- Я тоже не в восторге, - сказала она, поворачивая ключ в замке зажигания. Из вентиляционных отверстий кондиционера хлынул теплый, но быстро охладившийся воздух. - Давай побыстрее покончим с проблемой.
Клейтон снова кивнул. Теперь она говорила так, как будто именно она составляла планы.
Лучше она, чем я. Мои планы - полный отстой.
Тереза выехала с парковки на дорогу. Заправочная станция находилась неподалеку, прямо впереди справа. Она ехала не настолько быстро, чтобы ей нужно было притормаживать на повороте. Впереди было полно места, поэтому она заехала на первое свободное место.
Она остановила машину, затянула ручной тормоз и наклонилась в сторону. Ремень безопасности натянулся между ее грудей, обтянув ткань платье вокруг больших бугров. Она принялась рыться в бардачке, в котором было полно мелочи.
Вытянув руку, Клейтон сказал:
- Не беспокойся. У меня есть мелочь.
Тереза подняла глаза.
- О, извини...
Он не хотел выглядеть столь раздраженным, но он действительно был раздражен. Она заплатила за еду, собиралась заплатить за собаку в приюте для животных, если она у них будет. Он должен был хотя бы заплатить за газету.
- Сейчас вернусь, - сказал он.
Он открыл дверцу, выбрался из машины и уже собирался закрыть дверцу, когда Тереза остановила его.
- Выбросишь мусор? - oна протянула пакет от "Бургер Кинг".
- Да, конечно.
- Спасибо, - oна улыбнулась.
Взяв пакет, он закрыл дверцу, тем самым отгородившись от ее умиротворяющей улыбки. Должно быть, она смогла понять, что его гордость была ущемлена. Теперь она будет из кожи вон лезть, чтобы не обидеть его, хотя изначально не совершила ничего предосудительного.
Клейтон бросил пакет в пластиковую бочку, которая использовалась как мусорный бак.
Он подошел к автомату для продажи газет и сунул руку в карман.
Но ничего не нащупал.
Черт.
Он совсем забыл о том, что он не в своей одежде. Он до сих пор был одет в большую и длинную одежду Митча.
Теперь ему придется вернуться в машину и попросить у Терезы мелочь.
Вздохнув, Клейтон повернулся и пошел обратно к машине.
Он подошел к машине со стороны водителя. Когда он приблизился, окно опустилось, и раздался жужжащий звук небольшого моторчика. Тереза высунула голову из машины.
- Что случилось?" - спросила она.
- Я... э... - oн почесал голову, хотя она не чесалась. - У меня нет никакой дурацкой мелочи.
Тереза посмотрела на него так, как смотрит мать, чей ребенок только что сказал ей, что обмочился.
Она убрала голову в машину. Клейтон слышал, как звенят монеты, когда она их перебирала. Через мгновение она снова высунула голову из машины, вытянув вперед руки. Монеты были зажаты в руке
Он взял деньги, пробормотал "Спасибо" и направился обратно к газетному автомату. Он просунул монеты в прорезь и отодвинул створку.
На стеллажах внутри не было нужных газет. Оставалась только одна газета на витрине. Он взял ее и отпустил створку. Он свернул газету, засунул ее под мышку и пошел обратно к машине.
Ему казалось, что он передвигается в духовке, так сильно солнце пекло ему в спину. Рубашка стала горячей и прилипла к его потной коже. После изнуряющей жары снаружи, оказаться снова в машине было просто замечательно. Прохладный воздух обдавал его. Он закрыл дверцу. Откинувшись спиной на сиденье, он вздохнул. Ему не хотелось немедленно ехать. Его живот был полон, а воздух был слишком приятным, чтобы утруждать себя чем-то еще.
- Дай мне посмотреть, - сказала Тереза.
Он почувствовал, как с его коленей взяли газету. С закрытыми глазами он слушал, как она разворачивает газету. Он решил, что она читает оглавление, пытаясь выяснить, где находится раздел с объявлениями.
- Нашла, - пробормотала она.
Снова послышался тихий шелест переворачиваемых страниц, затем наступила тишина.
Клейтон почувствовал, что его тело обмякло и затекло, когда на него нахлынула дремота.
- Полный бред!
От возгласа Терезы он проснулся. Сон медленно окутывал его успокаивающей темнотой, но теперь он снова был ослеплен ярким светом, проникающим через лобовое стекло.
Клейтон повернулся к Терезе и увидел, что она сворачивает газету в черно-белый шар.
Она бросила газету за спину, наклонилась вперед и положив руки на руль, скрестила их на затылке.
- Не очень хорошие новости? - спросил он.
- В ней нет ничего, что может нам помочь.
Нам.
- Никаких больших собак? - спросил он.
- Нет.
Клейтон застонал. Он почувствовал озноб, ноющую боль и усталость. Он откинулся на сиденье.
Вот и все. Все кончено.
Ему хотелось расплакаться, но он повернулся к Терезе.
- Спасибо за попытку, - сказал он.
- Я тебе не помогла.
Ее голос казался ему низким из-за обхвативших голову рук.
- Ты достаточно много сделала.
- О, конечно, - oна шмыгнула носом. - И что теперь?
Клейтон вздохнул.
- Думаю, мы отправимся к тебе домой, чтобы я мог забрать свой фургон.
- А потом?
А потом - бай-бай, Клейтон.
Он хотел бежать из Брикстона, уехать как можно подальше.
Но ему некуда было ехать. У него не было ни друзей, ни семьи. Никого. За последние годы, кроме Терезы, у него не было никого, кому он был бы не безразличен.
Но даже если он сбежит, Брок все равно найдет его. Он не мог спрятаться от такого безжалостного человека.
А если я убегу, Брок наверняка причинит вред Терезе.
Вчера он, скорее всего, не стал бы возражать против такого развития событий, если бы оно означало, что он останется цел и невредим. Сегодня все изменилось. Она показала, что на самом деле беспокоится о нем, несмотря на все его жалкие недостатки.
- Поеду поговорю с Броком, - сказал он. - Скажу ему, что не могу вернуть ему долг.
Тереза подняла голову.
- Не надо.
- Мне лучше побыстрее разобраться с проблемой. Если я буду тянуть дальше, то сойду с ума.
Тереза закрыла глаза. Ее веки трепетали, в уголках глаз появились морщинки. Она выглядела так, как будто испытывала боль.
- Я не могу поверить, что совершаю подобное.
Клейтон не был уверен, о какой части их сегодняшнего дня она жалеет, но он не удивился бы, если бы речь шла о целом дне.
- Не вини себя...
- Нет. Я не об этом, - eе глаза оставались закрытыми, когда она оскалила зубы. - Я знаю, где мы можем взять собаку.
Клейтон резко вскочил и сел.
- Правда?
Она кивнула. Из ее горла вырвался тонкий писк.
- Да. Я думала попросить денег у родителей, чтобы ты мог расплатиться с Броком, но я знаю, что они мне их не дадут. Эми тоже не даст. Я уверена, что не даст.
Эми. Клейтон вспомнил, что однажды видел ее у Терезы. Ему она показалась заносчивой, и он был уверен, что он ей не понравился.
- И где мы сможем взять собаку? - спросил он. - Не просто собаку, а очень большую собаку, иначе ничего не получится?
- Да нет. Собака есть. Это собака Эми. И она большая.
- Насколько большая?
- Такая же большая, как я, если не больше.
Клейтон рассмеялся. Он забарабанил ладонями по приборной панели. У Эми есть собака, и Клейтон почувствовал какое-то извращенное возбуждение, зная, что собака принадлежит ей.
Тут в его голове возникла мысль, вынудившая его прекратить радоваться. Если Тереза все это время знала, где взять собаку, почему она сказала ему только сейчас?
Он спросил ее.
- Я не знаю, - ответила она, и наконец, открыла глаза. - Я надеялась, что есть другой выход. Но теперь я вижу, что его нет.
Эми чувствовала себя великолепно. Она всегда так себя чувствовала после занятий в спортзале. Ее мышцы немного побаливали, но в них пульсировала энергия. Она, сидя за рулем своего "Джипа", чувствовала себя так, словно могла пробежать много миль. Пару раз она замечала, что едет намного быстрее разрешенной скорости, и ей приходилось ослаблять нажатие на педаль газа.
А еще ей нравилось, как вечернее тепло приятно обдавало ее тело после тренировки. Воздух был теплым и в то же время охлаждающим. Она чувствовала себя целеустремленной и бодрой, у нее было хорошее настроение, которое она хотела бы сохранить до конца сегодняшнего дня.
Распущенные волосы спадали ей на глаза.
Она откинула их назад, сокрушаясь, что волосы спутались и стали маслянистыми. Первое, что она собиралась сделать, когда окажется дома, принять душ. Смыть пот с тела. Она никогда не пользовалась душем в спортзале. Она даже в раздевалку редко заходила. Очень много женщин, удовлетворенных своим телом, ходили в раздевалке полностью голые и пытались завести с ней разговор.
Эми знала, что ей нечего стыдиться своего тела, но она соблюдала хоть какую-то скромность. У тех женщин скромности не было.
Она вспомнила, как однажды одна женщина намазывая свое тело лосьоном, начала рассказывать ей о занятиях на велотренажере. Эми сидела на скамейке, пытаясь натянуть джинсы.
Женщина, стоявшая перед ней, намазывала свою кожу лосьоном, пахнущим клубникой. Эми никогда в жизни не чувствовала себя так некомфортно, она изо всех сил старалась не обращать внимания на слова женщины, которая говорила и одновременно растирала по своей большой груди лосьон, отчего они блестели даже в тусклом свете ламп.
С меня хватит.
Теперь она ходила в спортзал только с бутылкой воды и iPod. Во время тренировки она занималась только собой - так, как ей нравилось. Никаких разговоров, только Эми и тренажеры. Через два часа она заканчивала и уходила.
Слева впереди виднелся указатель "Орлиное Гнездо". Она успела позаботиться о восстановлении указателя. Раньше он стоял под углом к земле, как будто погружался в траву. Но теперь указатель снова стоял ровно, и она заплатила за установку новой таблички на столбиках.
Выглядит мило - красочно и даже уютно.
Если бы только остальную часть территории парка было так же легко отремонтировать.
Она сбросила скорость "Джипа".
С другой стороны дороги никого не было, поэтому она свернула на гравийную дорогу.
На подковообразной дороге было полно ям и выбоин, из-за которых "Джип" слегка подпрыгивал при движении. Возможно, до конца лета дорогу удастся заасфальтировать. Единственное, о чем она беспокоилась, как поддерживать дорогу в надлежащем состоянии, после того как она будет заасфальтирована.
Асфальт легко растрескивается, и ей придется часто латать его и покрывать свежим битумом. Она будет оплачивать асфальт до конца жизни.
Сначала стояли трейлеры, находившиеся в худшем состоянии. По обе стороны, тесно прижатые друг к другу, как машины на стоянке, стояли потрепанные одноместные трейлеры с небольшими участками вместо дворов.
Жестяная обшивка покрылась ржавчиной и представляла собой паутинообразные образования, которые, казалось, распространялись по всей наружной поверхности трейлеров, как инфекция. У других трейлеров с внешней стороны были пулевые отверстия. Пулевые отверстия! Крошечные точки были отмечены тусклым налетом. Эми часто задавалась вопросом, откуда появились дырки. Может быть, какой-то пьяный придурок стрелял в свой дом? Проезжая по дороге?
Здесь живут деревенщины. Они не ездят на машинах. Пока нет, во всяком случае.
Тем не менее, кто-то наделал дыр.
Эми проехала мимо двух заброшенных трейлеров с заросшими сорняками участками. На подъездных дорожках стояли брошенные машины. Окна и лобовые стекла машин были покрыты пылью и пыльцой.
Я действительно должна придумать какой-то кодекс поведения. Нужно, чтобы все подписали его. Заставить их содержать свои дворы в порядке. И если их трейлеры нуждаются в ремонте, они должны его провести. Конечно, такое сложно осуществить, как например, внедрение нового закона. Некоторые будут не против, но найдутся и те, кто будет протестовать. К тому же, в течение многих лет люди жили без каких-либо правил, а тут она вдруг решила научить старых собак делать новые трюки. И некоторые из них могут попытаться укусить ее за подобные нововведения.
Кстати, о собаках...
Ей стало интересно, как чувствует себя Джаггер. Обычно в дни посещения тренажерного зала она оставляла его на заднем дворе, чтобы он мог вдоволь набегаться, пока ее не было. Забор был огорожен, и она не беспокоилась, что он может доставить большие неприятности. Иногда она приходила домой и обнаруживала свежие ямки, которые он успел вырыть, но такое случалось редко.
Вероятно, он хочет есть. Как и Эми. Она мечтала приготовить салат еще до того, как закончила заниматься в спортзале. Все необходимое находилось в холодильнике. Она даже купила пакет нарезанной кубиками ветчины, чтобы выложить ее сверху.
У нее во рту потекли слюнки. Сложно было поверить, что при добавлении в салат нескольких ломтиков ветчины и шпината его вкус так сильно изменится.
Она проехала мимо трейлера Райли. Никого, из них не было видно снаружи. Наверное, ужинают.
Время ужина уже прошло. Ты единственная, кто еще не ел.
Может, они отдыхают в гостиной, смотрят телевизор. Больше им заняться нечем.
Представив, как они, скучая лежат перед телевизором, Эми приуныла. Она не хотела бы дожить до их возраста, когда каждый день проходит по определенному распорядку.
Повернув на повороте на грунтовую дорогу, она увидела справа от себя трейлер Дженис и почувствовала себя подавленной. Притормозив, она наклонилась вперед и огляделась.
Натана не было видно. Слава Богу. Как раз в такое время дня она чуть не сбила его. В трейлере на кухне горел свет, бледно мерцая в лучах уходящего дня.
Нахмурившись, Эми прибавила скорость. Она надеялась, что конверт с деньгами уже ждет ее дома, хотя сильно сомневалась в этом. Что ей делать с Дженис? Эми однозначно дала ей понять, что одинокая мать должна хотя бы какие-то деньги заплатить. Если она по-прежнему не будет платить за аренду, Эми вынуждена будет действовать.