План хороший. Чистый. Эффективный. Всё, что ему нужно было сделать — это разведать обстановку. Это даже не опасно.

Ронан заставил себя глубоко вздохнуть и расслабиться. Ему становилось всё легче делать это, находить в своём сознании место, которое могло бы существовать в мире за пределами его тела.

Также становилось легче забывать законы реальности в этом реальном-но-не-реальном месте. Поэтому, когда он вышел за пределы себя, он не пытался дойти до места назначения пешком. Он держал это в уме. Возможно, помогло то, что он только что был там. В мгновение ока он оказался перед Резиденцией.

В отличие от прошлого раза, когда он был здесь, снаружи не таилось никаких демонов.

Странно.

Ронан поднялся по ступенькам и вошёл через закрытую дверь. Даже в своём нематериальном состоянии он шёл по коридорам с покалывающим, жутковатым ощущением, которое не имело ничего общего с тем, что было здесь, и имело самое непосредственное отношение к тому, чего не было.

Начиная паниковать, он облетел особняк, комнату за комнатой, снизу доверху, затем завис над крышей, чтобы осмотреть окрестности.

Пусто.

Всё было пусто. Ни младших демонов. Ни демонического лорда. Ни Кадароса.

О нет. Идайос… нет.

Ронан заставил себя вернуться в штаб-квартиру, где он посмотрел вниз с высоты здания…

Глава 39

Ронан вскочил с дивана Миры и бросился к двери, распахнув её с такой силой, что она ударилась о стену. Грохот заставил Кира обернуться и чуть не столкнуться с ним.

— Они окружили всё чёртово здание! — закричал Ронан.

— Бл*дь!

Подбежав к двери на лестничную клетку, Ронан крикнул в ответ:

— Я не видел Кадароса, но я иду за тем чёртовым телепортёром!

У Ронана не было времени ждать ответа или слышать какие-либо приказы. У него была своя миссия. Он ворвался на лестничную клетку и метнулся к двери на крышу. Он потянулся к ручке — и за миллисекунду до этого ощутил инстинктивное предупреждение.

Он пригнулся — как раз в тот момент, когда взорвалась лестничная клетка из кирпича и стали. Из его спины вырвались крылья, защищая его тело. Осколки кирпича и искромсанный металл полоснули по нему, рассекая кожу и глубоко врезаясь в мышцы там, где крылья не могли защитить его. Он закричал от боли, но вскочил в ту же секунду, как стих взрыв. Его футболка, разорванная в клочья обломками и внезапно появившимися крыльями, упала. Но он всё ещё чувствовал тяжесть своего оружия и металлического шприца, торчащего из внутреннего кармана брюк.

Демонический лорд устремился к нему, широко раскрыв кожистые крылья. Ронан выхватил свою шиву из ножен и рубанул по тянущимся когтям, отсекая часть руки и разжигая пламя Бездны.

Демон закричал и покатился на крышу. Ронан бросился к нему в атаку, прежде чем демонический лорд успел бы собраться с силами, чтобы дать отпор или телепортироваться прочь.

Возможно, он должен был догадаться по тому, как демонический лорд стоял с открытым ртом, ожидая удара шивы Ронана. Даже если бы он знал, было слишком поздно замедляться, слишком поздно останавливаться. С рёвом он вонзил свой клинок глубоко в живот демона…

Ужасная, давящая чернота окружала его. Давление было удушающим, как и ужас от осознания того, что он попал прямиком в ловушку.

Ронан задохнулся, когда воздух вернулся в его лёгкие. Зрение, слух и осязание внезапно восстановились, и Ронан оказался лицом к лицу с рычащим демоническим лордом.

Он высвободил свою шиву. Из раны демона вырвалось пламя. Демон пнул Ронана в грудь когтистой лапой, отчего тот отлетел назад и заскользил по песку.

Песок?

Ронан вскочил на ноги, смутно различая плеск волн. Они были на пляже.

Ронан подпрыгнул, взмахнув пернатыми крыльями, чтобы добраться до своего врага…

Демонический лорд исчез. Ронан упал на песок и, пошатываясь, поднялся, поворачиваясь, чтобы посмотреть, где снова появится демонический лорд.

Но он так и не появился.

Волны с ритмичным плеском накатывались на берег. Лунный свет холодно струился вниз.

Ничего. Демонический лорд исчез.

Почему?

Ужасное подозрение заставило кровь Ронана застыть. Что это за пляж? Как далеко он от штаб-квартиры?

Он направился к дороге, чтобы посмотреть, где находится, поискал какой-нибудь знакомый ориентир. Он не нашёл ни одного, но зато ему попался дорожный знак.

Портидж, 29 километров.

Бл*дь.

Глава 40

Рис был в комнате отдыха на этаже наблюдения и расследований, когда начался настоящий ад. Он проследил за Вэсом до кофейника, который стоял там. Из-за слишком долгих ночей и нехватки времени на бытовые дела у них на кухне Бункера закончился кофе.

Рису всегда нравилось бывать в отделе наблюдения. Там было так… нормально. Почти по-человечески в этом отдалённо напоминающем полицейское управление помещении, где все сотрудники ВОА носили повседневную деловую одежду и что-то печатали на клавиатурах. На заднем плане жужжал принтер.

Множество глаз устремилось на Риса, когда он проходил мимо. Он привык к этому. Люди иногда говорили ему, что это из-за того, что его лицо привлекает взгляды, но он подозревал, что это скорее из-за его чёрной тактической униформы и оружия, которые выглядели так неуместно в офисной обстановке.

Рис остановился у входа в комнату отдыха и задержался на мгновение, чтобы полюбоваться на своего супруга, пока Вэс доставал из буфета кружку. Внимание Риса привлекла табличка «Не кормиться, не трахаться», прикреплённая к стене у входа в комнату отдыха. Он осторожно снял её со стены, скомкал и бросил через плечо.

Вэс взглянул в его сторону.

— Ты только что…

— Ага.

Вэс старался выглядеть зрелым и неодобрительным, но в его глазах светился интерес.

— Здесь много людей.

— Да. Но есть ещё и ты.

Вэс улыбнулся, и, чёрт возьми, он был прекрасен. Рис подошёл к своему супругу, притянул его к себе и поцеловал. Вэс застонал прямо в губы Риса. Звук отдался вибрацией по всему телу Риса. Он любил этого мужчину всеми фибрами души. Понимал ли Вэс это?

Рис прервал поцелуй, чтобы прикусить подбородок Вэса и перейти к шее, слегка проводя клыками по вене, не повреждая кожу.

— Я люблю тебя, Вэс, больше всего на свете.

— Иисусе, я тоже люблю тебя, Рис.

И внезапно Рису не хотелось ни есть, ни трахаться. Он просто хотел прижаться к Вэсу и понять, как ему повезло, что у него есть такой сильный, терпеливый и хороший мужчина. Вэс приспособился к изменению языка тела Риса и, в свою очередь, прижался к нему.

— Когда всё это закончится… — заметив, что Рис вздрогнул, Вэс сжал его крепче и настаивал: — Когда всё это закончится, я хочу, чтобы ты снова работал с Мирой.

Рис с трудом сглотнул.

Вэс погладил его по затылку.

— Пожалуйста, Рис. Я понимаю, что тебе нужен перерыв, когда всё так накалилось, но позже, когда всё уляжется. Я хочу, чтобы ты снова работал с ней. Я знаю, это тяжело, но я думаю, что это хорошо.

— Да. Я знаю.

Через мгновение Вэс нерешительно спросил:

— А ты бы… хотел, чтобы я там был?

Рис замер, прижавшись к своей паре.

— Ты бы… сделал это? Для меня?

— Конечно, — мгновенно и напряжённо ответил Вэс. Его объятия снова сделались крепче. — Я бы предложил раньше, но боялся, что тебе не понравится эта идея.

— Я… не знаю. Я… может быть. Могу я подумать об этом?

— Конечно, Рис, Господи, конечно. Просто считай это открытым предложением. Хорошо?

Рис судорожно вздохнул и сказал то, что значило почти столько же, сколько и «я люблю тебя». Из глубины души он произнёс:

— Спасибо.

Вэс поцеловал его в висок и снова погладил по затылку.

— Хочешь кофе?

— А когда я не хочу кофе?

— Верно подмечено. Давай я возьму…

Взрыв, от которого обрушилась лестничная площадка на крыше, послал лишь незначительный толчок в отделе наблюдения, достаточный, чтобы заставить всех остановиться. Затем заверещал сигнал тревоги.

Рис и Вэс вышли в рабочее пространство, когда люди начали вскакивать со своих стульев и устремляться в защищённое помещение на первом этаже.

Рис прокричал, перекрывая вой сигнализации:

— Что, чёрт возьми, происходит?

Дюжина демонов, одетых как люди, но щеголяющих короткими рогами и выступающими клыками, ворвались в дверь на лестничную клетку. Когда Вэс выхватил пистолет из кобуры и начал стрелять, Рис перенёсся призраком, чтобы отрезать демонам доступ к убегающей толпе.

Рис выхватил свою шиву из ножен и перерезал горло ведущему демону. В этот момент мимо промчался другой демон. Рис бросился за ним, схватил его за запястье и швырнул через открытое рабочее пространство. Демон врезался в длинный стол, уставленный компьютерами, и упал на пол, поднявшись только для того, чтобы быть застреленным Вэсом.

Развернувшись, чтобы ударить другого демона, Рис перерезал ему горло, а затем отрубил руку.

— Рис! — в панике закричал Вэс, когда к Рису полетел заряженный телекинезом стол.

Рис не мог увернуться от огромного снаряда, не позволив тому врезаться в женщину в задней части бегущей толпы.

Поэтому он повернулся к нему плечом и приготовился к удару.

* * *

К тому времени, как демоны ворвались в Бункер через лестничную клетку, сигнализация уже предупредила Луку и Талию за несколько секунд до этого, учитывая, что они находились на самом нижнем уровне. Этого оказалось достаточно, чтобы Талия успела метнуться к стойке с оружием, с широкой улыбкой схватить посох с острым лезвием и бросить его Луке.

Лука поймал оружие, в равной степени забавляющийся, восхищённый и раздражённый. Что ещё он мог чувствовать, когда его блестящая, прекрасная Талия делала всё это?

Она выбрала свой собственный посох с лезвием, несколько раз для пробы покрутила им — и призраком скользнула в сторону двери на лестничную клетку. Когда дверь распахнулась и демоны хлынули внутрь, Талия начисто отрубила первую голову, поджигая обезглавленное тело огнём Бездны.

Второй демон успел сделать несколько шагов внутрь и точно так же потерял голову. К тому времени Лука занял позицию на ринге для спарринга, где у него было достаточно места, чтобы пригибаться и уворачиваться, потому что он знал, что произойдёт, как только демоны прорвутся.

И действительно, когда напор стал слишком сильным, и четыре демона прорвались мимо смертоносного посоха Талии, из зоны силовых тренировок полетело всякое дерьмо. Держа посох с лезвием в левой руке и пистолет в правой, Лука выстрелил в двух демонов, прежде чем ему пришлось увернуться от 45-килограммового блина для штанги, который полетел на него, как фрисби. Затем он перепрыгнул через вращающуюся штангу.

Когда демон добрался до Луки сквозь этот хаос, он ударил его посохом с лезвием по шее, и голова отлетела в сторону. Жаль, что Тишь не могла каждую ночь пользоваться древковым оружием в городе, потому что, чёрт возьми, оно было таким удобным.

Но и пистолеты тоже.

Он выстрелил в другого демона, но тут вся эта чёртова лестница Сэлмона со скрежетом полетела в его сторону. Лука сделал сальто назад, чтобы преодолеть препятствие длиной в 4,5 метра и забраться достаточно высоко, чтобы избежать других снарядов, которые он мог не заметить. В момент своего отстранения он осознал самую большую опасность, таящуюся в этой комнате.

Лука закричал Талии. Она оглянулась — как раз в тот момент, когда дюжина острых и блестящих предметов выпрыгнула из оружейной стойки и полетела через весь Бункер в её направлении.

Она попыталась перенестись призраком, но её посох только что вонзился в шею демона. Она отпустила его, но это стоило ей драгоценной секунды. Лука услышал её крик, когда она растворилась призраком, как раз в тот момент, когда его ноги коснулись земли.

Всю жизнь приучая себя передвигаться подобно тени, Лука обычно был бесшумным бойцом. Только не сейчас, когда его пара ранена, а у него нет времени выслеживать её в потасовке, и нет возможности узнать, не разлетится ли всё внутри него вдребезги.

Потому что, если он потеряет Талию…

С яростным криком Лука бросился в гущу демонов, отбросив свой посох ради шивы, и с дикой и отчаянной яростью принялся рубить в упор.

***

Когда башня лестничной клетки улетела с крыши, Нокс был на верхнем этаже здания, в отделе архивов и артефактов, вместе с Клэр. Он нигде больше не мог быть в такую ночь, как эта, когда неизвестно, чем всё закончится.

Хотя это можно было бы сказать о любой ночной схватке на улицах, но теперь, с Кадаросом в игре, с телепортирующимся демоническим лордом и более крупным, более сосредоточенным отрядом меньших демонов, битва будет на совершенно другом уровне, который казался невозможным.

Так что Ноксу сначала нужно было побыть со своей Клэр.

Ему нравилось видеть её здесь, в обширной библиотеке ВОА. Ему нравилось, как она погружалась в книги, свитки и папки. Она изумляла его своим спокойным, энергичным умом, радостью и способностью к самообучению. Ранние годы жизни Клэр были нелёгкими. Ей никогда не представлялось возможности исследовать свой собственный невероятный разум, и для Нокса было самой глубинной и острой радостью в жизни видеть, как она становится той, кем всегда должна была быть.

Он надеялся, что будет рядом, чтобы увидеть, какой ещё она станет, узнать, что взволновало её в следующий раз, а также услышать, как она исполнит ещё одно прекрасное музыкальное произведение. Он надеялся, что будет рядом и почувствует, как она прижимается к нему, сворачивается калачиком у него на коленях с таким доверием и любовью, как сейчас. Ноксу всегда было мало такого времяпрепровождения с ней.

Они ничего не говорили друг другу, и Ноксу нравилось, что они оба знали, как общаться без слов. Иногда слова давались им с трудом. Иногда они делали вещи менее понятными. Но их прикосновения, их дыхание вместе были идеальным союзом, которому больше ничего не требовалось.