На Руси многих птиц наделяли даром предвидения: ворона, сороку, кукушку. В древнерусских поверьях встречаются полудевы-полуптицы, которые то ли жили на Руси, то ли изредка наведывались сюда из рая. Увидеть одних хотя бы во сне — к огромному счастью, других — к большой беде.

Образ наиболее известной девы-птицы сирин позаимствован из древнегреческих легенд о сладкоголосых сиренах, губящих моряков пением. «Сиринъ есть птица отъ главы до пояса составъ и образъ человечь, отъ пояса же птица»[646], — описывает ее «Азбуковник»[647].

У Даля читаем: «…есть лубочные картины, изображающие райских птиц сирина и алконоста (сирена?), с женскими лицами и грудью… Сирином зовут долгохвостую сову, похожую на ястреба; летает и днем, Surnia»[648].

«Сирин бо есть птица краснопеснивая, обретается к востоку близ рая, во Аравитцких странах, в райских селениях живет и, егда излетает из рая, поет песни красныя и зело неизреченны, и не вместимыи человечю уму; егда же обрящет ея человек и она узрит его, тогда и паче прилагает сладость пения своего. Человек же, слышавше, забывает от радости вся видимая и настоящая века сего и вне бывает себя; мнози же и умирают, слушавше, шествуя по ней, понеже красно и сладко пение; и есть не захочет горюн от желания своего»[649], — писал о птице протопоп Аввакум[650].

Сирин выглядит так же, как все райские девы-птицы: прекрасная женская голова на птичьем теле (обычно совы). Она поет в раю для святых, ее песни прекрасны и необычны, но если их услышат живые люди, то сразу потеряют волю и память. Сирин прилетает, чтобы во время лекарственных рос (в начале лета, от Троицы до Петрова дня) петь о грядущем блаженстве для живых.

«Прилетела птица райская,

Садилась на тот на сырой дуб,

Пела она песни царские;

“Кто в эту пору-времячко

Помоется росою с этой шелковой травы,

Тот здрав будет!”»[651]

Самые древние изображения сирина датируются Х в., они сохранились на глиняных тарелках, украшениях, книжных миниатюрах. Образ птицы встречается на лубочных картинках, продававшихся на базарах и ярмарках вплоть до начала XX в., на предметах крестьянского обихода, расписных прялках и посуде, в деревянной резьбе, вышивке и кружеве. Сирина часто изображали на колтах — височных подвесках на женском головном уборе. Московский князь Василий II Тёмный чеканил монеты с изображением этой птицы в трехзубчатой короне.

В некоторых древнерусских летописных памятниках упоминаются некие сирины, выше чресел имеющие человеческий образ, а ниже — гусиный. Их сравнивали с бесами, а название «восходит, вероятно, к древнееврейскому оригиналу, где se’irim “зооморфные демоны, обитающие в пустынных местах”»[652].

Вероятно, именно эти сирины изображались с передними конечностями в виде перепончатых лап и острым, похожим на гусиный, хвостом или в виде человекообразных существ с покрытой головой и змеиным хвостом: «Сверху баба, а ноги как у ящерицы и змеиный хвост». Это описание очень подходит к мещерской чамке (русалке) или к белорусской вужалке (полуженщине-полузмее).