Самый известный меч русских былин и сказок — кладенец. Но это не имя, а, скорее, характеристика. Клинок сравнивается с кладом или происходит из клада: из-под камня или многовекового дуба; из-под тела или головы великана; из древней могилы.

Возможно, слово «кладенец» связано с технологией производства. В давние времена кусок железа на некоторое время закапывали («клали») в землю, чтобы некачественные места разъела ржавчина; затем ее счищали, и из оставшегося чистого металла изготавливали клинок. В любом случае получается, что большая часть русских фольклорных мечей именно кладенцы.

Главным кладенцом является меч богатыря Святогора. Сам он — один из старших (самых первых) героев русских былин. Независимые богатыри не подчинялись князю Владимиру и обладали невероятной мощью; их действия определялись высшими законами Вселенной и были малопонятны обычному человеку.

^{Святогор. Картина А. П. Рябушкина. 1895 г. (Русские былинные богатыри / Рис. худож. А. П. Рябушкина. Санкт-Петербург: Г. Гоппе, ценз. 1895 / Wikimedia Commons.)}

Святогору-великану пришлось жить в горах — земля его веса не выдерживала («Не ездил он на святую Русь, / Не носила его да мать сыра земля»[631]). Он был похож на одного из великанов-йотунов из скандинавской мифологии, обитающих по соседству с Биарнией и Гардариками, и одновременно на волота[632]. По В. Далю, это «гигант, великан, могучан… богатырь, человек необычайного роста, а иногда и силы»[633]. Былинный Святогор полностью подходит под описание.

Исследователи называют местом обитания Святогора и Рипейские горы, и Урал, и Карпаты. А. Б. Гуларян[634] связывает Святогора с Кавказом и территориями древних Армении и Урарту: «Тут садился Святогор да на добра коня, / И поехал по чисту полю / Он ко тем горам да Араратскиим…»[635]

Согласно былине «Илья Муромец и Святогор», великан поехал от Арарата до Иерусалима, до Елеонской горы, где вместе с Ильей Муромцем нашел гроб, и богатыри решили его примерить. Илье домовина оказалась велика, а Святогору — в самый раз. Илья отказался закрыть гроб, и тогда Святогор закрылся сам, а снять крышку не получилось ни изнутри, ни снаружи. Илья Муромец не сумел поднять Святогоров меч-кладенец, и тогда Святогор позвал:

«…Наклонись-ка ты ко гробу ко дубовому,

Я здохну тебе да в личко белое,

У тя силушки да поприбавится»[636].

Сил у Ильи прибавилось втрое. Он поднял меч-кладенец и ударил поперек крышки гроба. Посыпались искры, и в месте удара появился железный обруч. Святогор попросил Илью похоронить его, а меч забрать себе.

В былине нет описания меча, но из текста понятно, что он подстраивается под владельца, изменяя размер, — только так можно объяснить, что в дальнейшем Илья без неудобств использует меч Святогора.

У кладенца есть и еще одно качество — он оживляет и исцеляет. В былине «Женитьба Святогора» богатырь отправился за своей суженой в землю Поморскую и в одной деревушке нашел в крайнем доме на лавке спящую беспробудным сном девушку. Ее кожа гноилась и напоминала еловую кору. Это и была суженая Святогора — Пленка Поморская.

Богатырь, долго не раздумывая, выхватил меч и ударил девушку в грудь, затем положил на стол серебряный рубль и спешно вышел. Пленка от удара пришла в себя, с нее сошла еловая кора, и девушка стала красавицей.

Происхождение меча Святогора окутано тайной. Есть предположение, что его сковал Сварог (славянский бог-кузнец) из упавшего с неба куска железа. Но, возможно, меч отковал и отец Святогора — слепец, обитатель запредельного мира.

В «Сказании о Еруслане Лазаревиче» (XVII в.) рассказывается о похождениях сына князя Лазаря — молодого богатыря Еруслана. Однажды он попал на поле боя, где среди рати лежал убитый богатырь, «а тело его, что силная гора, и глава его, что силная бугра»[637], которая, к удивлению, разговаривала. Еруслан узнал, что под головой находится меч, и попросил: «О государыни богатырская голова! Надеючись на твое великое жалованье и милосердие: хотела ты изъ подъ себя мечь свободить мне, и язъ передъ царемъ похвалился, и царь мне такъ сказалъ: толко де Еруслонъ не добудешь того меча, и ты де у меня не можешь нигде укрыться и утьти, ни водою, ни землею… О государыни богатырская голова! Не дай напрасной смерти, дай животъ!»[638]

Голова сдвинулась — Еруслан получил заветный меч, которым можно убить «вольного царя Огненного щита, Пламенное копье»[639]. Этот царь «в огне не горит, в воде не тонет»[640] и боится только меча, хранящегося под богатырской головой. Мечом можно ударить только один раз — при повторном ударе поверженный противник оживет.