ДАЛТОН

КОГДА ВСЕ ЕЩЕ ЖДЕШЬ СЛОВ ПОДДЕРЖКИ ОТ ТОКСИЧНОГО РОДИТЕЛЯ…

Я не был до конца уверен, чего ожидал, соглашаясь на этот фарс, но точно думал, что буду видеть Ари чаще.

Оказалось, я ошибался. Во вторник мы поехали на работу вместе — и все. Я даже не подвез ее обратно домой.

Я надеялся узнать о ней больше.

Если быть честным, я просто хотел быть рядом с ней.

Но она исчезала после тренировки ещё до того, как я успевал сойти с льда, каждый день на протяжении последних полутора недель. У меня закралось подозрение, что она меня избегает.

Даже Стивенс подошёл ко мне, приподняв бровь, и спросил, чем я её разозлил. К моему удивлению, в его тоне прозвучала нотка защиты, которую я не привык слышать

— Вы с Ариэллой что-нибудь планируете на выходных?

Я поморщился от звука голоса Хименеса. Мне нужно было поговорить с ним, все рассказать, потому что держать его в неведении начинало меня разъедать изнутри. Долго я так не протяну.

— Эм, пока не знаю, — ответил я, захлопнув шкафчик и стараясь держаться спокойно. — В конце концов, сейчас только четверг, до выходных еще есть время.

— Ну, а что вы делали в прошлые выходные? — спросил он, качая головой, когда я тупо уставился на него. — Вы только начали встречаться. Надо начинать думать об этом заранее. Выведи ее куда-нибудь. Угости вином, ужином. Женщины это любят.

Я не смог сдержать смех.

— Ари не такая, — сказал я, и на моем лице расплылась улыбка. — Она… более независимая.

Я вспомнил, как она наорала на меня за то, что я не дал ей вернуть деньги, которые перевел, прежде чем она дала мне свой номер.

Хотя, если честно, я толком ничего и не сделал. Только написал короткое сообщение, чтобы получить ее адрес. После этого она настаивала, что будет добираться на работу сама. По правде говоря, я больше не писал ей, потому что боялся. Что она откажет. Лучше уж вообще не писать… правда?

Хименес фыркнул, вырвав меня из раздумий, и раздражение поднялось в груди от его реакции.

— Это что сейчас было? — спросил я, звуча более оборонительно, чем хотел. — Нет ничего плохого в том, что женщина может сама себя обеспечить. Может, она не хочет казаться нуждающейся. Может, не хочет, чтобы кто-то получил над ней власть.

Ее слова из того разговора в машине застряли у меня в голове.

Я вырос с матерью-одиночкой, и у нее не было никого, кто бы помог. Бывали ночи, когда я лежал в постели и ждал, пока она вернется со второй смены, мечтая, чтобы у нее был кто-то, кто помог бы оплачивать счета. Но теперь… теперь я думал, может, мама сама так решила — сама зарабатывать, а не зависеть от кого-то.

Желудок скрутило.

Быть белым мужчиной ростом метр-девяносто — это куча привилегий, и многие из них я воспринимал как должное. Но страх Ари… я мог его понять.

Кристиан закрыл шкафчик и посмотрел на меня, пару раз моргнув, прежде чем расплыться в улыбке.

— Черт. Да ты реально втрескался. Никогда не слышал, чтобы ты так защищал кого-то. Даже бывшую. А я много всякого говорил про Эмму.

Я нахмурился.

— Не при мне.

— Да, но я делал ей сомнительные комплименты у тебя на глазах, — он пожал плечами, подхватил спортивную сумку и закинул ее на плечо. — Надеялся, что ты убежишь от этой хладнокровной сучки.

— Хименес.

Он поднял руки:

— Знаю, ты не любишь, когда я называю женщин этим словом. Но по отношению к ней других слов просто нет.

«Твоя бывшая — дрянь».

— Дрянь.

Мой лучший друг чуть не подавился собственной слюной, когда я это сказал. Я уже подумал, не придется ли мне делать ему искусственное дыхание.

— Прости? — спросил он, хватаясь за грудь, будто был до глубины души шокирован.

Я ухмыльнулся, зная, что следующий момент ему точно понравится.

— Ари сказала, что моя бывшая — дрянь.

Как я и ожидал, он расхохотался, держась за бока, и сполз по шкафчикам вниз. Он устроил настоящий спектакль, и к нему подошли другие ребята, посмотреть, что его так развеселило. Он вытирал слезы, катившиеся из глаз.

— Держись за эту девчонку всеми силами. Не отпускай ее, нахрен.

Почему это прозвучало так заманчиво?

— Далтон.

Услышать, как отец зовет меня по имени, было последним, чего мне хотелось. Я был готов поехать домой и развалиться на диване.

Нет, ты хочешь увидеть свою фальшивую девушку.

Я отогнал от себя все мысли о ней.

— Привет, пап… Что такое? — спросил я, поворачиваясь к нему.

Он втянул воздух сквозь зубы, кулаки его сжались по бокам.

— В мой кабинет, — бросил он и резко развернулся на своих итальянских лоферах, уходя прочь.

Проверять, пойду ли я за ним, не требовалось. Он знал, что пойду.

Я выдохнул, похрустел шеей, пытаясь снять напряжение, которое он стабильно вызывал в моих плечах. Этот человек был холоден и расчетлив, его имидж — тщательно отстроен. Он хотел, чтобы и я был таким. Но, похоже, мне никак не удавалось усвоить этот урок — как и тот, что не стоит называть его папой в здании.

О, это единственный случай, когда он не хочет, чтобы ты так его называл?

Отгоняя от себя внутренний голос, я вошел в его кабинет, закрыл за собой дверь и сел на свое обычное место. Он снял пиджак и стоял у барной стойки, разливая два бокала скотча.

Я ненавидел скотч.

— Далтон, я слышал, ты встречаешься с кем-то из персонала? — он протянул мне стакан.

Один факт про Винсента Лэнгли был железобетонным: ты никогда не узнаешь, что он думает или чувствует, пока он сам не захочет, чтобы ты знал. И сейчас он явно не хотел.

Я отпил немного янтарной жидкости, позволяя жжению прочистить мозги, прежде чем ответить. Единственная причина, по которой этот разговор не случился раньше, он был в Нью-Йорке. Я держал лицо каменным, пытаясь сыграть по его правилам.

— Да, я встречаюсь с нашей новой тренершей, — ответил я небрежно. — Подумал, это может пойти на пользу. Получу чуть больше времени в зале. Знаешь, подтяну форму.

Меня подташнивало. Даже ложь о том, что я использую Ари, вызывала отвращение, но я знал, как размышляет мой отец. Если он подумает, что я делаю это ради выгоды на льду, возможно, он изменит политику, чтобы сохранить ее в штабе. По крайней мере, на это я надеялся.

— Хм, — протянул он, отхлебывая и глядя на меня из-за края стакана. — То есть, ничего серьезного?

Лед прокатился по моим венам, но я не дал панике отразиться на лице.

— Всего-то пара недель. Ты же знаешь, сколько я был с Эммой. Не уверен, что готов снова погружаться во что-то серьезное. Это все просто весело, и, как я сказал, есть шанс поработать над кондицией.

Спина вспотела. Ложь явно не моя сильная сторона.

Прошло, казалось, вечность, прежде чем он кивнул и сел за свой стол.

— Тогда это разумный ход, — по тому, как у него приподнялся уголок рта и сверкнул взгляд, я понял, что дальше мне не понравится. — Само собой, но все же: если ты с ней спишь, используй презервативы. И только свои, не те, что она приносит. Ты знаешь, какие бывают женщины.

Ухмылка на его лице, будто он делился со мной какой-то мужской мудростью, жгла под кожей, как иглы.

Комментарий прозвучал как плевок в сторону моей матери, и я был благодарен, что он сел, ведь так он не видел, как я сжал кулаки.

— Не уверен, что понимаю, — сказал я, и холод в его глазах стал ледяным. — Какие такие женщины? — спросил я, пряча рот за краем стакана.

Он фыркнул и залпом допил скотч. Громкий стук стакана по столу заполнил паузу.

— Далтон, мужчины с деньгами и властью, как мы — лакомый кусок для таких, как она. Все, что я говорю, сын, будь осторожен. Не подпускай ее слишком близко. Мы хорошо платим, но все же. Ты в другой налоговой категории. У тебя светлое будущее, — он издевательски рассмеялся. — Я даже не уверен, что она хороша в своей работе. Я позволил Монро нанять нового тренера. Не ожидал, что он выберет женщину.

Я с трудом сдерживал ярость.

Если бы это сказал кто-то из игроков, он бы уже отправился в больницу. Но это был не игрок, а мой отец. И, честно говоря, этого недостаточно, чтобы я сдержался. Единственное, что останавливало меня, — он подписывал чеки Ари, и она доверилась мне, чтобы я убедил его в ее ценности для команды.

— Вообще-то она чертовски хороша в своем деле, — сказал я, стараясь звучать спокойно.

— Ну, тогда с нетерпением жду встречи на медиа-дне, — сказал он ровно, откидываясь в кресле. — Если она действительно так хороша, как ты говоришь, возможно, она принесет нам пользу не только как инклюзивный найм. А если нет, всегда можно найти кого-то получше. Но даже просто ее наличие в штабе пойдет нам на руку.

Ярость бурлила в животе, готовая вырваться наружу, но я заставил себя сдержаться, не желая создавать для Ари еще больше проблем.

— Она идеально подходит для этой работы, — ярость в голосе не осталась незамеченной, вероятно, потому что я почти никогда не перечил ему.

Его темная бровь поползла вверх — признак интереса на вечно каменном лице.

— Не терпится познакомиться с этой женщиной, раз ты так… вовлечен. Посмотрим, действительно ли она так хороша, как ты считаешь, — сказал он снисходительно, как будто не доверял моему суждению.

Я коротко кивнул, мечтая поскорее закончить эту встречу, и встал, сглатывая гнев, бурлящий под кожей. Я почти видел это — его встречу с Ари, его взгляд, оценивающий ее, взвешивающий ее «ценность», и последующее решение: либо полезна, либо лишняя.

Но если бы он просто увидел, как она работает, увидел ее самоотдачу, талант, он был бы вынужден признать, что она не лишняя.

Я повернулся, не желая тянуть разговор.

— Увидимся, — сказал я и вышел, давая двери закрыться за собой, не дожидаясь ответа. Ари упорно шла к этой должности, и я должен верить, что он увидит ее потенциал.

Я глубоко вдохнул, гнев понемногу сменился решимостью.

Я найду способ убедить его. Изменю политику, чтобы ее работа не висела на волоске.

Хотя, если честно, в глубине души я надеялся, что это не произойдет слишком быстро, хотелось бы провести с ней немного больше времени.

Я только сел в машину, как зазвонил телефон. Сердце екнуло, когда я увидел ее имя на экране, но радость тут же схлынула, когда заметил, что это групповое сообщение с остальными членами команды.

АРИ, КРИСТИАН ХИМЕНЕС & ДРУГИЕ:

| Завтра встречаемся по этому адресу, мальчики. Советую хорошо выспаться и, может, сразу записаться на массаж… 3121 N Fitzhugh Ave, Даллас, Техас, 75204

Ну, звучит совсем не зловеще.

И тут появилось новое сообщение — только от нее:

АРИ:

| Эмм, твое предложение подвезти меня все еще в силе?

| Если нет, ничего страшного, кто-нибудь из команды подбросит.

В каком мире она думала, что я буду согласен с этим? Только мысль о том, что кто-то из моих сокомандников повезет ее, вызывала желание что-нибудь сломать. Она сейчас возненавидит мой ответ. Но по переписке проще сказать то, что вживую язык не повернется…

Я:

| Ни за что на свете я не позволю кому-то из команды везти тебя куда-либо. Ты моя девушка, значит, будешь ехать в моей машине.

Три мигающие точки свели меня с ума — то появлялись, то исчезали. Я отдал бы все, чтобы оказаться рядом с ней сейчас. Увидеть, как на ее лице мелькают эмоции, прочитать реакцию по телу. Ей точно не светит покерный турнир — все эмоции всегда у нее на лице.

Жаль только, что, видя эмоции, я не всегда понимал, что она думает. Или, черт возьми, что она собирается сделать.

Вот как сейчас. Она может написать: «Пошел ты», или что-нибудь почти флиртующее… Хотя, по правде говоря, и то и другое для меня — флирт.

Звук входящего сообщения отвлек меня.

АРИ:

| Не указывай мне, что делать, Далтон. Или за мной заедет Хименес.

Такая упрямая.

Я усмехнулся, садясь в водительское сиденье. Черта с два я позволю ему заехать за ней.

Я:

| Во сколько мне быть у тебя?

Опять игра в исчезающие точки. Я буквально видел, как она обдумывает, стоит ли ей сейчас быть упрямой… или сдаться.

АРИ:

| 8…

Я:

| Хорошая девочка.

Я убрал телефон в карман, не в силах стереть с лица дурацкую улыбку. Она точно заставит завтра меня за это заплатить. И по какой-то причине, я ждал этого с нетерпением.