. Я поражена количеством людей, дёргающихся вокруг. Над их головами вспыхивают стробоскопы, а в воздухе отчётливо пахнет несвежей травкой. По крайней мере, музыка, если это можно так назвать, внутри звучит не громче, чем снаружи. Понимая, что Фиона уже направляется в дальний конец зала, я бросаюсь за ней, протискиваясь между танцующими. Никто из них не замечает моего присутствия; они больше озабочены тем, что мерещится у них в головах, чем тем, кто путается у них под ногами.

Единственное, что во всём этом есть хорошего, так это то, что Фиона не выглядит такой накачанной наркотиками, как та женщина, которая умерла в переулке. Я думаю, что парни, которые манипулировали Бергманом, ещё не устали от неё. Что бы ни было в её организме, это не смертельно, во всяком случае, не сегодня вечером. Она покачивает бёдрами в такт музыке и поднимает руки над головой, покачиваясь вместе с сотней других. Только дойдя до небольшой лестницы, ведущей на низкий балкон, она опускает руки.

Другой вышибала охраняет лестницу. Он пропускает её, затем возвращается на прежнее место. Я наблюдаю, как она, пошатываясь, поднимается, затем встаю перед ним и машу рукой. Он хмурится, глядя на меня в замешательстве, как будто уверен, что видел меня где-то раньше, но не может вспомнить где. Я улыбаюсь и кладу руки ему на плечи. Он немного грубоват, и для человека моего роста это не особенно удобно, но для него это будет ещё менее удобно. В тот момент, когда он, наконец, осознаёт, кто я такая, его глаза расширяются, и я бью его коленом в пах. Он сгибается пополам, и я ударяю его в солнечное сплетение. Он падает. Я отряхиваю ладони и поднимаюсь по лестнице.

Прошло всего несколько секунд, а Фиона уже обнимает вампира. Он одет в красную форму Семьи Медичи, и, хотя я его не узнаю, у меня возникает искушение оставить его наедине с последствиями. Однако это было бы несправедливо по отношению к ней. После того, что случилось с Бергманом, было объявлено предупреждение, но, поскольку положение Медичи остаётся неясным, вполне возможно, что его кровохлёбы его не получили.

Я приподнимаю уголки рта в подобии улыбки, когда два человека из переулка — те, кто виновен в смерти Бергмана Стюарта — поворачиваются ко мне и разевают рты. Ближайший из них приходит в себя быстрее всех и швыряет свой стакан в мою сторону. Я легко уворачиваюсь. Пустая трата хорошей выпивки.

— Вот мы и встретились снова, — говорю я.

Они вскакивают на ноги. Траляля лезет во внутренний карман пиджака и достаёт кол. Вампир Медичи убирает свои клыки из Фионы, разбрызгивая её кровь по столу.

— Что, чёрт возьми, ты собираешься с этим делать? — спрашивает он.

Все его игнорируют. Труляля бросается на меня. Я хватаю его за руку и завожу её за спину, разворачивая его как раз в тот момент, когда кол Траляля вонзается ему в плечо. Он кричит. Несколько человек из танцующей толпы внизу слышат его и радостно кричат в ответ, полагая, что всё это — часть веселья. Я хватаю его за воротник и швыряю о ближайшую стену. Он неуклюже оседает на пол. Один готов.

Траляля, теперь безоружный, в ужасе. Он указывает на меня трясущимся пальцем.

— Убей её, — говорит он вампиру Медичи. — Убей её сейчас же.

Кровохлёб смотрит на меня. Он старше меня и, следовательно, намного могущественнее, но на моей стороне репутация, которая может помочь моему делу. Я бы предпочла не драться с ним, если это в моих силах.

— Я здесь не из-за тебя, — кричу я. — Мне нужен он, — я указываю на Траляля.

Вампир Медичи встаёт, слегка пошатываясь. Очевидно, наркотики в организме Фионы уже действуют на него. Возможно, это будет проще, чем я думала.

Он бросает взгляд на Траляля.

— Извини, приятель. Она под запретом. Приказ босса.

Я морщу нос. Почему Медичи хотел, чтобы я осталась цела и невредима? Прежде чем я успеваю спросить кровохлёба, он проталкивается мимо меня и, спотыкаясь, спускается по лестнице, исчезая в толпе. Я могла бы пойти за ним, но не из-за него всё это затевается. Я снова переключаю внимание на человека.

— Думаю, ты тут сам по себе, — легкомысленно замечаю я. — Если только ты не хочешь, чтобы Фиона была твоим телохранителем.

Траляля морщит лоб.

— Кто?

— Он называет меня Элли, — услужливо напоминает она.

О да, потому что она — приманка. Я делаю шаг к нему.

— Знаешь, люди много чего говорят о вампирах. Что они заботятся только о своих Семьях и бросят любого другого на съедение собакам. Ты, однако, будешь использовать себе подобных, чтобы получить то, что хочешь. Даже вампиры не так уж плохи.

— Я… Я… не понимаю, о чём ты, — заикается он.

— Нет, понимаешь, — я облизываю губы и позволяю своим клыкам удлиниться. Он вздрагивает. — Она накачана наркотиками, чтобы ты мог накачать вампира. Это был не самый умный ход. Кровохлёбы не очень-то дружелюбны, когда им кто-то угрожает.

— Иди нахер!

Я приподнимаю брови.

— Это всё, на что ты способен? Правда? — я вздыхаю. Затем резко разворачиваюсь, беру стул и, крутанувшись ещё раз, бью его по голове. У него отвисает челюсть, и он падает. — Ругаться так неприлично, — говорю я его распростёршемуся телу.

Фиона пристально смотрит на меня. Она не выглядит особенно испуганной, без сомнения, из-за наркотического опьянения, но она понимает, что происходит.

— Ты собираешься убить меня? — спрашивает она.

Я качаю головой.

— Нет. Я хочу попросить тебя об одолжении.

Она озадаченно хмурится, а я возвращаюсь к двум лежащим без сознания людям. Полагаю, мне следует позвонить Фоксворти, это было бы правильно.

Я достаю телефон и нахожу нужный номер. Когда кто-то отвечает, я говорю отрывисто.

— Это Красный Ангел. Соедините меня с Лордом Стюартом.

Наступает тишина, за которой следует щелчок. Превосходно.

В трубке раздаётся голос Стюарта.

— Что происходит? — даже несмотря на его громкий голос, его трудно расслышать. Я затыкаю ухо пальцем, чтобы заглушить грохочущую музыку.

— Я на складе рядом с Чёрным Рынком, — говорю я ему. Я тычу в Труляля носком ботинка. — У меня здесь есть два типа, которым не хотелось бы с вами знакомиться.

— Кто? — рычит он.

— Вы помните Бергмана?

Лорд Стюарт шипит.

— Назови мне своё точное местоположение.

— Я хочу кое-что взамен.

— Назови это.

— Убедитесь, что Арзо занят, и приведите его девушку в офис «Нового Порядка», — приказываю я. — Немедленно.

— Арзо? Сангвин в инвалидном кресле?

— Он самый.

— Сделано, — огрызается он.

Я диктую ему адрес и вешаю трубку. Затем кошусь на Фиону.

— Ты вампетка?

— Ага.

— Эти люди дали тебе наркотики, — говорю я ей. — Они, вероятно, в конечном итоге убили бы тебя.

Судя по выражению её лица, я думаю, что мои слова проникли в её одурманенный наркотиками мозг.

— Может, быть вампеткой — это не для тебя, — мягко говорю я. — Но прежде чем ты подумаешь о том, чтобы отказаться от этого, я бы хотела, чтобы ты помогла мне разобраться с кое с кем ещё. С другим вампиром, — я поднимаю руки в дружеском жесте. — Впрочем, ты не обязана. Если ты захочешь уйти, я не стану тебя останавливать, обещаю.

Она, пошатываясь, поднимается на ноги. На её горле всё ещё видно пятно крови и две колотые раны, оставленные вампиром Медичи. Я уже думаю, что она собирается отказаться, но она поднимает подбородок и встречается со мной взглядом.

— Хорошо.

— Ты уверена?

Она прикусывает губу и кивает.

Я принимаю её согласие, но не улыбаюсь.

— Тогда пошли, — говорю я, протягивая руку. — Надеюсь, ты не против мотоциклов.

***

Когда мы возвращаемся, я выпускаю Кимчи. Он рад меня видеть, но осторожно обнюхивает Фиону, а затем держится от неё на расстоянии. Иногда он умнее, чем кажется. Фиона садится на соседний стол.

— Мы кого-то ждём?

Я начинаю кивать, когда открывается дверь. Появляется Далия в сопровождении двух вампиров Семьи Стюарт.

— Спасибо, — вежливо говорю я им. — Вы можете идти.

Они обмениваются взглядами. Я не уверена, какие приказы отдал им Лорд Стюарт, но они решают сделать так, как я прошу. Они слегка кланяются и поспешно удаляются.

Я перевожу взгляд на Далию. Она идеально накрашена, ни одна прядка волос не выбилась из причёски, и ни единого изъяна не видно. Думаю, это маленькое чёрное платье она надела ради Арзо, но уж точно не для меня.

Я делаю глубокий вдох.

— Прости, что притащила тебя сюда.

— Сначала им был нужен Арзо, — она встречается со мной взглядом. — Он уже в больнице. Он там уже несколько часов, — что она оставляет невысказанным, так это вопрос о том, почему меня там тоже нет.

— Мм, — бормочу я уклончиво. — Я увижусь с ним там позже. Я подумала, что сначала важно сделать это.

Кимчи рычит, заставляя Фиону подпрыгнуть. Я шикаю на него.

— Кто это? — спрашивает Далия, глядя на вампиршу.

— Предложение мира.

Она вздрагивает, как будто от удивления.

— За что?

— За то, что обвинила тебя в отравлении моего дедушки, — я стараюсь говорить ровным и спокойным голосом. — Это было нечестно с моей стороны. Ты очень старалась наладить со мной отношения, а я перечеркнула все твои усилия. Мне было… больно. И я запаниковала, — я распускаю свой конский хвост и провожу рукой по волосам. — Я не знаю, что я буду делать без него.

Она подходит ко мне и кладёт ладонь мне на плечо. Мне удаётся не вздрогнуть, но это получается с трудом.

— Он может выкарабкаться. Даже если у него ничего не получится, ты будешь удивлена тем, откуда можно черпать силы. Ты справишься.

— Спасибо тебе. Ты очень любезна.

Фиона роняет пресс-папье, с которым играла. Оно разбивается о землю, повсюду разлетаются осколки. Не обращая внимания на мой разговор с Далией, она виновато смотрит на меня.

— Ой.

Далия хмурится.

— С ней всё в порядке?

— Она выпила, — спокойно отвечаю я. — Держу пари, ты не пробовала пить у человека, в организме которого содержится алкоголь. Это доставляет невероятное удовольствие.

— Поэтому ты привела её сюда?

Я пожимаю плечами.

— Она очень хотела пойти со мной. Она моя подруга, и я подумала, что ты, возможно, проголодалась.

Фиона одаривает нас счастливой улыбкой.

— Я вампетка, — объявляет она.

— Ты не обязана была это делать, Бо.

— Знаю, — отвечаю я. — Но я хотела.

Я затаиваю дыхание, когда Далия подходит к ней.

— Красивая кожа, — комментирует она, впервые обращаясь непосредственно к Фионе.

Фиона мечтательно улыбается, вытягивая шею. Далия не теряет ни секунды; её глаза встречаются с моими, когда она впивается зубами в плоть Фионы. Она жадно пьёт. Я наблюдаю за ней, готовая остановить её, если мне покажется, что она выпивает слишком много. Однако она отстраняется задолго до этого, вытирая губы.

— У неё определённо интересный вкус, — размышляет Далия. — Почти как у вина.

Если я и чувствовала какую-то вину за то, что делаю, то она исчезает из-за готовности Далии обращаться с Фионой так, словно она не более чем предмет. Даже напившись её крови, она всё равно не признаёт её как личность. Это так грубо. Я нахожу салфетку и передаю её Фионе, чтобы она приложила её к шее. Она благодарно улыбается мне.

Дверь кабинета с грохотом открывается, и появляется Мэтт. Его волосы взъерошены, и он выглядит раздражённым.

— Чёрт возьми, Бо! — восклицает он, заметив меня. — Ты могла бы сказать мне, что тебе больше не нужно, чтобы я присматривал за этими людьми!

Я понимаю, что он имеет в виду Браунслоу. Либо Коннор, либо О'Ши, должно быть, дали ему понять, что теперь всё в порядке.

— Извини.

Он бурчит он себе под нос, хотя выражение его лица смягчается, когда он видит Фиону.

— Здравствуйте. Кто вы?

Фиона просто улыбается и подставляет ему шею. Он делает шаг вперёд, но я откашливаюсь.

— На самом деле, она и так потеряла сегодня довольно много крови. Далия была последней. Наверное, лучше пока оставить её в покое.

Мэтт выпячивает нижнюю губу.

— Я провёл с этой долбаной семейкой несколько часов, слушая их непрерывную болтовню. Я проголодался.

Я пытаюсь успокоить его.

— Тогда, может быть, тебе стоит вернуться в особняк и попить от вампетки там. На самом деле, ты мог бы завезти Фиону по пути.

— Я живу в Уондсворте, — говорит она нам, пытаясь быть полезной.

Я вздрагиваю. Это в нескольких милях от особняка Монсеррат, где живет Мэтт. Он недоверчиво смотрит на меня.

— Ты, должно быть, шутишь.

— Иди.

Он сопротивляется указанию, но давнее улучшающее заклинание всё ещё действует, и это заставляет его выполнять мои приказы. Тем не менее, я думаю, что не пройдёт и недели, как он полностью изменится. Рада за него.

Далия морщит нос, когда Мэтт и Фиона уходят.

— В ней всё ещё оставалось много крови.

— Если бы он взял у неё ещё немного, она бы чувствовала слабость несколько дней. Так будет лучше.

Она приподнимает одно плечо.

— Я думаю, ты эксперт, ты же была вампиром дольше, чем я.

Я пытаюсь рассмеяться.

— Не намного дольше. Как ты себя чувствуешь? С тобой всё в порядке?

— Я в порядке. Конечно, беспокоюсь о твоём дедушке.

— Само собой.

Она облизывает губы.

— А ещё я очень хочу пить. Должно быть, это из-за алкоголя. Немного воды поможет.

Я не хочу, чтобы она разбавляла наркотики ещё до того, как они начнут действовать.

— Прежде чем ты это сделаешь, — я замялась, — я хотела узнать, как обстоят дела с Арзо. Ты знаешь, он мне очень дорог.

— Да, — кивает она. — Он тоже очень заботится о тебе.

Она встаёт, чтобы пройти на крошечную кухню. Я встаю и преграждаю ей путь, стараясь, чтобы не слишком бросалось в глаза.

— Он очень сердится? — спрашиваю я. — Ну, знаешь, потому что я обвинила тебя в… этом.

— Он это переживёт. Вот такой уж он. Его так легко обвести вокруг пальца. Может, он и Сангвин, но его характер ничуть не окреп с тех пор, как он был человеком, — она моргает, словно удивляясь собственным словам.