— Если ты не хочешь…

— Я хочу! Я хочу! — он вытягивает шею, приглашающе обнажая яремную вену.

Я ловлю на себе взгляд выпученных глаз дежурного сержанта.

— Может, нам стоит выйти на улицу? — предлагаю я.

Мы уже заканчиваем, когда О'Ши спускается по ступенькам нам навстречу.

— Я не привык быть на правильной стороне закона, — растягивает он слова. Затем замечает Коннора. — Но это хорошо, что я на правильной стороне! — заявляет он. — Девлин О'Ши — новый парень, которому нравится помогать полиции во всех вопросах, — он почёсывает шею и отводит взгляд. Я изумлённо наблюдаю за ним.

— Привет, Девлин, — сияет Коннор.

— О, привет, — бормочет О'Ши. — Я тебя там не заметил. Коннор, не так ли?

— Мы встречались несколько раз.

— Да, да. Так и есть, — он оглядывается по сторонам. — Где Кимчи? — спрашивает он наконец.

— В машине. Я вывел его на прогулку, пока вы, ребята, были внутри, — отвечает Коннор. — Он в самом деле отличный пёс.

— Он лучший, — соглашается О'Ши, прежде чем погрузиться в неловкое молчание.

— Спасибо, Коннор. Ты не обязан был это делать, — говорю я. — У меня не будет времени как следует с ним погулять.

Он широко улыбается.

— Ты права. Нам нужно возвращаться, пока ещё темно. Если мы отправимся сейчас, то успеем вовремя. Если только ты не хочешь здесь задержаться? Может быть, у полиции есть безопасное помещение, где ты можешь переночевать.

Это хорошая идея, потому что я не хочу слишком отдаляться от своих подозреваемых. Однако я не уверена, что, даже имея статус героя, я бы доверила полиции охранять меня, пока я сплю. Один случайный луч солнца, и adios muchachos. (Прощайте, друзья, — прим) Дом — это более разумно.

Я смотрю сквозь вращающееся стекло двери и замечаю Фоксворти. Он замечает меня и выходит.

— Что происходит? — спрашиваю я.

Он морщится.

— Они не произнесут ни слова, пока не прибудет их адвокат.

— Вы нашли ухо?

— Нет, — он выглядит обеспокоенным. — Нет уха, нет оружия. Возможно, это не те парни, Бо.

Я прикусываю губу. Это возможно, но кажется маловероятным.

— У вас есть люди в особняке Ренфрю?

— Ещё слишком темно. Как только рассветёт, криминалисты приступят к работе. Кстати, о первых лучах солнца…

Я киваю.

— Мы как раз уходим. Вы будете держать меня в курсе?

— Это не моя юрисдикция, но главный констебль — мой старый приятель. Как только что-нибудь случится, он мне сообщит. И да, я тебе передам.

— Отлично, — мы пожимаем друг другу руки, и он направляется обратно в здание. Я смотрю ему вслед. Он предупреждал меня, что не стоит слишком вмешиваться, но это не его дело, и ещё только пять часов утра. Я не единственная, у кого есть склонности к трудоголизму.

— Я пригоню машину, — вмешивается Коннор, явно всё ещё желая помочь. — Но там немного бардак. Я не совсем понимаю, зачем ты её купила. Может, тебе лучше остаться на мотоцикле. Я могу навести порядок в машине, когда мы вернёмся домой.

Я бросаю взгляд на О'Ши. Невероятно, но он краснеет. Он кашляет. Решив спасти деймона, я ободряюще улыбаюсь Коннору, и он убегает.

— Что с тобой? — с любопытством спрашиваю я.

О'Ши словно обороняется.

— Что ты имеешь в виду?

— С Коннором. Такое ощущение, что у тебя школьная влюблённость или что-то в этом роде, — он не отвечает. — Девлин, — говорю я, — он очень молод.

— Он не ребёнок, Бо. Ты считаешь его юным, но на самом деле он гораздо взрослее, чем ты думаешь.

Возможно, он прав.

— Это на тебя не похоже. Обычно ты более… уверен в своих завоеваниях.

О'Ши переминается с ноги на ногу.

— И что?

Меня осеняет понимание.

— Он тебе действительно нравится, не так ли? Я имею в виду, действительно нравится.

Он пожимает плечами.

— Он хороший парень. Он…? — его голос затихает.

— Гей? — я пытаюсь подумать. Я никогда не видела Коннора с девушками, но и с парнями его тоже никогда не видела. — Не знаю, — честно отвечаю я. — Он немного невинный, О'Ши. Было бы нечестно с твоей стороны развращать его.

— Я тебя умоляю! Я бы не стал его развращать, — на лице появляется ухмылка, когда возвращается настоящий О'Ши. — Во всяком случае, не очень сильно.

Я оценивающе смотрю на него.

— Я могу узнать его предпочтения, — предлагаю я. — Но если ему это неинтересно, тогда ты должен пообещать, что отступишься.

— Нет, не делай этого, — умоляет он. — Позволь мне ещё немного пофантазировать. Я поговорю с ним, когда буду готов.

— Если ты уверен.

Он кивает, когда Коннор подъезжает и высовывается из окна.

— Несмотря на весь бардак, у этой машины есть характер, — говорит он. — Мы должны дать ей имя.

Я улыбаюсь.

— Как насчёт Барри?

Коннор улыбается в ответ.

— Мне нравится! Для краткости мы могли бы называть его «Баз»!

Я поджимаю губы и открываю заднюю дверь, отодвигая хлам в сторону, чтобы мы с Кимчи могли забраться внутрь. На этот раз О'Ши может поехать на переднем пассажирском сиденье.

***

Я просыпаюсь гораздо раньше, чем следовало бы, из-за непрекращающегося звонка моего телефона. Это особенно раздражает, потому что я наслаждалась довольно пикантным сном обо мне, Майкле (с хмурым выражением лица, которое до сих пор приводит меня в замешательство) и пакете ультрапастеризованных сливок. Я шарю по прикроватному столику, чтобы схватить его, тем самым нарушая сон Кимчи. Он вскакивает на ноги, ошибочно полагая, что пришло время кормления.

— Бо Блэкмен, — бормочу я.

— Прости, что разбудил, — говорит Фоксворти, — но я подумал, что ты захочешь узнать об этом сразу.

Я резко выпрямляюсь.

— Узнать что?

— Твои двое ушли.

— Что? — кричу я.

— Их не за что было задержать. Ты не смогла установить их личность на месте преступления. Не было ничего, что указывало бы на то, что они совершали что-то противозаконное.

— Их должным образом допросили?

— Бо, это несправедливо.

Я протираю глаза.

— Я уверена, что это были они. Это должны быть они.

— Ни тела, ни следов крови нет. Всё, что у нас есть — это разбитое окно и одна пуля, застрявшая в стене сувенирного магазина. Мы не можем задержать их на основании этих улик.

— Крови нет? — насколько хороша их чёртова бригада уборщиков? — Что с их машиной? — в отчаянии спрашиваю я. — Внутри должны быть какие-то следы.

— Мы не смогли её осмотреть.

— Почему, чёрт возьми, нет?

— В дело вмешался их адвокат. Нам было не на что опереться. Он хитрый ублюдок. И, — Фоксворти делает паузу, — сдаётся мне, он твой друг.

Мои глаза сужаются. Он, должно быть, шутит.

— Гарри Д'Арно.

— Он самый.

Чёрт возьми. Я вздёрну его, когда найду.

— У тебя хотя бы есть их адрес? — если полиция собирается их освободить, мне придётся разбираться с ними самой.

— Я не могу сообщить его тебе, Бо.

— Фоксворти, перестань. Я не собираюсь причинять им вреда. Я даже не буду с ними разговаривать. Но за ними нужно присматривать. Они хладнокровно убили кого-то!

— Возможно. Возможно, они кого-то убили.

Я в отчаянии качаю головой.

— Пожалуйста.

— Я действительно не могу. Но не волнуйся, я приставил к ним команду. Каждый их шаг будет зафиксирован. Если они твои убийцы, рано или поздно мы об этом узнаем.

Беда в том, что может оказаться слишком поздно: они могут убить снова. Меня гложет злое разочарование.

— По крайней мере, ты мне веришь, — говорю я наконец. — Я ценю это.

— Конечно, я тебе верю, — тихо отвечает он.

— Ты можешь назвать мне их имена? — умоляю я в последнем отчаянном усилии.

— Прости, Бо.

Я иду в ванную и смотрю на себя в зеркало. Затем я издаю нечленораздельный крик и бью кулаком по стене. Штукатурка отлетает, и мой кулак оставляет неприглядную вмятину и несколько тонких трещин. Кимчи тычется мне в руку и тихо скулит.

— Извини, — говорю я ему. — Я не хотела тебя напугать, — я смотрю на телефон в своей руке, размышляя, стоит ли звонить Д'Арно. Я всё ещё слишком взвинчена; я чувствую, как горячий гнев разливается по моим венам. Если я не смогу поговорить с ним как спокойный интеллигентный взрослый человек, я никогда ничего не добьюсь. Кроме того, я хочу посмотреть в глаза этому скользкому адвокату.

***

Я беру Кимчи с собой в офис Д'Арно. Я уверена, что собакам вход воспрещён, но мне всё равно: пусть только попробуют меня остановить. Мне помогает то, что я не пытаюсь скрываться. Я пользуюсь общественным транспортом и не пытаюсь прикрывать лицо. К тому времени, как я добираюсь до сверкающего фасада, у меня уже много последователей. Я не спрашиваю никого из тех, кто стоит позади меня, почему им нечем заняться, кроме как слоняться за мной по пятам; меня также не беспокоят непрекращающиеся вопросы от нескольких журналистов, которые решили присоединиться ко мне. Время от времени я опускаю руку в карман и касаюсь своего белого камешка, затем мило улыбаюсь в объективы камер и позволяю своим бурлящим эмоциям превратиться во что-то очень холодное и твёрдое.

— Вы не можете войти с ним сюда, — твёрдо заявляет швейцар.

— А что, если я скажу вам, что он собака-поводырь?

— Это не так.

— Откуда вы знаете?

Он беспомощно смотрит на меня.

— Мисс Блэкмен, вы же не слепая. И я видел этого пса по телевизору. Он не обучен. Ни для чего.

Иногда эта слава работает на меня, а иногда — против меня. Я бросаю взгляд на Кимчи, который наслаждается всеобщим вниманием.

— Видимо, ты такой же знаменитый, как и я, — он виляет хвостом. — Почему я не могу взять его с собой? Он всего лишь собака, он никому не причинит вреда.

— Мне жаль. Таковы правила. Не я их устанавливаю.

Я обдумаю этот вопрос. Я не хочу, чтобы швейцар потерял работу из-за нарушения правил ради меня, но я не оставлю здесь своего пса.

— Кимчи, — говорю я самым ласковым тоном, на какой только способна, — в атаку.

Глаза охранника расширяются, и он отступает. Кимчи не нуждается в дальнейших поощрениях. Он подбегает к мужчине и, подпрыгнув, упирается обеими лапами ему в грудь. Затем он начинает яростно облизывать пуговицы на его рубашке. Я вхожу в здание.

Дойдя до ряда лифтов, я зову Кимчи обратно к себе. Он подбегает, хлопая ушами.

— Видите? — спрашиваю я, повышая голос достаточно громко, чтобы швейцар услышал. — Он очень хорошо обучен.

Мы с Кимчи заходим в лифт, а бедняга, весь в слюнях, смотрит нам вслед.

Моё присутствие в здании, несомненно, получило огласку. К тому времени, как лифт подъезжает к этажу Д'Арно, он уже ждёт. Женщина в очень короткой юбке подбегает с подносом и хрустальным бокалом с кровью. Я поднимаю брови.

— Обслуживание здесь определённо улучшилось.

Д'Арно одаривает меня профессиональной улыбкой.

— У нас теперь много клиентов-трайберов, Бо, в том числе несколько вампиров. Я рассказывал тебе о Семье Стюарт, не так ли? Мне пришлось расширяться. Мы приняли на работу более двадцати новых сотрудников.

— Рада за тебя, — фыркаю я. — Но меня интересуют не вампиры из списка твоих клиентов.

— Почему бы нам не пройти в мой офис? Твоё… — он бросает неприязненный взгляд на Кимчи, — …животное может подождать здесь.

— Собака останется со мной. И мне не нужно идти к тебе в офис. Я просто хочу знать, почему ты вчера взял этих двух новых клиентов.

— Я не понимаю, о ком ты говоришь, — спокойно отвечает он.

Я делаю шаг к нему. Женщина напрягается и отступает, но Д'Арно даже не моргает.

— О, — мурлычу я, — думаю, ты понимаешь.

— Ты имеешь в виду Эндрю Уайатта и Стивена Крида?

Я запоминаю их имена. Это оказалось проще, чем я думала.

— Зачем? — спрашиваю я. — Зачем брать их в качестве клиентов? Они не трайберы. Они позвонили тебе?

— Каждый заслуживает юридического представительства, Бо.

— Да, но ты страдаешь манией величия и помешан на трайберах. Ты бы не стал представлять их, если бы в этом не было что-то для тебя. Я хочу знать, что именно.

— В мой офис? — его лицо становится напряжённым. — Пожалуйста? Ты можешь взять с собой, э-э, собаку.

Я обдумываю это, затем любезно соглашаюсь. Мне понравилось выяснять отношения с ним на глазах у всех его сотрудников. Однако, если это означает, что он даст мне больше информации, я могу переключиться на конфиденциальность.

Д'Арно с облегчением улыбается и жестом приглашает меня следовать за ним. Мы проходим ряд за рядом мимо кабинок и комнат со стеклянными фасадами. За мной наблюдают из каждой. Я расправляю плечи и машу рукой, словно я королева.

Как только мы оказываемся в святилище Д'Арно, он предлагает мне присесть. Я вежливо отказываюсь.

— Я не совсем понимаю, зачем ты здесь, Бо, — говорит он, присаживаясь на край своего стола. — Это конфиденциальная информация для клиентов…

— Я не спрашиваю о государственных секретах, Д'Арно, — выплёвываю я. — Я хочу знать, как тебя наняли и почему ты взялся за это дело.

Он драматично вздыхает и проводит рукой по своим рыжевато-каштановым волосам, производя впечатление человека, на которого оказывают давление.

— Если бы это был кто-то другой, я бы попросил тебя уйти.

— Выкладывай. Ты меня ни на секунду не одурачишь.

Его глаза встречаются с моими, затем он улыбается и пожимает плечами.

— Справедливо, — он открывает ящик своего стола и достаёт оттуда белую карточку размером примерно А5. — Вот, — он бросает её мне. — Это было доставлено мне курьером около часа ночи.

Я замираю. По моим подсчётам, это случилось до того, как мы с О'Ши вошли в сувенирный магазин. Я читаю аккуратно выведенные чернилами слова.

«Сегодня ночью в окрестностях особняка Ренфрю могут быть арестованы два человека. Обеспечьте их скорейшее освобождение, и вы будете вознаграждены».