Скифы[608], писал Геродот, чтут бога войны. Они не называли его по имени, но поклонялись мечу (акинаку), который и олицетворял этого бога. Меч не был просто орудием смерти — он символизировал процесс рождения или творения. Священный железный меч символизировал верховную военную власть скифского царя.

Вождь гуннов Аттила[609], прозванный Бичом Божьим или Гневом Божьим, был уверен в своей неуязвимости и способности завоевать весь мир: он полагал, что обладает мечом Ареса[610], и верил в пророчество. Священный меч, который скифские цари почитали как символ владыки войн, исчез в глубокой древности, но благодаря мистическому стечению обстоятельств был вновь обретен: «Некий пастух… заметил, что одна телка из его стада хромает, но не находил причины ее ранения; озабоченный, он проследил кровавые следы, пока не приблизился к мечу, на который она, пока щипала траву, неосторожно наступила; пастух выкопал меч и тотчас же принес его Аттиле. Тот обрадовался приношению и, будучи без того высокомерным, возомнил, что поставлен владыкою всего мира и что через Марсов меч ему даровано могущество в войнах»[611].

После смерти Аттилы меч опять исчез (возможно, был похоронен вместе с хозяином), а через 500 лет вновь появился, сыграв роль в судьбе европейской ветви российских монархов.

Предполагается, что в XI в. веке дочь Ярослава Мудрого Анастасия Ярославна, жена короля Венгрии Андраша I, в благодарность за помощь в возвращении на престол своего сына подарила герцогу Баварскому богато украшенную саблю (меч)[612].

И клинок опять стал героем драматичной истории: «Некий Лиупольд из Мерзебурга, любимец короля[613], услугами и советами которого тот обычно пользовался в самых доверительных делах, нечаянно упал с лошади и, напоровшись на собственный меч, тут же испустил дух»[614].

Это событие восприняли как Божий суд: ведь от меча (пусть и другого, не легендарного) погиб главный враг того самого герцога Отто, которому Ярославна подарила меч Ареса.